— Спасибо, — сказал главный орк. — Еще раз извините.

— Фигня вопрос, — сказал Магистр. — Идите, пока он добрый.

Орки медленно, стараясь не совершать резких движений и не поворачивать к ним спиной, принялись карабкаться на бархан и исчезали с той стороны.

Портал, через который они прошли, уже закрылся.

— И такое сейчас происходит по всей Земле? — уточнил Гарри.

— Да, но это не твоя забота.

— И в Англии тоже?

— И это тоже не твоя забота, — сказал Магистр. — Пойми, мы не пришли бы сюда и не устроили это, если бы у нас был другой выход. Мы спровоцировали проблему, с которой нам придется разбираться позже, но сначала надо победить другого врага. Иначе не будет ни Земли, ни Англии, и вообще ничего не будет. Только пустота, хлад и мрачное безмолвие.

— А у вас вообще бывают менее масштабные задачи? — поинтересовался Гарри.

— Я не ищу этих задач, они находят меня сами, — сказал Магистр. — Так ты готов отправиться с нами на войну, которых еще никогда не было?

— Ладно, давайте сходим, — согласился Гарри. — Постой… ты сказал, что мой учитель мертв. Брюс мертв?

— Да, — сказал Магистр. — Он первым встал на пути вторжения и стал одной из первых жертв этой войны, но ты все еще можешь за него отомстить.

— Но почему вы не позвали меня сразу? Почему отправили его одного?

— Потому что мы думали, что он справится, — сказал Магистр. — Мы недооценили угрозу.

— На моей памяти, с тобой это уже не первый раз такое, — заметил Гарри.

— Ну почему из всего массива данных в первую очередь он вспомнил именно это? — горестно вопросил Магистр у пустыни и растворившихся в ней орков. — Да, я ошибся. Я ошибаюсь. Не ошибается только тот, кто вообще ничего не делает, а я делаю, и много. Еще вопросы, или пойдем уже готовится к войне?

— А что насчет моего вертолета?

— Он не прилетит, — сказал Магистр. — Летающие цели становятся добычей при вторжении в первую очередь. Некоторые игроки из… не самых продвинутых миров принимают их за драконов, а с драконов обычно выпадает хороший лут.

— Он это серьезно? — спросил Гарри у Кевина.

Кевин покачал головой.

Магистр щелкнул пальцами и открыл портал. По ту сторону повисшего в воздухе овала тоже была пустыня, только в той пустыне был день, белое солнце висело в зените, а по барханам бегали ящерицы.

Из другого мира на Гарри пахнуло горячим воздухом.

— А твой корабль? — спросил у Магистра Кевин.

— Автопилот найдет меня сам, — сказал Магистр.

Он шагнул в портал первый, не оглядываясь, с уверенностью человека, за которым точно последуют.

— Прости за это представление, — сказал Кевин. — Но нам на самом деле нужна твоя помощь.

— Понимаю, — сказал Гарри.

Они прошли через портал вместе, и едва они переместились из одной пустыни в другую, как вокруг них взметнулись смерчи. Несколько десятков смерчей.

Гарри оказался в оке циклона.

Было жарко, но ветер не дул ни с какой стороны, и ни единая песчинка не коснулась его тела.

Сперчи опали, и вместо них остались лишь несколько десятков человекоподобных фигур, созданных из песка.

— Позволь представить тебе твою армию, лорд-командующий Борден, — сказал Магистр.

— Что-то их маловато, — заметил Гарри.

— Это Вычислители, — сказал Кевин. — Все, кого мы сумели выделить. Если отвлечь от работы еще больше, оставшееся количество не сможет поддерживать стабильное функционирование Системы.

— А какими силами располагают враги? — поинтересовался Гарри.

— Мы не знаем.

— А когда они нападут?

— Уже скоро.

— То есть, вы и этого не знаете, — подытожил Гарри.

— Ты должен понимать, что разведка в таких обстоятельствах сильно затруднена, — сказал Магистр, и тон у него был слегка виноватый.

Что, в общем-то, для Магистра нетипично.

— Чего они хотят-то? — спросил Гарри.

— Они хотят, чтобы нас не было, — сказал Магистр. — Они расценивают существование Системы, как угрозу их собственной цивилизации.

— И они не так уж и неправы, — заметил Гарри.

— Меня не заботит существование каких-то там посторонних цивилизаций, — сказал Магистр. — Моя задача — сохранить разумную жизнь в галактике.

— Эту песню я уже слышал, — сказал Гарри. — Цель, конечно, нетривиальная, но методы сомнительны.

— Они нанесли удар первыми.

— Да? — удивился Гарри. — То есть, это не ваши Сеятели вторглись в их локальное пространство и принялись бомбардировать его своими наноботами, а они прилетели к вам и сразу начали воевать?

— Сейчас уже не важно, кто нанес первый удар, — сказал Кевин. — Войны уже идет, и теперь имеет значение только то, кто нанесет последний.

— Как он тебя в это втянул? — спросил Гарри.

— Как обычно, — сказал Кевин.

— Значит, война, — сказал Гарри. — Что ж, давайте посмотрим, на что способна ваша армия.

И Гарри Борден, лорд-командующий, сделал шаг вбок.

А я не нервничал.

Я знал деда Егора, конечно, не слишком хорошо, но достаточно для того, чтобы понимать, что он не кровавый маньяк. Даже после двенадцати воплощений.

Кроме того, кровавого маньяка на его месте держать бы просто не стали. Даже в кровавом КГБ.

Потому что в первую очередь я был для них ценным источником информации, а такими источниками не разбрасываются. Особенно, накануне войны, о которой им почти ничего не известно.

Кроме самого факта, что она будет.

Поэтому он мог угрожать мне, сколько угодно, но я знал, что никакую могилу никто копать не будет. Скорее всего, мы едем на какую-нибудь секретную базу КГБ, спрятанную в подмосковном лесу, тысячи этих баз.

— Где служил? — поинтересовался у меня дед Егор. Вот оно, очередное доказательство моей правоты. С чего бы он стал разговаривать с покойником?

— Нигде, — сказал я.

— А почему? Ты что, пацифист, ек-макарек?

— Нет, по состоянию здоровья просто.

— А так и не скажешь, что ты больной, — заметил он. — Там, что ли, здоровье поправил?

— Ну да, — сказал я. — Подправил слегка некоторые характеристики.

— А кто тебя так драться научил?

— Учитель физкультуры, — сказал я.

Кабан недоверчиво хмыкнул из-за руля.

— Он из ваших был, из бывших, — сказал я.

— Наших бывших не бывает, ек-макарек, — сказал дед Егор. — Где он сейчас?

— Умер.

— Земля пухом, — сказал дед Егор. — Отчего он умер?

— От естественных причин, — сказал я. — Убили его.

— Виновных нашли?

— Ищут, — сказал я. — Вот прямо сейчас и ищут.

— Жизнь — сложная штука, — сказал дед Егор. — И эта ваша Система не сделала ее проще, ек-макарек. А сам ты кем по жизни будешь?

— Я — маг, — сказал я. — Маг огня.

— Колдун, значит, — сказал дед Егор. — Долго учился?

— Лет сто. И до сих пор учусь.

— Нет предела совершенству, — согласился дед Егор. — Выходит, ты можешь всех нас тут испепелить?

— Не могу, — сказал я. — Магия до начала Игры не работает.

— А если бы работала, то мог бы?

— Мог бы, — сказал я. — Но не стал бы.

— Почему?

— Вы же мне ничего плохого не делаете.

— То есть, ты не веришь, что мы тебя сейчас хоронить везем?

— Нет.

— Ты слышал, Стас, ек-макарек? И что это значит? Теряем квалификацию? Или образ зловещего комитета уже не такой и зловещий?

— Так он же не местный, — пожал плечами Кабан. — Точнее, местный, но очень давно тут не был. Откуда ему знать о зловещем образе комитета?

— И то правда, — согласился дед Егор. — Хотя, комитет — он ведь всегда комитет. Неужто в одном из прошлых вариантов никакого КГБ не было?

— Было что-то похожее, — сказал я. — Но вы тогда в нем не работали.

Короткостриженный затылок Кабана не выразил никаких эмоций, но дед Егор удивился.

— Ты что, знал нас раньше? Мы были знакомы?

— Шапочно и очень недолго, — сказал я.

— И чем мы тогда занимались?

— Вы были на пенсии, — сказал я деду Егору. — А Кабан… в смысле, Стас, был помощником депутата, ездил на вражеской машине и на даче имел полный подвал оружия. Кстати, вы на той даче охранником подрабатывали.