— Мне тоже, — сказал я. — Но никто и не думал, что будет легко.

— Что вообще бывает легко, к хренам? — вздохнул он.

Местный шаман обитал к довольно просторной подсобке. У него там был стул, несколько столов, заставленных всякими склянками и реактивами, стены были разрисованы каббалистическими знаками, а с потолка свисала целая паутина веревок, напоминающих ловцов снов из экранизаций Стивена Кинга. Сам шаман был стар, но это и немудрено для того, кто умудрился застать еще прежние времена.

Он был невысок ростом, худой, сгорбленный, весь какой-то выцветший и, вдобавок, носил очки.

А ожерелья из отрезанных ушей не носил. У шаманов, видимо, свои трофеи.

— Приветствую, — сказал ему Виталик. — Нас прислал Отец.

— Можете ничего не рассказывать, — заявил шаман неожиданно бодрым для такой развалины голосом. — Я подслушивал.

— Это удобно, — сказал я. — Не придется все повторять.

— Значит, вам послал мой темный коллега, — сказал шаман. — Вы хоть понимаете, как он вас подставил? И ради чего?

— У нас свои цели, — сказал я.

— Нельзя ставить правильные цели, не обладая полнотой информации, — заявил шаман. — Вы знаете, что в инфокристалле? Стойте, я лучше задам вопрос по-другому. Что он вам сказал о содержимом инфокристалла?

— Что там хранятся коды доступа к Длинному Копью, — сказал я, проигнорировав выразительный взгляд Виталика, который явно хотел эти сведения попридержать. Впрочем, он разведчик, у него профдеформация. Дай ему волю, он бы всех втемную использовал.

— Надо же, на этот раз не соврал, — сказал шаман. — А что такое Длинное Копье?

— Оружие.

— Несистемное оружие, которое никак не поможет вам в прокачке, — уточнил шаман.

— Нас не интересует прокачка, — сказал я.

— Ах да, я и забыл, — сказал шаман. — Вы хотите сокрушить Систему, ни больше, ни меньше.

— А вы не хотите? — спросил я.

— Хотел когда-то давно, — сказал шаман. — Но, поскольку у меня никогда не было возможности этого сделать, со временем я стал хотеть чего-то более реального.

— Не было возможности? А как же…

— С использованием Длинного Копья есть целый ряд проблем, — сказал шаман. — во-первых, это оружие размещено в космосе, а космических кораблей, способных передвигаться на такие расстояние, в этой звездной системе нет.

Я заметил оговорку насчет «этой звездной системы». Значит, в каких-то других они вполне могут быть?

— Я уверен, эту проблему можно решить, — сказал я.

— Эту — можно, — сказал шаман. — Можно притащить космический корабль из другого мира, перевести его на полностью ручное управление и попытаться долететь до нужного места. Если у вас в команде будет гениальный штурман, который сможет полностью вручную проложить нужный курс. Это сложно, но это решаемо. К сожалению, это лишь меньшая из проблем. Она настолько мелкая, что на нее можно просто не обращать внимания.

— Тогда расскажите нам об остальных, — попросил я.

— Систему невозможно разрушить изнутри, — сказал шаман. — Это аксиома.

— Это не аксиома, — сказал Виталик. — Это, сука, бред. Все, что угодно, можно разрушить изнутри к хренам. Практически, изнутри — это самая удобная позиция для тотального, сука разрушения. Вон хоть у Брюса Уиллиса спроси.

— У кого?

— Это наш фольклорный персонаж, — сказал я.

Шаман покряхтел, поднялся со своего стульчика, достал откуда-то два колченогих табурета и вручил их нам.

— Присаживайтесь, — предложил он. — Разговор у нас, похоже, будет долгий.

Обещание долгого разговора обнадеживало. Чем дольше ты с кем-то разговариваешь, тем больше у тебя шансов его убедить. С другой стороны, у меня были и определенные опасения. Долгий разговор, на который был готов местный шаман, означал только одно.

Ему что-то от нас надо. По-другому здесь дела не делаются, никто не будет сливать информацию просто так. И если в итоге он выкатит нам очередной невыполнимый квест, мы окажемся перед очень трудным выбором.

Шаман, тем временем, возжег в ритуальной чаше какие-то ароматические травы и посмотрел на нас сквозь легкие клубы разноцветного дыма.

— Это чтобы духов лучше слышать? — поинтересовался я.

— Нет, это для того, чтобы запаха вашего не чувствовать, — сказал он. — От вас пованивает.

Я принюхался, но ничего подобного не обнаружил. В конце концов, я на этой неделе ванну уже принимал, а Виталик-то вообще не потеет по определению. И разложением от него тоже вроде бы не несет. Впрочем, что мы знаем об обонянии серых орков? Может быть, они в этом плане, как собаки, различают малейшие оттенки.

А может старая скотина просто выпендривается.

— Что такое Система? — вопросил шаман. — Как она работает? Откуда, по-вашему, берется магия и все эти боевые способности? За счет чего оно работает?

— Если речь идет о каких-то продвинутых технологиях, то это, скорее всего, нанотехнологии, — сказал я.

— Ты с кем-то на эту тему уже разговаривал?

— Нет.

— Значит, ты умнее, чем выглядишь, если сам догадался, — сказал шаман. — Да, речь идет о нанороботах, которые обеспечивают ним и «магию» и эти дурацкие боевые абилки вроде «каменной кожи» или «двойного усиления берсерка». Как ты понимаешь, для того, чтобы это работало, нанороботы должны быть везде. В земле, в воде, в камнях, в воздухе. И в нас самих.

— Звучит логично.

— Наноботы встраиваются во все, что обнаруживают на каждой захваченной Системой планете. Во все и во всех. И это означает, что ты являешься частью Системы, — сказал шаман. — Что Система знает о тебе все. О твоем здоровье, твоем пульсе, времени медленного сна, о твоем местоположении в пространстве, о том, куда и с какой скоростью ты идешь.

— Игроков миллиарды, — сказал Виталик. — Кто и как обрабатывает такие массивы информации?

— Такие — никто и никак, — сказал шаман. — Система не следит за каждым игроком двадцать восемь часов в сутки. Но способна сделать это в любой момент, как только ты привлечешь ее внимание. Как правило, она беспристрастна и не вмешивается в то, что игроки делают друг с другом.

— Как осуществляется связь? — спросил Виталик. — Контроль?

— Система захватывает только обитаемые миры, — сказал шаман. — Наноботы перемещаются по космосу на автономных кораблях — разведчиках. Когда такой корабль обнаруживает на планете разумную жизнь, он выпускает в атмосферу наноботов и они начинают воспроизводить себя, распространяясь по миру. Эта стадия занимает от нескольких месяцев до нескольких лет, в зависимости от того, сколько кораблей было задействовано. Наноботы никак не проявляют себя, это инкубационный период от начала заражения до начала игры. Но как только корабль выпускает свое содержимое в атмосферу, планета уже обречена.

— Вы много знаете, — заметил я.

— И это знание далось нам дорогой ценой, — сказал шаман. — Мы знали о том, что грядет. Мы видели захваченные Системой миры еще до того, как она пожаловала в наш. Мы пытались защититься, но, поскольку тогда механизм был нам неизвестен, у нас ничего не вышло.

— Это зараза, — сказал Виталик. — Чума. Какой карантин ни выстраивай, достаточно одной крысе добраться до берега, и можно тушить свет.

— Мы не высаживались на зараженные планеты, наблюдали издалека, — сказал шаман. — Возможно, за нами тоже наблюдали, и мы сами подсказали Системе ее следующую цель, пригласили в наш дом, ускорили ее приход в наши миры.

— Даже если и нет, она бы все равно вас нашла, — сказал Виталик. — Рано или поздно.

— У нас было какое-то время на подготовку, — сказал шаман. — Мы построили большой боевой флот, в котором ранее не нуждались, наметили линии обороны. Мы хотели встретить их корабли на подходе и не дать им приблизиться к нашим мирам. Оказалось, что разведчики совсем не беззащитны, на них тоже стояло вооружение. Впрочем, это могла быть просто активная метеоритная защита. Мы дали им бой, уничтожили более сотни кораблей, остановили, как нам казалось, первую волну вторжения. Мы думали, что одержали первую победу в длинной и изнурительной войне. Но часть наших кораблей была повреждена, пилотам требовался отдых, и мы вернули часть наших кораблей домой.