Я попрощалась с матушкой, подоткнув одеяло и пообещав скоро вернуться.

Мы спустились к выходу из больницы. Во дворе и правда стояла белая карета — не особо дорогая с виду. Вероятно, чтобы не привлекать лишнего внимания.

Выехали мы к небольшому поместью за городом. Территория его не была обнесена забором или живой изгородью. Но линия роста газона чётко обозначала частную территорию. Небольшой двухэтажный домик служил скорее пристройкой для огромного поля, на котором росли подсолнухи.

Анжело придержал мне дверь, пропуская внутрь. Убранство коридора тоже было весьма скромным. Если не брать в расчёт большое количество шкур и голов животных — от которых мне стало не по себе. Мано проводил меня в гостиную, где на диванчике сидела сама контесса Равенна с чашкой ароматного чая. Она всё ещё была облачена в траурное одеяние: платье, ажурная вуаль, перчатки. Но больше всего меня озадачил второй гость, сидевший рядом с ней спиной к двери.

Я видела только его затылок с аккуратно уложенными белыми волосами. Рога, кончики которых были подкручены назад. Я замерла в дверях от неожиданности. Не может быть, чтобы он просто сидел здесь, распивал чай с Графиней Чешуи. Ещё и без маскировки.

– Проходи, присаживайся, дитя, – предложила графиня, повернувшись ко мне и указав на кресло напротив.

– Ваше Высочество, – опешив позвала я.

Он тоже повернулся — с широкой улыбкой и каким-то странным озорным огоньком в глазах. Отставил свою чашку на низкий столик.

– Да, Селена, проходи. Мы всё объясним, – без тени иронии предложил он.

Я осторожно подошла к креслу и села, подобрав юбку. Запах вишни, исходивший от графини, только усилился по сравнению с нашей последней встречей. Не знаю, как наследный принц мог сидеть к ней так близко — если даже мне, с человеческим обонянием, уже хотелось прикрыть нос. Держалась только на правилах этикета. Этот запах… он больше напоминал смесь перезрелой вишни с прогнившей.

– Мой подарок пришёлся тебе по душе? – спросила графиня, тоже убирая чашку на столик и складывая руки в замок на коленях.

Непонимающе посмотрела сначала на графиню, затем на Дамиана и мельком на Анжело. Он поставил передо мной пустую чашку с блюдечком и принялся наливать горячий фруктовый чай.

На низком столике помимо чайничка и трёх чашек лежал тот самый кристалл, который я оставила в ложе в качестве прослушивающего устройства. Но раз наследный принц никак на него не реагировал, я решила пока тоже оставить этот вопрос нерешённым.

– Зелья. Я оплатила их поставку на три месяца вперёд в больницу, где лежит твоя мама, – пояснила графиня.

– Это были вы? – изумлённо переспросила я.

Графиня возмущённо всплеснула руками. Принц тактично молчал. Но по его взгляду было понятно — он всё знал.

– Ну конечно. Кто ещё позаботится о несчастном человеке, если не такой же несчастный человек, – оскорблённо поинтересовалась графиня. – Неужели ты думала — на него? – она указала ладонью на наследного принца.

– Я не… – потупила взор на свои ладони.

– Я понимаю, почему ты продолжаешь работать на этих негодяев.

Дамиан выгнул брови, взглянув на графиню так, словно не ожидал оскорбления. И вообще этот разговор был отрепетирован. Но графиня продолжила.

– Лечение матушки обходится дорого. А драконы платят щедро, чтобы хватило на две несчастные жизни. – Графиня кивнула на кристалл. – У людей всегда найдутся причины, чтобы совершить глупость, – сказала она. – И я даже рада, что у вас хватило смелости вдвоём пробраться в стан врага. Да и ещё устроить шоу на потеху публики, выйдя на арену.

– Идея была абсурдная, – недовольно проговорил Дамиан.

– Как и ваше перевоплощение в дона Нери, – хохотнула графиня. – Костюм сидел отлично. Правда, исполнение подкачало. Вы явно были не обо всех его делах осведомлены.

– Каюсь, что недооценил вашу наблюдательность, контесса Виттория, – искренне произнёс Дамиан.

Я лишь хмыкнула про себя на его слова.

– Пока ты ехала сюда, мы с Его Высочеством успели обсудить совместные дела, – вернулась ко мне Равенна. – И я решила предложить тебе перенять мой титул.

Она сейчас говорит серьёзно? Огромными глазами я посмотрела сначала на довольного принца Дамиана, а потом на совершенно спокойного Анжело Мано, стоявшего в стороне.

– Не смущайся, дитя. Я совершенно серьёзна. Ты станешь мне достойной заменой, Селена Карлини.

– Лорд Дамиан, что всё это значит? – воскликнула я изумлённо.

Он пожал плечами, словно не видел в этом ничего странного или противоречащего.

– Позволь графине тебе всё объяснить, – мягко ответил он.

Виттория сделала глоток чая и поднялась, подойдя к окну.

– Моё время подходит к концу. Я умираю. Мой разум разрушается. Зачастую я не могу вспомнить собственное имя, не говоря уже о чём-то большем. О чём я мечтала. Кем был мой муж. Любила ли я его по-настоящему? – она оперлась на подоконник, высматривая что-то на улице. – Я совершила ошибку, поддавшись тому, что для людей слаще мёда.

Я наблюдала за принцем, который спокойно слушал графиню. У меня же тряслись руки. Я не понимала, что происходит. Ждала подвоха. Но Равенна продолжила.

– Мне необходимо было подтверждение, что люди не слабее драконов. Ведь не зря же и в нас проснулась мана. Вы знаете, как это произошло? – вдруг спросила она, повернувшись к нам.

– Файрох в битве со змеем-драконом Уроборосом разрубил его пополам, – ответил Дамиан спокойно. – Сила, которой обладал Уроборос, создала волну маны, которая даровала новорождённым в ту ночь детям мешочек маны. Это старая легенда. Все её знают.

Графиня рассмеялась, прикрыв рот ладонью — скорее по привычке, нежели из реальной нужды.

– Старая удобная легенда, – кивнула она. – Но она делает людей слабыми. Зависящими от драконов. Вновь и вновь. Словно без вас мы ни на что не способны.

Дамиан нахмурился на её слова.

– Правда в том, что мешочек с маной — наше второе сердце. Оно всегда было внутри нас. Только качало не кровь, а ману. И оно точно так же естественно эволюционировало — только намного медленнее, чем у драконов. Возможно, когда Уробороса разрубили пополам и вырвалась та волна, эта сила ускорила эволюцию. Но не была первопричиной.

– Но… – начала я. – Даже так, без драконов люди бы всё равно ею не овладели.

– Этого мы не знаем, – махнула рукой графиня, словно моя поправка ей не понравилась. – Возможно, именно драконы виноваты в том, что наша мана неустойчива. Может, не случись тогда той катастрофы, она была бы чище. Была бы первородной. Драконы отобрали у нас возможность самим пробудить в себе силу. А теперь отбирают возможность её стабилизировать.

Дамиан опустил взгляд в опустевшую чашку. Поставил её со звоном на стол. Он выглядел оскорблённым.

– Будь это так, мы бы давно запретили добычу магической руды, – холодно произнёс он. – Будь это так, – он поднял ледяной взгляд на графиню, – мы бы нашли способ и вовсе заблокировать у вас источник маны.

– Видишь, Селена, – довольно произнесла Виттория, ничуть не испугавшись. – В этом вся суть драконов. Они так уверены в своём превосходстве. В своей правоте. В чистоте происхождения, что готовы лишить человечество естества, лишь бы остаться правыми.

– Ох, графиня, а ведь всё так хорошо начиналось, – горько вздохнул Дамиан и поднялся. – Но переговоры зашли в тупик. Мы ушли слишком далеко от темы, и продолжать дискуссию бессмысленно.

Дамиан тяжёлым взглядом посмотрел на меня. Я поднялась вслед за ним. Однако в этот момент позади раздался щелчок затвора. Я вздрогнула, совершенно позабыв про пистолет в руках Анжело.

– Вернитесь на место, лорд Сальваторе, – холодно произнёс Анжело.

Наследный принц не дрогнул, но поднял руки и послушно сел обратно на диван. Я последовала его примеру. Виттория покачала головой.

– Вы думаете, что можете выпить «Зелье подмены», притвориться другим человеком и явиться ко мне. Думали, я ничего не замечу. Что я глупа.