— А Система уже была на них, — догадался Виталик.

— Именно так, — подтвердил шаман. — Наноботы оказались очень живучи, и космический вакуум не мог им повредить. Наши отряды продолжали нести свою вахту в космосе, но наши планеты уже были заражены. Мы узнали об этом, когда встречали вторую волну вторжения. В самый разгар боя часть наших кораблей открыла огонь по своим. И в то же время Система объявила на наших планетах начало игры, повергнув империю в хаос. Теперь, оглядываясь назад и поговорив с игроками из других миров, я понимаю, что мы получили куда более сокрушительный удар, нежели остальные, но не знаю, что было тому причиной. Может быть, то, что мы превосходили их в развитии. А может быть, то, что мы решили сопротивляться.

— Скорее, первое, — сказал я. — Если Система — это механизм, то вряд ли она может быть мстительна.

— Длинное Копье — это оружие, — сказал шаман. — Если оно и уцелело, то только благодаря своей удаленности от миров империи. Когда мы выстраивали в космосе линию обороны для отражения первой волны вторжения, стало понятно, что мы не сможем использовать в этой войне Длинное Копье, и проект был законсервирован. Есть некоторая вероятность, что зараза туда так и не добралась.

— Но она доберется туда вместе с теми, кто решит его использовать, — сказал я. — Как только первый игрок ступит на борт…

— Именно так, — сказал шаман. — Система защищает себя. Как только она обнаружит, что ее наноботы вступили в контакт с неизвестным ранее объектом, она сделает все, чтобы понять, для чего он предназначен, и много времени это не займет. И как только она поймет, что это оружие, она его отключит.

— Но произойдет это не прям сразу, — сказал Виталик. — Какое-то время на захват и изучение ей все-таки потребуется.

— Несомненно, но это произойдет крайне быстро. Вы неприятно удивитесь, когда обнаружите, с какой скоростью Система может реагировать на такие угрозы, — сказал шаман.

— И это значит…

— Это значит, что у вас будет время только на один выстрел.

Ситуация складывалась печальная, если не сказать, удручающая.

Допустим, мы каким-то чудом получим от серых орков коды доступа, отправимся в более продвинутые миры, отыщем там космический корабль, снова каким-то чудом сумеем затащить его в эту звездную систему и вывести в космос. Тогда нам останется всего-то ничего — найти затерянный где-то посреди космоса законсервированный военный объект, быстренько его расконсервировать и попытаться выстрелить хотя бы один раз, прежде чем Система нас остановит.

При этом мы все еще понятия не имеем, куда стрелять.

Как ни крути, а выбросить из этой схемы Элронда у меня не получалось. Без него все разваливалось к чертовой матери, но и безоговорочно ему верить было глупо. Мутный он был тип, и верил я ему чуть более, чем ни фига.

— Это было очень длинное «во-вторых», — сказал шаман. — Но есть еще и «в-третьих».

— Всегда есть это чертово «в-третьих», — согласился я.

— Именно оно в свое время остановило нас от использования Длинного Копья, — сказал шаман.

— Никто не знает, куда стрелять?

— Никто не знает, куда стрелять, — подтвердил он. — В свое время, еще до вторжения этой заразы, когда мы только обнаружили пораженные Системой миры, мы пытались установить источник, но так и не преуспели.

— Как вообще работает это ваше Длинное Копье? — спросил я.

— Вы на самом деле хотите прямо сейчас услышать многочасовую лекцию по кварковой физике?

— Просто общий принцип обрисуйте, — сказал я.

— Один выстрел уничтожает один космический объект, — сказал он. — Независимо от размера. Хоть космический челнок, хоть планету.

— Страшные вы люди, — сказал Виталик. — Видимо, не зря вас Системой приложило, к хренам. А какова прицельная дальность?

— Мы не выясняли. Но цели в пределах галактики в зону поражения попадали.

— Как по мне, то это какая-то антинаучная хрень типа «Старкиллера», — сказал Виталик. — Впрочем, вы местные, вам виднее. Как быстро выстрел накрывает цель?

— Зависит от расстояния.

— Ну вилку хотя бы назовите. Или максимальный срок для самой удаленной мишени, которая у вас была.

— Сорок четыре минуты.

— Неплохо, если учесть, что речь идет о цели на другом конце галактики, — заметил Виталик. — Какой принцип действия-то?

— Это кварковая физика, — сказал шаман. — Я ей на должном уровне не владею, чтобы подробно все объяснить.

— И кем вы были в прошлой, так сказать, жизни?

— Учителем, — сказал шаман. — А потом — военным.

— Слышь, Чапай, у тебя тут коллега, — сказал Виталик. — А что преподавали?

— Тактическое взаимодействие малых групп.

— Или у меня, — сказал Виталик.

— Значит, вы считаете, что Эл… в смысле, Темный шаман тоже не знает, куда стрелять? — уточнил я, пока Виталик не увел разговор в другую сторону.

— Не знает, — подтвердил старик. — Не может знать. Мы пытались установить источник, еще находясь вне Системы, и, несмотря на всю мощь нашей Империи, так и не преуспели. А выяснить это, находясь внутри, невозможно. Перемещение в Системе основано на Нуль-Т, а сеть Нуль-Т построена таким образом, что даже точную карту уже известных миров толком не нарисовать. Система показывает нам только то, что хочет показать.

— Тогда зачем Темному шаману коды доступа?

— Вы знаете, кто он такой? Точнее, что он такое?

— Он утверждает, что он искин.

— Так оно и есть, — сказал старик. Что-то в этой истории не билось, но я пока не мог понять, что. — Он искин, и в данной ситуации он действует в рамках второй директивы.

— Что за вторая директива?

— Обеспечить собственную безопасность, — сказал шаман. — Длинное Копье — это оружие, оружие может быть направлено против него, поэтому он и хочет, чтобы оно находилось под его контролем.

— Даже боюсь спрашивать про первую директиву, — сказал я.

— Служить и защищать интересы империи, — сказал шаман. — Но поскольку империи больше нет, первая директива не работает, и вторая получает приоритет.

— А третья?

— А третьей нет, — о законах робототехники эти парни явно не слышали. Впрочем, если вы — серые орки, строящие межзвездную империю, о каком, к черту, первом законе может идти речь? Кто-то ведь должен управлять всеми этими пушками.

Вот и вырастили себе свой собственный Скайнет на минималках.

— Значит, вы утверждаете, что он нас обманул? — уточнил я. — Что он не собирается использовать Длинное Копье против Системы, потому что знает, что Систему не победить?

Шаман очень по — человечески пожал плечами.

— Рано или поздно Система нарвется на тех, кто окажется им не по зубам, — сказал он. — Но отсюда ее точно не разрушить.

— А зачем это все, как вы думаете? — спросил я.

— Что все?

— Система.

— Я не знаю, — сказал он. — Думаю, что мы уже никогда этого не узнаем.

Такой ответ меня не устраивал в принципе, но я не стал обострять.

— Наноботы — хреноботы, Нуль-Т — это все хорошо и, сука, красиво, — сказал Виталик. — Но должна же быть какая-то связность. Какой-то, сука, контроль. Вот, допустим, я, сука, охренительный огненный маг и хочу захреначить в кого-нибудь файерболлом. Откуда эти наноботы узнают, в кого именно я целюсь? Как они урон будут просчитывать? Как они определяют, выполнил я очередной квест или завалил его к хренам? Наградить меня или штраф повесить?

— Когда количество наноботов достигает определенного объема, они образуют информационную сеть, которая впоследствии дорастает до размеров инфосферы, включающей в себя всю планету, — сказал шаман. — И тогда в эту инфосферу приходят системные вычислители, которые инициируют игру и следят за ее процессом.

— Вычислители?

— Недоискины, — сказал шаман. — Действующие, пусть и достаточно гибко, но по определенным, заранее заложенным в них алгоритмам.

— И откуда же они приходят?

— Полагаю, что из того места, которое мы так и не смогли найти, — сказал шаман.