Я рванула вперёд, сбивая высокого точным ударом ноги в челюсть. Фабио попытался сбежать, но я бросила ему под ноги напитанную маной цепь. Он грузно рухнул в коротко постриженную траву, выставив перед собой руки. Однако тут же повернулся и направил на меня пистолет.

Я цыкнула, замерла, покорно подняв руки над головой.

– Вот так, будь умницей и не дёргайся. Ты же понимаешь, что здесь за патроны? – с усмешкой проговорил Фабио.

Он дёрнул ногами, освобождаясь от пут, и, не убирая оружия, поднялся.

– Сколько вас?

Я промолчала.

– Как вы узнали про это место?

Я снова промолчала. Тогда разъярённый Фабио взвёл курок.

– Веди меня к своему главному!

На этот раз я кивнула. Не хватало, чтобы он и правда выстрелил. Я не готова была расставаться с жизнью. В этом пистолете были пули из магической руды. Они безошибочно распознавали ману на расстоянии до километра и поражали цель. Пугающая точность. Совет Семерых собирался их запретить, но по какой-то причине всё медлил.

– Энцо, свяжи его, да побыстрее. Нечего прохлаждаться, – скомандовал Фабио.

Высокий мужчина за моей спиной с кряхтением поднялся. Пощупал челюсть, проверяя повреждения, но, ничего не обнаружив, подошёл ко мне. Грубо схватил за руки, заводя их за спину.

– Тц, руки у тебя больно костлявые, – просипел Энцо. – Но удар — что надо. Я уж думал, ты мне челюсть сломаешь.

Я промолчала. Но усмехнулась про себя. Это я ещё сдерживалась.

Удачно, что в темноте, из-за маски на лице и мешковатой одежды, они приняли меня за парня. Меньше вопросов и ненужного риска.

Энцо снял с шеи галстук и перевязал мне им запястья. Я поморщилась от грубого обращения, но не проронила ни звука. А затем Энцо толкнул меня в спину.

– Веди к главному, – приказал он.

Мне ничего не оставалось, как послушно выполнить приказ.

– Эй, пацан, ты язык от страха проглотил? Или просто немой? – поинтересовался Фабио. – И рогов у тебя нет. Но на обычного человека мало похож.

– Может, полукровка? – предположил Энцо.

– У полукровок тоже есть рога, идиот, – раздражённо бросил Фабио. – Плевать. Не хочет говорить — его право. Как только доведёшь нас до главного, на его глазах и застрелим. Пусть знает, как связываться с великим доном Фабио Нери!

В этот момент гранат на моей груди резко раскалился, обжигая кожу даже через плотную ткань костюма. Я простонала и резко разорвала галстук, высвобождая руки и срывая колье.

– Какого?.. – воскликнул Энцо, отпрянув от меня.

Но ни он, ни Фабио ничего сделать не успели.

Несколько высоких фигур в таких же камуфляжных костюмах, как у меня, появились словно из-под земли. Один вырубил Фабио ударом в шею. Второй схватил Энцо за горло, поднимая над землёй.

Я вдруг отчётливо почувствовала жар — неприкрытую ярость. Кристально-голубые глаза рода Сальваторе горели в темноте жаждой крови.

Энцо забрыкал ногами, схватившись за запястье державшего его дракона, но освободиться не мог.

– Ваше Высочество! – позвала я Дамиана. Тот медленно перевёл на меня взгляд. – У нас не было приказа убивать. Только арестовать и допросить.

Его голубые глаза вновь метнулись к Энцо, чьё лицо уже покраснело от нехватки кислорода, а глаза закатились. Он почти потерял сознание, когда Дамиан резко швырнул его на землю.

– Связать обоих. Отвести на корабль и бросить в трюм к животным, – прорычал он.

Ещё несколько подоспевших офицеров отдали честь и принялись исполнять приказ. Фабио так и не пришёл в сознание. Энцо сделал попытку вырваться, но его быстро связали и поволокли под локти.

Дамиан оказался рядом со мной. Я и моргнуть не успела, не то что сбежать. Он сдернул мою маску, пристально разглядывая лицо. Принц был как открытый огонь, рядом с которым невозможно находиться. От него буквально шёл пар. Дамиан перегрелся так сильно, что обжигал даже прикосновениями.

– Вам срочно нужно принять холодную ванну, – прошептала я, пытаясь отойти.

Конечно, слушать меня никто не собирался. Дамиан схватил меня за ворот и поволок в сторону виллы.

– Я говорил тебе найти меня, а не геройствовать, – его голос ещё больше напоминал рычание дикого дракона.

Я пыталась поспеть за ним, едва переставляя ноги, но путалась в собственных шагах. И чувствовала себя котёнком, которого за шкирку несёт сердитая мама-кошка.

– Я собиралась, – призналась я неуверенно. – Но услышала голоса. Хотела сама с ними разобраться. Иначе они бы сбежали.

Дамиан резко прижал меня к ближайшему дереву. Крона покачнулась, осыпаясь листьями. Я почувствовала боль в спине от удара и невольно ахнула.

– Они собирались убить тебя на моих глазах.

Он тоже снял маску. Я отвела взгляд. Мне нечем было оправдаться. Да, я была на волосок от смерти. Да, в тот момент меня обдало холодом. Но всё обошлось. Я не успела даже испугаться — потому что Дамиан вовремя оказался рядом. Мне не хотелось думать, что бы случилось, не вмешайся он так неожиданно.

– Посмотри на меня, Селена, – попросил он уже мягче, но тело его всё ещё было обжигающе горячим. – Посмотри на меня и скажи, что ты жива.

Я подняла на него взгляд.

– Я стою перед вами, лорд Дамиан. Я всё ещё жива.

Четыре недели назад

– Её состояние стабильно, синьора Карлини. Беспокоиться не о чем, – заявил доктор.

Человек средних лет, с бородой и чуть закрученными кончиками усов — такая причёска вошла в моду у мужчин несколько недель назад после какой-то статьи в журнале мод о том, что якобы привлекает женщин.

Он задумчиво покрутил в пальцах кончик уса, сверяясь с историей болезни мамы.

– Она очнётся? – осторожно спросила я, лелея хрупкую надежду.

– Не в ближайшее время. Но если не прерывать лечение… через полгода, возможно год, ваша матушка придёт в себя, – добродушно улыбнулся доктор.

Маму привезли в больницу в очень тяжёлом состоянии. Но тогда у меня не было денег, и лечить её нужными лекарствами отказывались. Ставили только бесполезные капельницы с раствором зелий, которые просто не давали ей умереть. Неудивительно, что после такого «лечения» она впала в кому.

Сейчас я могу позволить себе дорогое лечение. Только вот я проморгала тот момент, когда его нужно было начинать, чтобы не допустить обострения. Перевод в это отделение, оплата сиделки — всё обошлось в круглую сумму. А ещё лекарства, оборудование, настоящие камни магической руды, а не та пыль, которую мама покупала на последние деньги, чтобы продержаться ещё пару лет.

Я была рада, что всё это ей помогло. Что мои усилия не прошли даром. И моя работа в доме Сальваторе окупается сполна.

После трёх лет тяжёлой комы, вызванной всплеском большого количества маны, которую пыль от магической руды не смогла сдержать, новость, что она скоро очнётся, выбила почву из-под ног. Я готова была расцеловать доктора от счастья. Да что доктора — каждого сотрудника и пациента этой больницы. Но удержала себя с большим трудом. Только крепко обняла его. Доктор замер, явно не ожидая от меня ничего подобного.

– Синьора… – промямлил он вдруг скованно. – Не стоит. Это обычное дело.

– Это самые лучшие новости за последние месяцы, – призналась я. – Спасибо вам. Что-то ещё нужно? Только скажите.

– Понадобится зелье, – тут же нашёлся он. – Я напишу рецепт. Некоторые препараты больше не нужны. Это зелье будет немного слабее, но снизит нагрузку на сердце.

– Да, конечно, – закивала я.

Доктор выписал рецепт и передал мне бумажку. Я даже не стала вчитываться. Почерк у него был отвратительный. Удивительно, как продавцы зелий вообще разбираются в этих каракулях.

Он попрощался и покинул палату. Я осталась одна. Наедине со спящей мамой. Поставила перед её кроватью стул и крепко сжала её руку.

– Мамочка, – прошептала я, поправив одеяло. – Ты скоро поправишься. Слышала, что сказал доктор? Ты проснёшься, и мы уедем. Куда захочешь. На берег моря, например. Помнишь, ты хотела жить в домике у самого моря? Встречать рассветы босиком на пляже. Я откладываю потихоньку. У нас будет свой маленький домик. И больше не нужно возвращаться в трущобы…