И тут Призрак покраснел так, что даже кончики ушей стали горячими — в тёмном салоне это было почти видно. Он сглотнул:

— Потому что… ты единственный человек, который прошёл это и не сломался.

Он замялся, переводя дыхание.

— Ты не зазвездилась… не продалась… не сошла с ума от фанатов и давления. И если кто-то знает, как удержаться на плаву… то это ты.

Он осмелился взглянуть на неё — коротко, почти украдкой. Ария смотрела прямо на него. Не с насмешкой. Не как на фаната. Не как на мальчишку, который дрожит возле иконы. А как на человека, который действительно попросил совета. И действительно нуждался в ответе.

Ария закатила глаза так выразительно, что Призрак даже почувствовал, будто его морально поцарапали.

— Ну всё… — тихо протянула она. — Я была готова к вопросам про семью, творчество, бойфрендов, бывших бойфрендов, фанатов, хейтеров… но только не к тому, как «не зазвездиться».

Призрак ощутил, как у него внутри всё сжалось — словно он сделал что-то ужасно неловкое. Она ведь могла и разозлиться… или посчитать его глупцом, который вывалил на неё свои страхи.

Но Ария лишь цокнула языком, вздохнула:

— Это… очень неоднозначно, Призрак. И…

БАБАХ.

Машину резко повело вправо, зад приподняло, и БаоТэн содрогнулся, будто его пнули. Колесо, натурально, отстрелило — и с диким вращением укатилось в поле, оставляя подозрительные искры, пока не растворилось в сумерках. Призрак резко вывернул руль, поймал машину, аккуратно затормозил, включил аварийку. Сердце ухало где-то в горле. Он повернулся к Арии — ожидая паники, крика, злости. Но рок-звезда сидела, широко распахнув глаза…

А потом заливисто рассмеялась.

— А запаски-то… нет! — выдохнула она сквозь смех. — А ведь я ничего не делала. Просто сидела в машине.

Она смеялась так искренне, так звонко, будто всё это было не аварией посреди трассы, а шуткой удачного стендапа. Призрак сначала смотрел на неё в шоке. Потом у него дрогнули губы. А потом он тоже рассмеялся — от облегчения, от абсурда, от того, как легко Ария умудрялась погасить стресс. БаоТэн стоял на трёх колёсах, зад неестественно завален вниз, где-то в поле на полном ходу укатила покрышка…

А они сидели внутри и смеялись. Будто это был не провал, а приключение. И именно в этот момент Призрак понял — вот почему он искал совета именно у неё.

Александра вела машину предельно сосредоточенно: руки на руле, плечи напряжены, взгляд — на дороге. Демид рядом устроился свободно, будто это не квест-рейс, а прогулка по набережной.

И вдруг рация ожила сиплым щелчком.

— Алё-алё, база, приём! — раздался заливистый голос Арии, в котором слышалось слишком много веселья для любой аварийной ситуации. — Мы тут колесо потеряли! Стоим, любуемся звёздами.

Саша невольно нажала на тормоз чуть сильнее, чем нужно. Демид подался вперёд, склонился к рации ближе:

— Вернуться? — спросил он. — Где вы именно стоите?

— Да не-не, не надо! — Ария даже не пыталась скрыть смех. — Мы по другой трассе поехали, вам уже бессмысленно к нам возвращаться. Всё норм. Переживём. Может, даже колесо найдём. Если оно не убежало слишком далеко.

— А как вы справитесь? — спросила Саша, всё ещё не веря, что это может быть нормально.

— Да отлично справимся! — бодро ответила Ария. — Мы с Призраком универсальные солдаты. В крайнем случае будем голосовать на дороге.

И рация щёлкнула, затихла. В салоне повисло короткое, почти ошарашенное молчание. Демид покачал головой, фыркнул:

— Честно? Я не удивлюсь, если Морок даже за рулём не сидела в момент, когда колесо улетело.

Саша не удержалась, улыбнулась и покачала головой. Да, учитывая стиль Арии — весьма вероятно. На следующей секунде что-то в поведении Демида незаметно меняется: взгляд становится менее насмешливым, а голос — более мягким, бархатным. Он будто слегка приглушил лёгкость и включил тот самый «сценический» шарм, который узнавали миллионы.

— Саш, — протянул он лениво, — тебе вообще нравится творчество Идола?

Девушка смутилась — не сильно, но заметно. Она перевела взгляд с дороги на зеркало, будто пытаясь найти в нём правильный ответ.

— Некоторые песни… нравятся, — осторожно сказала она. — Они… нашли отклик.

Эти слова, кажется, понравились Демиду больше, чем должны были. Он медленно, откровенно провёл по ней взглядом — оценивающе, даже дерзко.

— Тогда может… свидание? — спросил он с наглопривлекательной улыбкой, будто предложение — уже решённое дело.

Александра нахмурилась. Ей стало не по себе. И в этот момент они проехали мимо огромной белой надписи: САМАРА. Она ухватилась за неё, как за спасательный круг.

— Забей, пожалуйста, маршрут в навигатор, — попросила Саша ровным голосом, не глядя на него.

Демид завис на секунду. А потом ухмыльнулся уголком губ — но полез настраивать маршрут, откинувшись на спинку кресла чуть спокойнее, чем секунду назад. И только тогда Александра снова смогла вздохнуть.

Демид вбил данные в навигатор парой небрежных касаний. Экран мигнул, построил маршрут — и выдал точку назначения. Багров хмыкнул, склонив голову к планшету.

— Интересно… почему именно сюда? — протянул он и бросил на Сашу взгляд исподлобья, чуть насмешливый, чуть вызывающий. — Ну давай, удиви, заучка.

Александра тяжело выдохнула — коротко, как человек, у которого и так всё внутри кипит от напряжения, но который старается держаться спокойно.

— Самара же прославилась космической промышленностью, — начала она ровно, почти лекционно, но без занудства. — Именно здесь изготовили ракету-носитель «Восток», на которой Гагарин в 1961 году отправился в космос.

Демид слушал, не перебивая. Для него это было редкостью.

— Поэтому неудивительно, что здесь один из лучших космических музеев в России — «Самара космическая».

Она чуть повернула голову к нему.

— Там есть скафандры, тренажёры космонавтов, модели кораблей, реальные спутники, которые действительно были на орбите…

Она делала паузы, будто не рассказывала, а погружалась в знакомый, понятный ей мир. В мир, где всё логично и стабильно — не как с Демидом.

— А главный экспонат — ракета-носитель «Союз»: пятьдесят пять метров высотой, больше двадцати тонн. Долго служила на Плесецке, а после списания её перевезли сюда.

Багров хмыкнул. Но теперь в его голосе было меньше издёвки — больше интереса.

— Вот ведь заучка, — сказал он, но без злости.

Больше — с лёгким, почти уважительным подтоном. Саша сжала руль сильнее и решила не отвечать. Спорить с ним бесполезно, а оправдываться — тем более. Но где-то внутри она поняла: «даже если он смеётся — все слушал. И каждое слово запомнил».

— Возможно ты не безнадёжен, — буркнула девушка себе под нос.

— Чего? — не расслышал Багров, поворачивая голову.

— Говорю нас только что БаоТэн обогнал.

— Как у неё этой выходит? — поразился Демид.

Ария флегматично опиралась плечом о дверцу, глядя куда-то вдаль, на пустое поле, где ветер разгонял сухую траву. Она даже не выглядела раздражённой — скорее, слегка утомлённой и почему-то расслабленной, как человек, которому наконец-то разрешили хоть немного выдохнуть.

— Как думаешь, — лениво протянула она, не поворачивая головы, — есть смысл идти искать то колесо?

Призрак дернул плечом, цокнул языком.

— Затея так себе. Оно сейчас уже где-нибудь в Саратове катится.

Ария тихо хмыкнула, но не успела ответить — рядом затормозила машина. Пыль взвилась, тормоза коротко пискнули. Из-за руля выбрался пожилой мужчина с аккуратной сединой и уверенной походкой.

— Ребята, вам помощь не нужна? — спросил он добродушно. — Я видел, как у вас колесо улетело… прямо как снаряд.

Ария разом оживилась, как будто кто-то нажал в ней на внутренний переключатель.

— От помощи мы бы не отказались, — весело сказала она, отводя волосы от лица.