Трапеза прошла в тишине, которую нарушало лишь чавканье Ричарда, с удовольствием уплетающего на полу картофель с курочкой. Я же обошлась творогом с ягодами и булочкой. Более тяжелой пищи пока не хотелось. Леди Клейторн выпила кофе, сославшись на то, что уже успела перекусить до поездки за мной. Пока мы ели, она с кем-то переписывалась в телефоне. Я не была специалистом в этом вопросе, но помнила, как леди Коннелли объяснила, что агрегат позволяет слышать не только голоса других людей или магов, но и писать им письма. В основном короткие письма. И тут же получать ответы. Ректор хмурилась, и я сделала вывод, что собеседник, кем бы тот ни был, ей неприятен.

После завтрака она проводила меня в комнату, которую назвала гостевой. Мебели там было немного: кровать, кресло и шкаф для одежды. На постели лежала длинная рубашка-безрукавка, которую приготовили для меня вместо ночной сорочки или пижамы.

— Отдыхай, — велела леди Клейторн и закрыла за собой дверь.

Я переоделась и взобралась на кровать. Хотела, было, тихонечко обсудить ситуацию с Ричардом. Но глаза закрылись, и я провалилась в крепкий сон…

« Возвращайся домой поскорее. Мне очень нужна твоя помощь…»

Пантереныш снова смотрел печально. Затем лег и положил голову на передние лапы. Почти, как пёс. Я хотела что-то сказать, утешить беднягу. Но не успела. Проснулась…

В первый миг не поняла, где нахожусь. Несколько секунд смотрела по сторонам, не понимая, сплю или бодрствую. А потом перед глазами замелькали воспоминания. Об улицах среднего мира, участке стражей порядка и поездке с леди Клейторн на автомобиле.

— Ричард, — позвала я, сообразив, что пса в спальне нет, а дверь приоткрыта.

Ушел на разведку?

Я поднялась, быстро облачилась в форму Академии двуликих. Не в импровизированной же пижаме разгуливать. Вышла из спальни, прислушиваясь. Показалось, на кухне кто-то есть. Зазвенела посуда, будто кто-то складывал ее в шкаф. Ректор, кто же еще.

— Добрый де… — начала, было, я. Но замерла на пороге.

Это была не леди Клейторн. Посреди кухни стоял незнакомый мужчина лет тридцати с темными длинноватыми волосами, собранными в хвост.

— Здравствуй, Кира, — он улыбнулся. — Проснулась, наконец-то. Есть хочешь?

Я попятилась. Это еще кто?

— Его зовут Кевин. Ухажер ректора. Тайный, — сообщил Ричард, обнаружившийся в углу возле двух мисок с едой и водой.

— Ух, какой ты громкий, — попенял псу мужчина, услышав лишь лай. — У тебя очень умный пёс, Кира. Мы уже несколько раз сходили с ним на прогулку.

— Несколько раз? — переспросила я.

— Ага. Ты проспала больше суток. Я — Кевин, кстати. Жених твоей тёти Камиллы.

— Э-э-э….

Я окончательно опешила, не зная, чему больше удивляться: долгому сну или наличию у ректора кавалера из числа людей. Разве так можно? Насколько я поняла из уроков леди Коннелли и Джорданны, нам следует вести себя в средних мирах сдержанно и не вмешиваться в жизнь людей без особой надобности. Следить и сообщать высшим о серьезных происшествиях, способных навредить миру, а стало быть, и всем остальным мирам. А тут… Тут отношения с человеком. Любовные отношения.

— Очень приятно, — пробормотала я. Следовало быть вежливой, верно?

— Садись за стол, — Кевин снова заулыбался. — Сейчас организую тебе завтрак. Или… скорее, обед, учитывая время суток за окном.

Я подчинилась, гадая, как себя с ним вести. Он выглядел дружелюбным. Но я не понимала, почему ректор допустила наше знакомство. Или… у нее не было выбора?

— А где ле… моя тётя? — спросила я.

— Уехала по делам, — Кевин поставил передо мной тарелку со спагетти с сыром и пояснил: — Камилла не любит говорить о работе. Я знаю, что дела у нее довольно секретные, и не лезу с расспросами. Потому в нас идеальные отношения. И тебе советую тоже так делать. Задавать ей поменьше вопросов. Вы ведь только-только познакомились, и ты еще не знаешь, каким крутым может быть у нее нрав. Ты ведь раньше жила на той стороне, верно?

— Да.

— Как там?

— Совсем не так, как здесь. Технологии и автомобили меня немного пугают.

Мне и врать не пришлось. Для девушки, выросшей в одном из нижних миров всё вокруг в диковинку.

— Технологии облегчают жизнь, — проговорил Кевин, устраиваясь напротив меня с чашкой чая. — Тебе, наверное, раньше приходилось всё делать самой.

— Да. Но это не трудно, когда нет альтернативы. Ты просто делаешь то, что доступно.

— Но ты решила перебраться сюда.

— Так сложились обстоятельства, — ответила я уклончиво.

Но Кевин не унимался. Ему очень хотелось узнать, как живут люди на той стороне, как добывают пищу, обходятся без привычных для него вещей. Я не знала, что говорить. Всё-таки другая сторона и нижний мир — разные вещи. К счастью, Ричард понял мои затруднения, и засуетился, изображая, что ему срочно нужно выйти на улицу. Кевин оказался понятливым и отправился выгуливать моего питомца. А когда они вернулись, объявилась и леди Клейторн. При ней приставать ко мне с вопросами о той стороне Кевин не решился.

— Сейчас мы тебя зарегистрируем, — проговорила ректор. — А потом отправим в закрытую школу. Там и будешь жить.

Она едва заметно подмигнула мне, и я догадалась, что речь об Академии двуликих.

— Кира могла бы жить тут, — предложил Кевин. — Зачем ей закрытая школа?

— Там будет проще привыкнуть к новой жизни.

— А мне кажется, что в городе это как раз… — он замолчал под яростным взглядом леди Клейторн.

А она поманила меня в комнату, которая была заперта на замок и оказалась кабинетом.

— Ты же понимаешь, что о Кевине никто не должен знать, — проговорила она небрежным тоном, включая экран на столе. — Мне не хотелось вас знакомить, но только здесь ты могла восстановиться для перехода. Квартира снабжена сильными чарами. Да-да, считается, что в средних мирах магия практически не работает. Но это не совсем так. Это высшие не могут здесь развернуться по-настоящему. Как и другие маги из верхних миров. Зато сильные двуликие кое на что способны. В общем, Кира Монтрэй, не забывай, что я тоже знаю твою тайну.

— Помню, — ответила я и поблагодарила богов, к которым было принято обращаться в нижних мирах, за то, что леди Клейторн знает лишь одну мою тайну.

— А теперь давай тебя зарегистрируем, и ты официально станешь частью сиреневого мира. Гораздо раньше, чем твои более опытные сокурсники и соседи.

— Надеюсь, они об этом не узнают, — проворчала я. — Это точно не прибавит мне популярности.

— Не узнают, — подтвердила леди Клейторн. — Твое внеплановое посещение среднего мира должно остаться тайной для студентов.

Она поманила меня ближе, выдвинула прятавшееся в столешнице устройство с небольшим экраном и велела положить на него ладонь. Оно отличалось от того, с помощью которого меня проверяла Делайла в участке — было меньше и тоньше. Когда устройство радостно запиликало, леди Клейторн направила на меня свой телефон.

— Не двигайся. Надо тебя сфотографировать.

Агрегат щелкнул, и она показала на экране мой портрет. Я была там, как живая. В нижнем мире знали, что такое фотографии. Но их делали за большие деньги в единственной мастерской в нашем городе, и у меня не было ни одной.

— Теперь подожди пять минут, я тебя оформлю, и мы отправимся в путь.

«В путь» оказалось в прямом смысле. Через несколько минут мы попрощались с Кевином и покинули жилище леди Клейторн. К моей радости, ректор не стала пользоваться автомобилем. Мы пошли пешком вдоль высоченных зданий, на первых этажах которых располагались магазины с красивыми витринами.

— При необходимости портал можно открыть в любом месте, — пояснила леди Клейторн. — Но лучше не рисковать. Ни собственными силами, ни тканью бытия. Есть особые места, где эта ткань наиболее эластична. Одно из них неподалеку.

— Как их определять?

— Процесс нехитрый. Джорданна научит на тренировках. В своё время.