В целом, внешне он был вполне себе эльф и вполне себе князь, глава дома и его же первый меч и вот это вот все. На кого он не был похож, так это на Черного Змея, и мне оставалось только гадать, как он получил свое прозвище.

Местная арена по размерам была далеко не Колизей, и даже до звания футбольного стадиона не дотягивала, едва ли превосходя обычный теннисный корт. Ну, может быть, она по площади она была, как два теннисных корта.

Ну, скорее, полтора.

Сетку натянуть забыли, так что, наверное, ничего страшного, что я ракетку не захватил.

Вверх уходили ряды трибун, и судя по творящемуся на них аншлагу, народ на острове откровенно скучал. Я имею в виду, зрелище вряд ли обещало быть интересным, учитывая известные всем обстоятельства, а они все равно пришли.

Не хватает им зрелищ. Может, хоть с хлебом тут все нормально.

Мормаэт пришел на свидание первым и пришел не один. Роль кузнеца на этот раз выполняли два десятка эльфийских воинов, расставленные вдоль стен. Броня у них была попроще, чем у начальника, но тоже довольно навороченная, свои мечи они держали в ножнах, и происходящее до боли напомнило мне сцену финального боя из «Гладиатора», разве что мне нож в печень предварительно никто воткнуть не пытался.

А я бы ничуть не удивился, если бы они попробовали. Дом Красных Ветвей не славился своей честной игрой.

Но тут Черный Змей решил отступить от своих принципов. Он подал знак, и кто-то из его личных гвардейцев, стоявший ко мне ближе всех, швырнул мне под ноги свой меч.

Должен признать, это был красивый ход. Особенно если смотреть на него откуда-нибудь с трибун.

Он вручил мне меч, давая зрителям понять, что бой будет относительно честным. Плевать, что один в полном легендарном сете брони, а другой — в синих джинсах и потертой робе шахтера, плевать, что он практиковал фехтование уже пару веков, а у меня на эту железку даже навыка соответствующего нет, картинку для зрителей он создал вполне достойную.

А в наше время большего и не надо.

Распорядитель игр — может, у него тоже было какое-то официальное название, но мне, в целом, плевать — поднялся со своего места и задвинул стандартную речугу о том, что победит достойный. Не вслушиваясь в его треп, я поднял с земли меч и сделал им пару пробных взмахов.

Ну, железка и железка. Мне бы сейчас Клавдию или хотя бы топор…

О драке на мечах у меня были только самые общие представления. За один конец держишься, другим тычешь во врага и все такое. А, еще им рубить можно, но мне представлялось, что рубить противника в такой броне, как у этого парня, дело изрядно утомительное и довольно бесполезное.

Меч не придавал мне уверенности вот ни разу. Клавдия придавала, пистолет, которого у меня давно уже нет, придавал, даже любой завалящий топор мог бы внушить мне хоть немного оптимизма, но меч… С таким же успехом Черный Змей мог мне просто кусок арматуры вручить.

Не думаю, что с куском арматуры я был бы менее эффективен.

Распорядитель игр закончил говорить и ударил в гонг, установленный слева от него. Видимо, это и был сигнал к началу, потому что Мормаэт сразу же попер на меня.

Ну, каждый сам кузнец своего вот этого вот всего.

Как говорил мне мой старик отец, если на тебя прет целая толпа, выбери самого крупного и агрессивного и выруби его первым. Даже если потом тебя и отметелят, будет не так обидно.

В данной жизненной ситуации этот совет не работал. Толпа на меня не перла. Толпа сидела на трибунах и заинтересованно смотрела.

Эльфы из личной охраны Мормаэта стояли по краям арены и тоже смотрели, выражения их лиц скрывали глухие золоченые шлемы. А самый крупный и агрессивный сокращал разделяющее нас расстояние довольно скромными для существа таких габаритом шагами.

В смысле, мог бы шагать и пошире.

Но он вроде как никуда не торопится. А ему и не надо никуда торопиться.

Он ведь уже приплыл.

Теперь очередь за мной.

Как говорю я, главное в драке — это красиво в нее ворваться, а там уж будь, что будет, и это гораздо более подходящий текущему моменту совет.

Я сжал в руке меч, надеясь, что знания базовых принципов мне хватит, и рванул ему навстречу, широко размахиваясь для хорошего удара.

Он увернулся…

Он даже не то, чтобы увернулся, он просто утек в сторону, подвижный, как ртуть, и лезвие моего меча не нашло иной цели, кроме пустоты. Меня слегка развернуло по инерции, и Мормаэт не преминул воспользоваться ситуацией и полоснул меня своим мечом по бедру.

Это было неприятно.

Не то, чтобы очень больно, но неприятно. И вдвойне неприятно от осознания того, с какой легкостью он меня достал.

Правда, рана сразу же затянулась.

— Ты убил моего сына, — сказал Мормаэт. — Убил моего брата. Убил двух моих племянников.

— А как насчет брата жены? — поинтересовался я.

Оглашение этого списка тоже не доставляло мне особого удовольствия. Я и без него знал, что я много кого убил, однако в этом случае меня мог слегка оправдать тот факт, что он сам их ко мне послал.

Ну, кроме самого первого, но там вообще была война, вторжение и чисто игровая ситуация.

Наученный предыдущим неудачным опытом, я не стал идти на сближение, а встал в стойку, по моим представлениям слегка напоминающую фехтовальную, и выставил меч в его сторону.

Он отвел мой клинок одним взмахом, а кинжал в его второй руке появился так быстро, что я заподозрил князя в читерском использовании инвентаря, и еще быстрее он ткнул этим кинжалом меня в живот.

Это тоже было неприятно.

Он сделал два шага назад, и стало понятно, что он явился сюда не просто меня убивать. Он явился сюда убивать меня медленно, растягивая удовольствие и наслаждаясь каждым мгновением.

Иначе ничто не помешало бы ему ударить меня в сердце и закончить вот это вот все.

— Моя младшая сестра владеет ножом лучше тебя, — сказал я. — И возможно, твоя тоже.

— Ты убил моего сына, — завел он старую песню. — Убил моего брата. Убил двух моих племянников.

Первая стычка показала, что он не уступает мне в характеристиках. Скорее всего, бонусы, которые давал ему полный сет его навороченной брони, компенсировали местные ограничения, а может быть, еще и давали ему что-то сверх того.

В искусстве же владения мечом он превосходил меня на две головы, если не на три, и его сценарий поединка стал мне понятен. Он собирался неторопливо резать меня на ленточки, одновременно с этим капая на мозги перечислением своих потерь.

А поскольку у меня не было нормального оружия (меч в зачет не идет, он тут просто так, для антуража) моей главной и единственной ставкой была неумираемость, и если она в ходе боя с меня не спадет, то в долговременной перспективе шансов у Черного Змея немного. В конце концов он устанет меня царапать, тут-то я ему шею и сверну.

Но пока с этим были определенные проблемы. В смысле, он не уставал, а я не мог до него добраться.

И я даже не могу сказать, что он был особенно быстрым. Его огромный, накопленный за века боевой опыт позволял ему читать все мои движения, разгадывать мои намерения, и каждый раз он оказывался вне зоны поражения моего клинка.

И за каждый такой раз он наказывал меня тычком меча или кинжала.

Это было не столько больно, сколько унизительно.

И еще это меня неимоверно раздражало.

Я не питал никаких иллюзий на свой счет.

Понятно, что вторая позиция общеигрового рейтинга не делала меня вторым лучшим бойцом Системы. Думаю, что такого вообще нет, непобедимых людей не существует, у каждого есть свои слабые места, в которые можно ударить, каждый рано или поздно может встретить свою Немезиду, и даже Гарри Я Тут Учу Брюса Драться Борден может зевнуть в неподходящий момент.

Понятно, что я в любой момент мог встретить бойца, который бы оказался круче меня. Это нормально, это естественный ход вещей.

Но меня бесило, что этим бойцом оказался Мормаэт.