Демид вздохнул, подошёл и без особого усилия подхватил девушку под локти, аккуратно сняв её с крыши. Ария мягко встала на землю и довольно кивнула, будто ей это было жизненно необходимо.

В это время Саша уже открыла багажник БаоТэн, показывая Призраку:

— Вот это — в СинЖу. И вот это.

Призрак кивнул, быстро перекинул пакеты к ним в машину, закрыл дверцу и сказал:

— Надо валить. Пока не появились ещё «фанаты».

— Согласна, — Ария коротко чмокнула его в щёку, бросила ключи от БаоТЭн в руки киберспортсмену и села на пассажирское место. — Едем.

Александра тихо обошла машину и села в СинЖу к Демиду, не сказав ни слова, лишь мельком взглянув на него — и тут же отвернувшись. Двигатели загудели. БаоТэн первым выехал с парковки, СинЖу — следом. Две тёмные машины стремительно растворились в ночи, оставляя позади пустой магазин, ровные тени фонарей…

И ощущение, что ночь ещё приготовила им не один сюрприз.

Демид бросил короткий взгляд на Александру — будто проверял, не дрожат ли у неё руки, не отворачивается ли она от окна, не скрывает ли слёзы. Но она сидела спокойно, лишь чуть крепче сжимала ремень безопасности.

— Испугалась? — негромко спросил он.

Саша кивнула, не пытаясь изображать из себя стойкую.

— К сожалению, к таким ситуациям невозможно быть готовой, — мягко сказала она. — Но… я восхищена тем, как Морок всё разрулила. Это было… очень уверенно.

Демид фыркнул, глядя в зеркала заднего вида, контролируя расстояние до БаоТЭн.

— Ария умудряется и не из таких передряг выбираться, — бросил он. — Мне кажется, она хаосом питается.

Саша тихо усмехнулась, соглашаясь. Несколько секунд тянулась тишина, ровный шум мотора заполнял пространство между ними. Демид выдохнул глубоким, чуть усталым выдохом — тем, что выходит сам, когда человек уступает собственному упрямству.

— Слушай… — начал он глухо. — Я не подарок. Я это понимаю. И… переборщил. Не должен был вести себя как… ну… — он замолчал, пытаясь подобрать слово помягче. — Короче, я был неправ. Особенно учитывая, что ты вообще согласилась вытащить наш проект. Так что… — он чуть улыбнулся уголком губ. — Постараюсь вести себя нормально. Больше не выкидывать тебя посреди трассы.

— Звучит вдохновляюще, — мягко ответила Александра, не глядя на него. — И… я не в обиде. Правда. Я понимаю, что у тебя тоже жизнь не сахар.

Он коротко рассмеялся — без злости, без бравады. Как будто впервые за весь день позволил себе отпустить напряжение.

— Ну… — пробормотал он. — Тогда с меня кофе. В первой же придорожной кафешке. Нормальный, горячий, не растворимый. Обещаю.

Александра впервые за вечер улыбнулась по-настоящему — лёгкой, мягкой, искренней улыбкой.

— Договорились.

Александра держала в ладонях бумажный стаканчик кофе — обеими руками, словно тот был маленьким источником тепла, которое ей так не хватало за этот долгий, насыщенный странностями вечер. Пар медленно поднимался вверх, растворяясь в прохладном воздухе салона. На губах у неё блуждала тёплая, задумчивая улыбка.

За рулём Демид вальяжно облокотился на подлокотник, взгляд расслабленно скользил по трассе. Дорога была оживлённой — обогнать поток не получалось, и он держал устойчивый темп, не нервничая.

— Как ты стала менеджером «Идола»? — вдруг спросил он, будто между делом, но голос звучал искренне любопытно.

Саша пожала плечами.

— Да просто… подработку искала.

Демид усмехнулся.

— Похоже, подработка слегка затянулась.

Александра неопределённо качнула плечами, глядя в окно. Молчание установилось мягкое, не гнетущее — такое, в котором людям не нужно спешно искать тему, чтобы его заполнить. Минуты через три она сама нарушила тишину:

— Почему ты никогда не говоришь о своей семье?

Демид чуть напряг пальцы на руле. Машина мягко виляла след в след за дорожным потоком. До Самары было ещё километров шестьсот — ночь впереди длинная, разговоры всё равно найдут дорогу. Он помолчал. Настолько долго, что Саше даже показалось — не ответит. Но потом он выдохнул.

— Я… не близок с родителями, — начал спокойно, без злости, скорее с усталостью. — Они всегда откупались от меня деньгами. Знаешь… чтобы я не беспокоил, не требовал внимания. Они… — он чуть криво улыбнулся. — Мы друг друга не знаем. Как люди. Как личности.

Александра слушала внимательно. Не жалела и не перебивала.

— А потом, когда «Идол» стал известен, — продолжил он, чуть крепче сжимая руль, — отец решил, что это отличный шанс. Контакты, связи, влияние. Пиар. Всё это.

Он покачал головой.

— Я не для этого работал. И точно не хотел быть инструментом.

Демид чуть сбавил скорость, пропуская грузовик, а затем снова встроился в полосу. Его взгляд стал тяжелее, но спокойнее — будто признавшийся в чём-то важном человек.

— В общем… нашим отношениям это точно не помогло.

Александра тихо вздохнула, обхватывая стакан чуть плотнее.

— Богатым, наверное, по-своему тяжело, — сказала она мягко, почти задумчиво.

Демид поморщился, словно от слишком крепкого вкуса.

— Да нет… мне грех жаловаться. — Он чуть дернул плечом. — Деньги открыли мне все двери. Без них не было бы «Идола».

Саша удивлённо приподняла брови.

— Но Ария же добилась успеха без денег. Её же никто не продвигал… «Морок» существовал ещё до «Эскапизма».

Демид хохотнул — коротко, но искренне.

— Надо же… мой менеджер ещё и не всё знает.

Саша нахмурилась, ощутив лёгкую уколотость.

— Это же правда, разве нет?

Багров скосил на неё взгляд, затем снова вернул его на трассу. Улыбка на его лице стала хитрой, почти лукавой.

— Ария построила карьеру частично на очень громких разоблачениях, — сказал он. — На её бескомпромиссности, резкости, прямолинейности. Она стала символом честности, её слушали, ей доверяли. Это и дало ей огромную лояльную аудиторию.

Он на мгновение замолчал, словно решая, стоит ли продолжать. Но продолжил.

— А потом её бывший парень, Вадим… — Демид усмехнулся чуть горько. — Тот ещё тип. Он отобрал у неё проект. «Морок», как идея, как коллектив — всё. Она осталась ни с чем.

Александра нахмурилась сильнее.

— И что же тогда?

— А затем, — сказал Демид, — подвернулся Леон Оуэнн. Мультимиллиардер. Очень… своеобразный чувак. Но он увидел в Арии то, чего другие не видели. И вложил в её возвращение огромные ресурсы. Если бы не он — она бы вернулась, конечно, но не с таким размахом.

Саша медленно переваривала услышанное.

— То есть весь успех Морока держится на деньгах? — спросила она почти шёпотом.

Багров качнул головой.

— Нет. — Его голос стал тверже. — Деньги не сделали из неё того, кем она стала. Они просто усилили эффект. Ария — слишком сильная личность. Она притягивает людей. И если соединить это с ресурсами… получается взрывной результат.

Он снова посмотрел на дорогу, а затем тихо добавил:

— Деньги дают звук громче. Но сам голос — её.

Александра будто потеряла нить разговора — не потому что не слушала, а потому что услышанное выбило почву из-под ног. Она опустила взгляд на свой стаканчик, обхватив его ладонями, как будто тепло кофе могло помочь собрать мысли в кучу.

Демид же, не заметив или делая вид что не замечает её заминки, продолжил:

— Аудитория поддержала её возвращение не потому, что у неё появился богатый покровитель. — Он говорил уверенно, спокойно, без тени сомнения. — А потому что она не изменилась. Если бы Ария хотя бы на миллиметр поступилась принципами, смягчила остроту, попыталась играть по чужим правилам — фанаты бы её разорвали. Они любят её именно за прямоту. За честность. Она не скрывала, кто ей помог, не делала из этого тайны и не юлила.

Саша подняла взгляд и сказала почти в шутку, но всё же с ноткой удивления:

— Похоже, ты… восхищаешься ей.

Багров усмехнулся — легко, без попытки отрицать очевидное.

— А кто бы не восхищался? — спросил он. — Ария заслужила уважение. И восхищение тоже. Она выбила себе место. Выгрызла. И при этом не зазвездилась. Осталась собой. Ну… только опыта добавилось.