— Уверена? — теперь она посмотрела на меня. Пронизывающим взглядом.

Но я не дрогнула.

— Уверена.

— Ты — загадочная особа, Кира Монтрэй. Лик не проявлялся годами, теперь с ним нет связи, зато есть серьезные задатки к высшей магии. А еще защита, что на тебе стоит, очень необычная. Знаешь, что я сделала? Попыталась заглянуть в твоё будущее. Я — предсказательница. Точнее была ею раньше. В старые времена. Теперь могу использовать способности разве что в бытовых целях.

Я слушала очень внимательно, прекрасно понимая, что и она врет. Леди Саломея использовала способности для ректора. Я видела это во сне. Речь шла точно не о решении бытовых вопросов.

— Как думаешь, что я увидела в твоем будущем? — задала она провокационный вопрос.

Наверное, следовало прикинуться дурочкой. Но почему-то я решила поступить иначе. Почувствовала нутром, что так будет правильнее.

— Подозреваю, ничего. Я не читаема.

Пожилая дама усмехнулась.

— Стало быть, Доротея тоже пыталась и наткнулась на стену, — констатировала она.

Я кивнула.

— Сказала, что такое с ней впервые.

— Со мной тоже, — призналась леди Саломея. — Только не пойму, дело в твоей защите или в тебе самой.

— У меня тем более нет ответа на этот вопрос, — заговорила я не слишком почтительно, ибо моему терпению подходил конец. — До недавнего времени я вообще не подозревала, что во мне течет магическая кровь, а теперь… Проклятье! Моя жизнь и так не была простой и веселой, а сейчас всё и вовсе перевернулось с ног на голову!

Я внезапно замолчала, сообразив, что повышаю голос на важную даму. Впрочем, я понимала, почему так произошло. Дело не только в накопившейся усталости. На меня смотрели глаза тётки Доры. С лица тётки Доры. Единственной обитательницы нижнего мира, с которой я могла поговорить. Пусть и не по душам. Но всё же.

— Простите. Я не хотела кричать. Просто…

— Тебя допекли, — протянула леди Саломея многозначительно. — Главное, не покалечь никого. Вижу кулаки чешутся. Глаза вон как горят.

Я уставилась себе под ноги, стараясь унять гнев, а он всё равно разливался по телу волнами и будоражил кровь.

Сестра тетки Доры это поняла.

— Идем, — она приглашающе махнула рукой.

Я не посмела спрашивать, куда именно, хотя очень хотелось. Ясно было только одно: мы направлялись не в замок, а в сторону от него. Ричард, разумеется, рванул за нами. На расстоянии. Продолжал делать вид, что интересуется то травой, то бабочками. Но не терял нас из виду. В молчании мы обогнули наш замок, прошли по липовой аллеи, где к дорожке прилипали подошвы моих кед и туфель на низком каблучке леди Саломеи. Дальше началась березовая роща, и мне снова вспомнился дом с прогулками по лесу. Глаза защипало. Не то чтобы я очень скучала по родным. Разве что по отцу и капельку по братьям — любимчикам фальшивой матушки. Просто там — в нижнем мире — всё было пусть и нелегко, но понятно. Я примерно представляла, какая судьба меня ждет, и не верила, что мою тайну когда-нибудь раскроют. А здесь надо мной будто постоянно висел меч (или топор), способный рухнуть в любой момент. Не говоря уже о том, что я постоянно оказывалась в центре катастроф.

— Пришли, — оповестила леди Саломея, останавливаясь у оврага.

Он был странный. С одной стороны — крутой склон с растущими на неравном расстоянии деревьями. А с другой… Сколько я ни старалась, не могла разглядеть, что там. Да и дно оврага покрывал туман. Не поймешь, что внизу. И насколько там глубоко.

— Это край нашего мира, — пояснила спутница. — Ты же в курсе, что этот мирок создан искусственно? Исключительно для юных двуликих.

— Да, я об этом слышала. Он небольшой по размеру.

— Совсем небольшой, — подтвердила она. — А подойти к краю способны только очень сильные маги. Ты определенно смогла. Большинство бы уже свалилось без чувств метрах в тридцати отсюда.

— Зачем мы здесь? — спросила я, глядя вниз.

Так увлеклась разглядыванием клубящегося серого тумана, что пропустила момент опасности. Леди Саломея с ловкостью, которой бы позавидовал любой молодой маг или человек, толкнула меня в спину…

Я закричала в падении. От ужаса. От понимания, что вот-вот умру. На большее не хватило времени. Тело, знаете ли, падает с высоты быстро. Услышала лишь отборную ругань Ричарда, а потом истошный вопль. И всё. Потом я оказалась в объятиях тумана, под которым скрывалось дно оврага.

Или… не скрывалось.

Я прикрыла голову руками, хотя это не могло меня защитить. Да только удара всё не было и не было.

— Что происходит? — пробормотала я, осознав, что больше никуда не падаю, а вишу в воздухе.

— Мы живы?

— Ох…

Я обнаружила рядом Ричарда! Светящегося Ричарда! Он в буквальном смысле переливался всеми цветами радуги!

— Я тоже… того? — спросила, поглядев на свои руки.

— Нет. Кажется, только я.

Пёс был прав. Нечто странное происходило только с ним. Я же просто висела в тумане, не видя ни дна, ни неба, ни того, что находилось по бокам. Ричард оставался в поле зрения исключительно потому, что находился близко.

— Что делать-то? — спросил он, нервно перебирая лапами, будто это могло помочь.

— А я откуда знаю! Проклятье! Чтоб вам пусто было! — заорала, обращаясь к леди Саломее, хотя и не была уверена, что она способна меня слышать отсюда. — Вы — старая мегера! Ваша сестра, пусть сто раз преступница, гораздо человечнее! Ух!

— Ты б это… полегче, — посоветовал пёс. — Никто не знает, что мы тут, кроме этой дамочки.

— Плевать! И нечего мне советы раздавать! Тоже мне советчик! Вместо того, чтобы покусать мегеру, умудрился грохнуться вслед за мной!

— Дык она меня магией столкнула!

— Надо было успеть укусить!

— Легко тебе говорить! Тебя она и без магии сбросила, а ты — умелица драться кулаками — вообще ничего сделать не успела, между прочим.

— Ух! Поговори у меня, хвостатое недоразумение!

— Сама ты недоразумение! — возмутился Ричард. — Вечно по уши в неприятностях!

Я зарычала. Хотя в душе понимала, что зря оскорбляю пса. Он тут из-за меня. И в овраге, и вообще в магическом мире. Да, затянул его Тьен. Но не сочувствуй пёс мне и не проводи ночь в моей спальне, жил бы сейчас себе спокойно в нижнем мире.

— Ненавижу! — заорала я громче прежнего. — Всех ненавижу! Я не просила магию! Я ничего ЭТОГО не просила! Хочу, чтобы меня оставили в покое!

Я кричала и кричала. Проклинала всех и всё. Даже богам нижнего мира досталось, хотя их, кажется, никогда и не существовало. Они были вымыслом. Богами в каком-то смысле являлись высшие маги. И им тоже досталась порция моей ругани. Даже отцу перепало. За ложь, за то, что попрощаться со мной по-человечески не смог. Не хватило любви, доброты.

Не знаю, сколько всё это продолжалось. По моим ощущениям долго. Я замолчала, лишь когда выдохлась и слегка охрипла, а по щекам побежали слёзы, приносящие облегчение. Они текли потоками. Так, как никогда в жизни. Будто внутри меня находилось целое озеро, жаждущее выплеснуться наружу.

Когда же они закончились (через час, не меньше), туман колыхнулся. Я вскрикнула, испугавшись, что вот теперь точно встречусь с дном оврага. Ричард тоже. Но нет, этого не произошло. Случилось нечто куда более невероятное. Мы взлетели на пару метров выше и… приземлились там, куда невозможно было попасть — на ковре в кабинете ректора.

Камилла Клейторн стояла у стены, сложив руки на груди, а на диване восседала леди Саломея собственной персоной. Они обе смотрели на висящий прямо в воздухе экран, демонстрирующий… туман.

Стоп! Там только что были мы с Ричардом⁈ Они слышали всё, что я говорила⁈

Первой мыслью было заорать, возмутиться. Но сил не осталось. Да и вся накопленная злость ушла. Хотелось лечь и уснуть. Прямо тут.

— Я всё ещё переливаюсь, — возмутился Ричард, но тут же забыл об этом. Клацнул зубами и рванул на леди Саломею.