На третий день отсутствия мужа ко мне в кабинет постучалась Полли. Она была вся взбудоражена, ее щеки горели, а глаза блестели.

— Миледи! Миледи! — выпалила она, едва переступив порог.

— Что случилось, Полли? — спросила я, отрываясь от гроссбуха. — В доме пожар?

— Хуже, миледи! То есть, лучше! Я не знаю! — она задыхалась от переполнявших ее эмоций. — Моя кузина, она служит горничной в доме лорда Эшфорда в городе. Она только что прислала мне весточку с молочником! Вы не поверите!

— Полли, дыши, — я улыбнулась. — И рассказывай по порядку.

Она сделала глубокий вдох.

— Лорд Алистер! Наш лорд! Он вчера был на приеме у Эшфордов. И там… там была баронесса де Винтер!

Моя улыбка погасла. Ну вот, началось. Мой муж встречался с любовницей.

— И что? — спросила я как можно более ровным тоном.

— А то! — Полли подскочила ко мне и понизила голос до заговорщицкого шепота. — Она подошла к нему, миледи! При всех! Стала что-то ему говорить, улыбаться, хотела взять под руку. А он… он, говорят, так на нее посмотрел, будто она пустое место!

— И все? — я старалась скрыть свой интерес.

— Нет! Он сказал ей! Громко, чтобы все слышали! Он сказал: «Мадам, я полагаю, наш разговор окончен. Прошу вас больше не утруждать себя попытками привлечь мое внимание».

Полли изобразила ледяной тон Алистера, и это вышло у нее так смешно, что я едва сдержала смех.

— А она… она, говорят, побледнела как полотно! Стала что-то кричать про то, что он не может так с ней поступить, что она ему все отдала! Устроила настоящий скандал! А он просто повернулся и ушел, оставив ее стоять одну посреди зала! Весь город теперь только об этом и говорит!

Полли закончила свой рассказ и уставилась на меня, ожидая реакции. Она думала, я буду ликовать. Прыгать от счастья.

А я… я чувствовала странное, тихое удовлетворение. Он услышал меня. Выполнил мое условие. Не потому, что я попросила. А потому, что он сам так решил. Возможно, скандал, который устроила Изабелла, окончательно открыл ему глаза на ее истинную натуру. А может, он просто решил, что содержать любовницу, которая создает проблемы с его новым «ценным ресурсом» — то есть, со мной, — экономически невыгодно. Всего то.

— Спасибо, Полли, — сказала я спокойно. — Это очень… интересная новость. Но нам пора работать. Передай, пожалуйста, миссис Гейбл, что я жду от нее отчет по запасам круп.

— Слушаюсь, миледи! — она сделала реверанс и, довольная, выбежала из кабинета.

Я осталась одна. Я не ликовала. Но в душе было тепло. Он не просто разорвал с ней отношения. Он сделал это публично. Жестоко. Он сжег мосты. Алистер показал всему свету, что баронесса де Винтер для него больше не существует.

Слухи продолжали поступать. Через два дня Том, вернувшись с городского рынка, с горящими глазами доложил, что лорд Вудсборн закрыл счет в ювелирной лавке и у модистки, которыми пользовалась баронесса. А еще расторг договор аренды на маленький особняк, который он для нее снимал.

Он не просто прощался с прошлым. Он стирал его. Методично, безжалостно, как хороший бухгалтер списывает безнадежные долги.

Когда Алистер вернулся, он выглядел уставшим, но… каким-то другим. Более спокойным. Более цельным. Он не сказал мне ни слова о том, что произошло в городе. И я не спрашивала. Мы оба делали вид, что ничего не изменилось.

Вечером, когда мы снова ужинали вдвоем в большой столовой, тишина между нами была уже не такой напряженной. Она была вполне комфортной.

— Я заключил несколько новых контрактов, — сказал он вдруг, нарушая молчание. — С поставщиками с городского рынка, как вы и советовали. Цены действительно оказались значительно ниже.

— Я рада, что мои советы оказались полезны, — ответила я, аккуратно разрезая кусок курицы.

— Я также нанял в помощники ещё одного управляющего, — продолжил он. — Молодой парень, сын моего поверенного. Толковый, с хорошим образованием. Он будет заниматься полевыми работами и внешними сделками. А дом и внутреннее хозяйство… остаются на вас. Если вы не против, конечно.

— Я не против, — кивнула я.

Он смотрел на меня, и в его взгляде не было ни капли прежней снисходительности. Алистер говорил со мной как с равной. Как с деловым партнером.

— Хорошо, — сказал он. — Тогда завтра утром мы втроем — вы, я и мистер Дэвис, наш новый помощник, — проведем совещание. Нужно обсудить планы на следующий квартал.

Совещание. Втроем. Я, он и новый управляющий. Я едва заметно улыбнулась. Я не просто получила ключи от дома. Я получила место за столом переговоров.

— Я буду готова, — сказала я.

После ужина он не ушел сразу в свой кабинет, как обычно. Он проводил меня до лестницы.

— Вы сегодня прекрасно выглядите, Сесилия, — сказал он, когда я уже ставила ногу на первую ступеньку.

Я замерла. Это был первый комплимент, который я услышала от него за все время.

— Спасибо, — ответила я, не оборачиваясь. — Вам тоже идет отсутствие… лишних забот.

Я не удержалась от шпильки. Я услышала за спиной тихий, горький смешок.

— Пожалуй, вы правы, — сказал он.

Я поднялась в свою комнату и закрыла за собой дверь. Подошла к зеркалу. На меня из него смотрела женщина в простом, но элегантном платье, с убранными в причёску волосами и спокойным, уверенным взглядом. Я больше не была призраком леди Сесилии. Я была леди Вудсборн. Настоящей хозяйкой этого дома.

И хотя я сохраняла невозмутимый вид, в душе я ликовала. Алистер сделал свой выбор. Он очистил свою жизнь от прошлого. Я не знала, сделал ли он это ради меня или ради себя. Это было неважно. Важно было то, что теперь между нами не было теней. Только мы.

Совместные ужины стали нашей новой рутиной. Странной, немного неловкой, но рутиной. Каждый вечер ровно в восемь мы встречались в большой столовой. Дженнингс, который теперь смотрел на меня с нескрываемым уважением, лично прислуживал нам. Мы сидели на противоположных концах длинного стола, как два монарха на переговорах, разделенные сияющим серебром и хрусталем.

Наше первое «совещание» с новым управляющим, молодым и толковым мистером Дэвисом, прошло на удивление гладко. Алистер представил меня не как свою жену, а как «управляющую хозяйственной частью поместья». Мистер Дэвис, которому, видимо, уже объяснили новую расстановку сил, обращался ко мне с таким же деловым почтением, как и к лорду. Мы обсуждали закупку скота, ремонт крыши на амбаре и мои планы по расширению огорода. Алистер по большей части молчал, слушая меня, и лишь изредка вставлял веское замечание или задавал уточняющий вопрос. Он наблюдал. Изучал. И, кажется, был доволен тем, что видел.