Город был непривычно тихим для субботы — вероятно, большая часть Манхэттена либо лечила похмелье, либо застряла на дорогущих занятиях йогой.

Я подкатил к зоне прибытия аэропорта Кеннеди, поглядывая в зеркало заднего вида, пока Елена наносила макияж так усердно, будто собиралась на встречу с кем-то очень важным.

— Это всего лишь Нико, — напомнил я.

— Именно. И он обязательно пошутит о том, что я выгляжу так, будто не спала, и наверняка снова реву из-за бариста, которую едва знаю.

Я прыснул от смеха.

— Ну, справедливости ради... ты так и делала.

— Это было сто лет назад, заткнись.

Прежде чем я успел ответить, телефон звякнул.

Нико:Приземлился. Ищи самого горячего парня в зоне прибытия с багажом, который выглядит просто идеально.

Спустя пару минут он появился. В авиаторах, с кожаной сумкой через плечо и той самой самодовольной ухмылкой, которая была при нем всегда.

— А вот и он, — сказал я, ставя машину на парковку.

Он сразу нас заметил и начал картинно махать рукой, словно вышедшая в тираж поп-звезда.

— Почему он выглядит так, будто сейчас начнет раздавать автографы? — невозмутимо спросила Елена.

— Потому что он бы так и сделал, если бы кто-то попросил.

Он забрался на заднее сиденье, бросив сумку рядом.

— Мои любимые высокопоставленные родственнички, — провозгласил он, подавшись вперед между нашими креслами. — Вы выглядите отвратительно отдохнувшими. Фу.

— А ты выглядишь так, будто подкупил стюардессу ради лишней выпивки, а потом всучил ей свой номер, — сказала Елена, оборачиваясь.

— Я сделал и то, и другое. Зато она пересадила меня в первый класс.

Я покачал головой и влился в поток машин.

— Бранч?

— Умоляю. Я умираю с голоду. И немного с похмелья. Но в основном с голоду.

Мы приземлились в маленьком французском кафе в Вест-Виллидж. Это был выбор Елены, что означало переоцененную выпечку и кофе, способный поднять мертвого.

Мы заняли угловой столик на террасе, и к тому времени, как официант принес напитки, Нико уже вовсю расписывал свой очередной провальный роман с какой-то керамисткой из Лос-Анджелеса.

— Она заявила, что я не уважаю ее творческие границы. А я ответил, что ее творческая граница — это пропадать с радаров посреди рабочего дня.

Елена фыркнула в свой капучино.

— Клянусь, — продолжал Нико, — я женюсь на ком-то скучном. На дантисте или грумере. На ком-то, кто считает, что прелюдия это ранняя оплата счетов.

— Не думаю, что такова твоя судьба, — вставил я.

— Нет? — он вскинул бровь. — А какова твоя? Потому что ходят слухи, что месье гендиректор был очень занят игрой в сексуального босса с наследницей «Hayes International».

Елена моргнула.

— Погоди... что?

Я не успел ответить вовремя.

— Ты переспал с Самантой Хейс? — спросила она, выпрямившись так резко, что чуть не опрокинула чашку. — Это та самая Сэм?

— Я не знал, кто она такая, первые несколько раз. И давай избегать слова «трахнул», мы взрослые люди. Но да, мы провели вместе ночь в Париже, — пробормотал я.

Нико многозначительно закивал.

— Классическая мелодрама. Она горячая, умная и игривая. Он эмоционально закрытый, но чертовски обаятельный. Искры летели во все стороны.

— Ты, должно быть, шутишь, — Елена смотрела на меня широко открытыми глазами, в которых смешались благоговение и ужас. — Тео, ты же понимаешь, что это твоя реальная жизнь, а не дрянной сериал?

— Поверь, я в курсе.

— И ты теперь работаешь прямо на ней? — с ухмылкой спросила сестра.

— И под ней, — шепнул Нико, и они оба зашлись в хохоте, как будто это была лучшая шутка на свете.

— Она работает в компании, — поправил я. — Технически она не подо мной и не на меня.

— Она буквально через коридор от него, — услужливо добавил Нико. — И, по словам Харпер, сексуальное напряжение там такое, что это уже тянет на нарушение правил пожарной безопасности.

— Боже. Харпер пора заткнуться, — проворчал я, допивая свой эспрессо.

Елена подалась вперед, понизив голос.

— Ладно. Но... тебе самому как, нормально, что она рядом после того, как вы... Ну, ты понял?

— Елена Джонс! И да, мне нормально. Я просто стараюсь всё не испортить.

Нико поднял свой стакан.

— За то, чтобы не всё испортить, а только дочку Хейса.

Я закатил глаза, и мы чокнулись. Елена чуть не подавилась от смеха.

— И еще, — добавил Нико, — я хочу познакомиться с ней нормально. Весь этот вайб «я с ней переспал, но теперь не знаю, что делать» убивает всё моё настроение.

— Познакомишься, — буркнул я. — Сегодня на гала-вечере.

— О-о-о, — протянула Елена, и ее глаза загорелись. — Это будет весело.

— Нет, не будет.

— Будет! — хором ответили Нико и Елена.

Я вздохнул. Было слишком рано для виски.

Вернувшись домой, Елена сразу перешла в режим подготовки: косметичка взорвалась на полке в ванной, а инструменты для волос были разложены словно боевое оружие.

— Даже не думай соваться в эту ванную! — крикнула она из-за двери.

— Я бы не рискнул, — отозвался я, направляясь к себе.

Нико бросил сумку на гостевую кровать и рухнул на нее так, будто жил здесь годами.

— Хорошее место, — заметил он, оглядываясь. — Современный минимализм с привкусом подавленных эмоций.

Я усмехнулся, снимая рубашку.

— Здесь тихо. Мне нравится.

— Здесь одиноко, — возразил он, но без злобы.

Мы одевались в комфортном молчании, пока Нико снова его не нарушил, на этот раз уже серьезно.

— Так что там с Самантой Хейс?

Я замер на середине пуговицы.

— А что с ней? — спросил я, не глядя на него.

— Она тебе нравится? В смысле, больше, чем просто секс?

Я вздохнул.

— Да.

Нико медленно кивнул, задумавшись.

— И?

— И Харпер всучила мне документ из отдела кадров «на всякий случай», который разрешает отношения, если Саманта не будет моим прямым подчиненным.

— Это... основательно.

— Ну, это же Харпер. У нее всё так. — Я накинул пиджак. — Но дело не в этом.

— А в чем?

— Ей двадцать шесть. У меня за плечами целая жизнь и куча багажа. Она только вступает во владение империей, которой никогда не хотела. Я — новый гендиректор этой самой империи. Мы на разных страницах и даже в разных книгах.

— Может быть, — сказал Нико, поправляя запонки. — А может, вы просто читаете разные главы с опережением графика. Послушай, я к тому, что, откуда ты знаешь, что она не хочет большего, если ты ее не спрашивал? Она снова переспала с тобой. Даже после того, как вы поспорили и пытались строить из себя профессионалов. Я бы сказал, что она тоже тебя хочет.

Я не ответил, просто потому что не знал, что сказать.

В дверь позвонили. Это была Харпер. Я открыл и невольно моргнул. На ней было темно-синее шелковое платье в пол, волосы убраны в безупречный узел, а ярко-красная помада была единственным цветовым акцентом. Классическая Харпер: ослепительная, выверенная и, как всегда, на двадцать минут раньше срока.

— Ого, — шепнул Нико. — Ты пугаешь в самом лучшем смысле слова.

Харпер улыбнулась, окинула меня взглядом с ног до головы и кивнула.

— Приемлемо.

Елена появилась через пару минут с бронзовыми скулами и голливудскими локонами.

— Я готова. Нам выпить шампанского сейчас или будем строить из себя аристократов и подождем приезда?

— Будем строить, — отрезала Харпер.

— Черт, ладно, — пробормотала Елена.

— Харпер, на пару слов, — сказал я чуть резче, чем хотел. Елена и Нико пошли вперед.

— Да? — она выглядела удивленной.

— Пожалуйста, прекрати сплетничать с Нико о... Сэм.

При этих словах выражение ее лица смягчилось.

— Конечно. Как только ты перестанешь трахать ее в рабочие часы и сам спросишь моё дружеское мнение.

— Хар...

Она подняла руку, пресекая любые возражения.

— Теодор, я тебя обожаю и как босса, и как друга. Ты же знаешь, ты мне как старший брат. Я могу держать деловую сторону вопроса в узде и соблюдать профессионализм, но мы ведь здесь все друзья, и мы тебя знаем. И, ну... чертовски весело сплетничать о твоих сексуальных похождениях, когда я единственный свидетель всего этого.