– Мы как раз вовремя прибыли. Персонал только начал уничтожать улики. Декларации, договоры и самый смак: целые тушки детёнышей диких драконов. Видимо, кто-то предупредил их вовремя. Беллини не появлялся, лорд Дамиан, – пожал плечами мужчина.

Наследный принц отобрал у меня папку и всучил собеседнику.

– Выясни всё, что можно, из этих документов. Найди адреса, связанные с Беллини, и обыщи там всё.

Глаза мужчины расширились от удивления и возмущения одновременно.

– Ты знаешь, сколько на это времени уйдёт!

– Столько, сколько потребуется, – отмахнулся Дамиан на его возмущения. – Ты уже послал кого-нибудь на поиски Беллини?

– Да кого мне посылать? Тут работы непочатый край.

– Никакого от тебя толка нет, – фыркнул наследный принц.

Глава ищеек стиснул зубы так сильно, что я услышала их скрежет. Уверена, он сейчас очень многое хотел высказать наследному принцу, но субординация не позволяла.

– Ладно, выдели мне человека, который работает с поисковыми заклинаниями, – скомандовал Дамиан.

Мужчина только тяжело выдохнул и бросил сочувственный взгляд на меня.

– Как ты с ним работаешь?

– С помощью высших сил, – ответила я обречённо.

Ищейку нам выделили. Младший лейтенант Боон отдал Дамиану честь, но явно не был в восторге от работы с ним. Меня же он как будто игнорировал. Но его заклинания работали довольно слаженно, поэтому я не обратила внимания на это недостойное поведение.

Как оказалось, господин Беллини успел побывать в порту, согласовать посадку двух людей на борт корабля, что шёл в Северную Саркану. А затем направился в ресторанчик на пляже.

Уже подходя к нему, Дамиан почувство вал запах горящего дерева. Дым только начал подниматься над крышами. Поэтому никто ещё не успел понять, что происходит. Маленькие языки пламени пожирали стены ресторанчика и сброшенные к нему уличные столики, зонтики и стулья. Вот-вот он грозился разрастись в настоящий пожар. А за всем этим с отрешённым видом наблюдал господин Беллини.

Услышав голос Дамиана и обвинения со стороны ищейки, он вздрогнул и обернулся. Глаза его расширились, едва господин Беллини увидел меня, но спустя мгновение в них промелькнуло понимание. Я вдруг почувствовала себя виноватой перед ним. Беллини искренне верил, что помогает мне, спасает от ужасной участи арестованных аристократов, что посещали арены. Он и не подозревал, что я в сговоре с наследным принцем с самого начала.

Беллини не сопротивлялся аресту. Только лицо его выглядело разочарованным, когда он бросил взгляд на горящий ресторан. Он понял, что всё это было…

– …зря…

Несколько дней спустя

Анжело Мано явно не горел желанием видеться со мной вновь. Из-за дела с господином Беллини наши взаимодействия сошли на «нет». Я совершенно позабыла о сделке с контессой Равенной, и появление её помощника на пороге кабинета наследного принца удивило нас обоих. А новость, которую он принёс, и вовсе обескуражила.

– Контесса мертва, – провозгласил Мано, не заходя в кабинет.

Горничная, что его привела, смущённо отвела взгляд и явно не знала, куда себя деть. Она и не ожидала стать свидетельницей столь неприятной новости. Впрочем, я чувствовала себя точно так же.

Смерть Равенны была ошеломляющей. Это означало одно — сделка вступает в силу немедленно. И я уже не могла игнорировать собственный изменившийся статус.

– Она просила, чтобы ты провела с ней ночь, – оповестил Анжело. – Это её последняя воля.

Я невольно перевела взгляд на наследного принца. Дамиан выглядел не менее удивлённым, чем я. Он отпустил горничную, наказав никому ничего не рассказывать, и даже пригрозил увольнением. Но по выражению её лица было понятно: язык за зубами она долго держать не сможет.

Дамиан завёл Анжело в кабинет и запер дверь.

– Как это произошло? – спросил наследный принц, налив в чистый бокал вина и протянув его Мано. Но тот покачал головой, отказываясь. – Кто-то знает о нашем сотрудничестве.

– Когда вы увидите её, всё сразу поймёте. Поэтому прошу отправиться со мной поскорее. Похороны уже завтра.

Выбора у нас не было. Дамиан предупредил дворецкого, что нас опять не будет по меньшей мере несколько дней. Бьянко посетовал, что мы нисколько не отдохнули после возвращения и вновь окунулись с головой в новое дело. В этом была доля правды.

Беллини-то мы поймали. Но допрос затянулся. А кроме этого, пришлось вести параллельное расследование с Орденом Ищеек. Мясокомбинат действительно находился за границей и был зарегистрирован на нескольких человек сразу. Правда, всех этих людей никогда не существовало, и мы вновь оказались в тупике. Сегодня же выдался единственный первый выходной у наследного принца — и у меня соответственно. Он пытался вытянуть меня на прогулку, в театр, где намечалась какая-то великая премьера. Я же планировала навестить матушку. Меня не было рядом с ней несколько недель, и я переживала за её состояние.

Появление Анжело переписало все планы.

Мано не соврал. Действительно, стоило только увидеть контессу Равенну, мы сразу поняли — умерла она не своей смертью. Меня оставили с ней одну, хотя Дамиан был категорически против.

Я подошла ближе к гробу, что стоял посреди полупустой и тёмной комнаты в небольшой часовне на территории главного поместья Равенн. Сжала пальцами деревянный бортик, обитый красным бархатом. В груди поселилось странное сожаление. Хотя в этом не было никакого смысла. Мы были знакомы не так долго. Виделись всего пару раз. Но обе думали, что ещё встретимся.

Контесса сама изъявляла желание, чтобы я чаще её навещала в том охотничьем домике близ поля с подсолнухами. И, честно сказать, несмотря ни на что, я предвкушала эти встречи. Но судьба распорядилась иначе. Ей видней. И теперь мы были здесь, в пустой комнате часовни. Я не знала, что должна была делать. Рядом не было ни стула, ни кафедры, ни книги «С откровениями», которую обычно читали в таких случаях, чтобы душа не чувствовала себя одинокой.

Контесса, как и всегда, была одета во всё чёрное. Единственным светлым акцентом в её образе были белые перчатки. При каждой нашей встрече перчатки она носила тоже чёрные, из лёгкого элегантного кружева. А эти были обычными, плотными, совершенно не подходящими её утончённому образу.

– Прошу прощения, – прошептала я, дотронувшись до холодной руки контессы.

Я взяла её запястье и слегка отогнула края перчатки. Кожа под ней была тёмно-серой, почти чёрной, с проступающими венами. Не человеческая кожа.

Я отпрянула назад. Сердце вдруг пропустило удар. Я ожидала увидеть что угодно, но точно не это. Хотелось выбежать из комнаты, позвать Дамиана, чтобы именно он во всём разобрался. Но я заставила себя взять себя в руки и вернулась обратно к гробу, откинула чёрную вуаль с лица Виттории.

Да.

Виттория Равенна не была человеком. Не знаю, как и когда это случилось, но, когда мы встретились с ней впервые на арене, это уже было с ней. Вот почему она пряталась за вуалями и чёрной одеждой. Её тело менялось, и она не хотела, чтобы кто-то видел её такой.

Тёмно-серая кожа. По шее к лицу тянулись прожилки, застывшие в камень вены, изо рта торчали острые клыки.

– Вы говорили, что связались с дэ Веритас, – прошептала я, не в силах отвести от неё поражённого взгляда. – Это они с вами сделали? – Я оглянулась на закрытую дверь. – Чем они занимаются в своём поместье?

Я закрыла лицо контессы, поправила вуаль и отошла от гроба как можно дальше. Словно она могла сейчас встать. И ведь сейчас с этим делом работал господин Маркус.

Снова взглянув на контессу, я всё же направилась к двери. Но спиной чувствовала потусторонний холодок. То ли от собственной впечатлительности, то ли душа контессы следовала за мной. Но я постаралась не зацикливаться на этом чувстве. И как только коснулась ручки, наваждение рассеялось.

В коридоре никого не было. Но я услышала голоса совсем рядом и направилась в ту сторону.