Следом за Павлом, сгибаясь под тяжестью деревянных деталей, вошёл один из деревенских мужиков. Они отдали детали Назару, и тот принялся ловко соединять их в единую конструкцию.

Мимо меня пронесли моток верёвки. Похоже, ещё немного и стреломёт установят где‑то наверху. Интересно, сколько это даст очков к безопасности таверны?

Вскоре вернулся кожевник с инструментами и принялся орудовать над тушей рогатня. Шкура отходила широкими пластами, обнажая тёмно‑красное, плотное мясо.

Я наблюдал, дожидаясь, когда можно будет забрать окорок.

Вдруг кожевник остановился, огляделся и махнул рукой, подзывая Анатолия. Тот подошёл, переговорил с ним и, в свою очередь, позвал:

– Павел! Николай!

Сыч заинтересованно поднялся с лавки и пробормотал:

– Что там происходит?

Он направился к кожевнику, а я, не отрываясь от готовки, проследил за ним взглядом. Ника, любопытно сверкая глазами, хотела было отправиться за Сычом, но осталась у стола. Ей явно очень хотелось, чтобы рогатень в любом виде был подальше от неё и от меня.

Анатолий негромко объяснял что‑то Павлу и Николаю. Я услышал самый конец фразы:

– … Зверь третьего ранга, ядро должно быть хорошим. Но оно одно, так что решайте, кому оно достанется.

Павел не колебался ни секунды.

– Последний удар нанёс Николай, – сказал он. – Тут и думать не о чем.

Николай покачал головой.

– Я просто добил. После твоего удара зверь был уже обречён. Ты ему шею рассёк, перерубил артерию. Я только завершил.

– Ты мне жизнь спас, – возразил Павел.

– А ты тоже жизнь спас Сычу. Так что считай, квиты.

Они стояли друг напротив друга, и словно состязались в галантных манерах. Павел немного поразмыслил, а потом усмехнулся и сказал:

– Тут такое дело. Я поразил рогатня мечом, который мне дал Макс. А ещё я бы этот меч не удержал, но Макс дал мне взвар, после которого руки перестали трястись. И если уж кого и награждать за победу над рогатнем, так это Макса.

Он нашёл меня взглядом и коротко улыбнулся. Я замер, не веря своим ушам.

– Что ж, поддерживаю, – тут же подхватил Николай. – Если бы не его стряпня, я бы уже на ногах не держался. Да и с охотниками мы бы, может, не справились бы без его стряпни.

Виктор, который вышел на крыльцо за перекладинами для лестницы, фыркнул. Он наверняка слышал каждое слово. И ему это категорически не нравилось. Вида он старался не подавать, но я заметил, как покраснела его шея.

Кажется, в его глазах я постепенно трансформируюсь из никчёмного пацана в серьёзную угрозу. Чем больше людей встаёт на мою сторону, тем сильнее Виктор чувствует, что теряет контроль. Причём злится он уже не столько на меня, сколько на ситуацию в целом. Но срываться будет всё равно на мне.

Как бы ни бушевали эмоции, но нам с Виктором нужно спокойно поговорить. Объяснить, что я ни на что не претендую, просто помогаю с таверной и прошу мне не мешать и перестать относиться ко мне как к бесполезному назойливому сопляку!

Сейчас не время, но я обязательно вернусь к этому разговору, когда мы разберёмся с охотниками.

Тем временем Анатолий под присмотром кожевника распорол на загривке рогатня шкуру глубже и принялся что‑то вырезать из‑под костяного гребня. Провозился минут пять, наконец выпрямился, держа в окровавленных пальцах тёмный округлый предмет. Обтёр и вручил Павлу.

Тот переглянулся с Николаем, и оба направились ко мне. Улыбались, будто именинный торт несут.

– Ну что, Макс, – сказал Павел, – думал, хорошие дела остаются безнаказанными? Принимай заслуженную награду.

Павел взял мою ладонь и положил на неё чёрный камень. Размером он был с перепелиное яйцо, гладкий, тяжёлый, с тусклым зеленоватым отблеском в глубине. А ещё тёплый, будто живой.

Система среагировала мгновенно.

Энергоядро секача‑рогатня. Ранг 3. Стихия: природа.

Содержит концентрированную энергию природы.

Качество: высокое.

Ёмкость: значительная.

Я разглядывал камень во все глаза, а потом посмотрел на Павла.

– Может, всё‑таки тебе это ядро нужнее? – спросил я. – Там природная энергия, а ты же чувствуешь дерево, как мастер Назар. Тебе пригодится эта сила.

– Силы у меня и так хватает. – Павел махнул рукой. – К слову, благодаря тебе. Так что бери, энергоядро лишним не бывает.

– Кстати, – вдруг вмешался Николай, прищурившись, – а откуда ты знаешь, что там природная энергия? Камень‑то на вид обычный.

Я открыл было рот, но ничего умного в голову не пришло.

Павел усмехнулся, глядя на мою физиономию.

– Много же у тебя секретов, парень, – сказал он без упрёка. – Но это и правильно. Без хитростей в этом мире жить непросто.

– Ещё бы знать, что с этими камнями делать, – вздохнул я, решив не отпираться. – А то у меня уже есть один, водяной.

– Так у тебя их два? – Павел переглянулся с Николаем, и внезапно оба захохотали. – Неплохо дела у поварёнка идут, – проговорил Павел сквозь смех.

Николай хлопнул меня по плечу так, что я пошатнулся.

На нас оглядывались остальные, пытаясь понять, что смешного, если на носу атака охотников.

– Когда всё закончится, – сказал Павел, отсмеявшись, – я покажу, что с ними делать.

– И я кое‑чему научу, – поддержал Николай.

Я сжал камень в ладони. Он словно был живой и мягко пульсировал теплом. Теперь у меня в коллекции целых два энергоядра. Осталось только дожить до момента, когда я смогу ими воспользоваться.

– Павел! – окликнул Назар. – Ты чего там трёшься? Иди помогай! Укрепи забор вон там, с восточной стороны. Давай, давай, шевелись!

Павел коротко улыбнулся мне и послушно поспешил к забору.

– Сейчас, мастер Назар.

Павел приложил ладонь к столбу, на который указал Назар. Я увидел, как из‑под пальцев Павла по дереву побежали тонкие зелёные жилки.

Столб, рассохшийся и потрескавшийся от старости, на глазах заблестел новизной, налился цветом. Из щели у основания полезли тонкие корешки, вгрызаясь в землю. За секунду дряхлая деревяшка превратилась в крепкое дерево, вросшее в грунт намертво.

Назар одобрительно кивнул и указал на следующий ветхий столб:

– Вот такие все поправь по периметру. Давай, пошустрее.

Сыч, стоявший рядом со мной, негромко сказал:

– Везёт же Виктору. Все вокруг него крутятся и помогают. Одно укрепление забора обычно от десяти золотых стоит, а то и больше. А этот старый увалень ещё и недоволен.

Я посмотрел на Назара, который гонял Павла вдоль забора, потом на таверну, где из окна второго этажа высунулся край стреломёта. Подняли, выходит, по новой лестнице.

Система подтвердила:

Восстановлен доступ на второй этаж. Продолжайте в том же духе. Сделайте номера пригодными для размещения постояльцев.

Уровень таверны: 187,66

Прогресс уровня таверны растёт. Интересно, что случится, когда уровень достигнет двухсот? Аж захотелось бросить готовку и помчаться на второй этаж наводить порядок в номерах. Во всяком случае это, кажется, самый быстрый способ достичь заветных двух сотен.

Обязательно надо будет выделить время, и заняться этим вопросом. Глядишь и задание выполню.

Виктор стоял снизу и, задрав голову, наблюдал, как мужики стучат топорами, расширяя оконный проём.

– Всё же не зря говорят, что с возрастом характер у людей портится, – сказал Сыч, проследив за моим взглядом. – В молодости он совсем другим был. А потом… – Он махнул рукой. – Ладно, не моё дело. Что ты там собирался приготовить из рогатня. Мясо, похоже, скоро будет.

Кожевник и правда уже заканчивал. Туша рогатня лежала наполовину освежёванная, и рядом на расстеленной рогоже высилась гора тёмно‑красного мяса. Костяные наросты с загривка кожевник аккуратно сложил отдельно.