— Хотите сказать, что Вельский специально спровоцировал Кренделей? — уточнил Бутурин в момент краткой заминки, когда я остановилась перевести дух.

— Мне так показалось…

— Хм… Надо же, как интересно! Хорошо, продолжайте, барышня!

Я продолжила пересказ своих недавних злоключений, и, как ни странно, более Бутурин меня не перебивал, слушал внимательно и молча.

По завершении рассказа невидимый собеседник не стал интересоваться моим душевным состоянием и переспрашивать про демона, вместо этого он обратился к Ярославу:

— Капитан Верхоусов, есть ли какие-то материальные свидетельства того, что барышня не лжет?

— Действительно, косвенные свидетельства имеются, — нехотя откликнулся Ярослав. — На месте преступления были найдены записи с инструкцией по… гм… вызову демона. Повелителя бесов, если быть точнее. Магографии с места преступления приобщены к материалам дела. Кроме того, наш штатный доктор Авдей Фомин, проведя осмотр тел погибших, пришел к выводу, что убил их некто сильный и выше среднего роста. Субтильная барышня, — короткий взгляд на меня, — с большой долей вероятности справиться с Кренделями бы не смогла…

Верхоусов на секунду задумался и продолжил:

— Далее. Наши эксперты осмотрели место трагедии и сделали вывод, что связали и пытали Крендели именно двух людей. Одежда Вероники Сергеевны была полностью залита кровью и измазана землей, магографии также приобщены…

Ярослав недовольно зыркнул на меня и продолжил:

— И самое главное: на месте преступления были найдены следы пяти пар ног… То есть пятый, кем бы он ни являлся, действительно был. И, судя по отпечатку ступни, это был взрослый мужчина… Или некто, на него похожий, то есть… демон.

— Час от часу не легче! — резюмировал услышанное Бутурин, — Бесы знают, что в этом вашем Светлогорске творится! Невероятно просто! Вся правящая верхушка — сплошь казнокрады и сволочи, на набережной взрываются бомбы, под городом непонятные катакомбы… Но и этого нам мало! Нате вам еще и демона на блюде!..

Разошедшийся не на шутку Максим Бутурин затих, судя по всему, переводя дух, перед следующей порцией гнева.

— Как⁈ Вот ответьте мне, господин капитан, как мне к вам государя отпускать⁈ А Вельский? Он окончательно спятил!.. Так, ладно, — разом взяв в себя в руки, заключил господин генерал. — Как только Всеволод Александрович придет в себя, сразу же вызывайте меня, мне нужно присутствовать на допросе.

Я только расслабилась, как ко мне вновь обратился Бутурин:

— Вернемся к вам, Вероника Сергеевна. Мне не совсем понятно, почему демон (если он, конечно, действительно был) проявил к вам такое поразительное снисхождение? Я бы даже сказал, милосердие? По сути, это вам с Вельским отвели роль его жертв, но он расправился с Кренделями, а вас спас, да еще и устранил все ваши увечья и ранения… Вам не кажется это странным при условии, что того же Всеволода Александровича он своим вниманием обделил?

— Если честно, не думала об этом…

Черт-черт!!! И правда, не думала. Что ему сказать⁈

— Хм… И даже никаких догадок?

— Э-э-э… Вообще-то есть одна! — осенило меня. — Видите ли, Крендели, как только демон появился, сообщили, что он им должен… Ну, я это вам говорила… Так вот, может, он решил их за это наказать? Типа демон никому ничего не должен?

Боже, что я несу?..

— «Типа»⁈ — задумчиво повторил явно незнакомое слово Бутурин. — Хм… Ладно, разберемся. Капитан, запротоколируйте показания барышни, впоследствии, думаю, мы еще не раз к ним вернемся. Засим спешу откланяться, всего доброго.

Далее из шкатулки донесся тихий гул, похожий на белый шум в радиоприемнике. Ярослав поспешно закрыл магофон и устало рухнул в кресло.

— Фу, — выдохнул капитан. — Еще несколько недель назад я и представить не мог, что буду в Светлогорске представлять Особый отдел полиции и по нескольку раз на дню беседовать с Бутуриным… Хотя… Я раньше и не мечтал работать с Вельским, а оно вон как все обернулось, — философски пожал плечами Ярослав.

О, точно! Максим Бутурин — это же номинальный глава Особого отдела! А я-то еще думаю, что фамилия его уж больно знакомая… Он еще вроде как терпеть не может графа Вельского, и немудрено, при условии, что Всеволода Александровича считают главой фактическим…

Я еще подумала, что рептилоид, возможно, и есть Бутурин — ну а как иначе можно объяснить то, что глава Особого отдела позвонил Вельскому спустя несколько часов после взрыва и потребовал немедленного отчета, хотя сам Вельский всеми силами пытался сохранить факт взрыва в тайне. Ведь звонок Бутурина случился сразу после моего разговора с рептилоидом… когда я без задней мысли поведала ему о случившимся ЧП…

Но может ли рептилоид быть генерал-лейтенантом полиции Русславии? Да, вполне может. По сути, я о нем вообще ничего не знаю, хотя… Голос вроде не похож, да и не стал бы рептилоид так досконально изучать дело, где фактически сыграл главную роль… Или все же бы стал? Для отвода глаз, например?

Ох, у меня плавятся мозги. Хотя в последнее время они у меня постоянно кипят, уже можно было бы привыкнуть…

— Ника, — остановил безудержный поток моих мыслей Ярослав, — давай все же запишем твои показания. Они действительно очень важны. Если теперь где-то поблизости бродит еще и неучтенный демон, это просто катастрофа… Особенно на фоне того, что через неделю сюда прибудет государь.

Это был ад. Это был просто какой-то кромешный ад! Ярослав «пытал» меня несколько часов, постоянно переспрашивал и задавал одни и те же вопросы. Если до того меня сильно мучило чувство вины, что приходится выкручиваться и врать, то теперь я чувствовала себя хоть как-то отомщенной.

Ярослав оказался достойным преемником графа Вельского, зря он переживает о свалившейся на его голову ответственности… Он заставлял припоминать мельчайшие детали, даже те, которые, казалось бы, я изначально выбросила из головы…

— О, Ярослав! Я вспомнила еще кое-что! — Сама подпрыгнула от своего резкого вскрика. — У Кренделей был еще один источник доходов!

— Какой? — Верхоусов положил исписанный лист поверх внушительной стопки, взял чистый и приготовился писать.

— Когда Мирон сказал, что хочет потребовать у демона материальных благ, Ждан напомнил ему: «А как же э…», — но Мирон его тут же грубо одернул…

— Интересно. Что это еще за «э» такое? — задумчиво проговорил капитан.

Но додумать мысль не успели — в дверь постучали, после чего в кабинет заглянул Прохор.

— Тут это… Руслан Ашшер Веронику Сергеевну спрашивает. Шо сказать-то ему? Он уже третий час ждет.

— Хм, раз так долго сидит, то что-то серьезное случилось. Веди! — в который раз за сегодня нахмурился Ярослав.

Буквально через минуту в кабинет вошел Руслан. Осунувшийся и бледный, волосы всклокочены, строгий костюм помят… Все это было дико — Руслан всегда носил лишь аккуратно отглаженные вещи, и представить его нечесаным и мятым я бы не смогла… Ровно до этого момента, когда орк дошел до моего кресла, встал рядом, поздоровался и, пряча взгляд, уставился в пол.

— Боги, Руслан, ты чего⁈ Что стряслось?

— Ника, там Айжана… Она ночью легла спать и… и не проснулась.

Я почувствовала, как внутри у меня все холодеет, а по телу разливается омерзительная волна панической слабости. Слезы вот-вот готовы были брызнуть из глаз, но…

— Она сейчас в больнице, врачи говорят, что у нее крайняя степень истощения, и теперь Айжана запросто может проспать несколько суток…

Я выдохнула и обмякла в кресле.

Краем глаза отметила, как Ярослав скрестил руки на груди и недовольно покосился на Руслана… Боги, да за такую подачу информации мне самой захотелось его прибить!

— В общем… Не могла бы ты вернуться в трактир и помочь?.. — смущенно улыбнулся орк.

Глава 2

Ярослав отпустил нас с Русланом практически сразу, предупредив, что, скорее всего, когда очнется Вельский, мне придется прийти в управление вновь.