— Без проблем, — заверил меня охранник. — Сейчас на склад сгоняю. Погоди.

Берн вышел, а я уселась на кровать и взяла свои вещи. Расчесав волосы, еще раз все перепроверила. Сегодня очень важный день. Мне предстоит найти преемника. Только бы все прошло гладко! Отец верит в меня. Нельзя его подвести.

Охранник скоро вернулся и принес сапоги.

— Вот держи, — протянул он мне обувь, виновато потупившись. — Прости. Ничего более подходящего твоего размера не нашлось.

— Ладно уж, — вздохнула принимая из его рук поношенные старые сапоги непонятного цвета. — Сейчас не до капризов. Мне сегодня снова в путь. Не могу же я босой на каплане скакать.

— Да, конечно, — пробормотал мужчина. — Завтрак в трапезной после службы. Как выйдешь во двор, сверни налево. Вытянутое такое здание, его ни с чем не спутаешь. Да и народ туда валить валом будет.

— Поняла, — кивнула. — Спасибо за помощь, Берн.

— Не за что, — отмахнулся он. — До встречи.

— Ага, — сказала, натягивая обувь.

Снова прошлась по комнате, щадя правую ногу, и осталась вполне довольна и обувью, и своим состоянием.

Теперь к делу. Закрепила на поясе ножны с мечом, набросила на плечи мешок и сосредоточилась.

— Привет, сокровище, — достала из ножен Верного и любовно погладила по лезвию, от чего металл мгновенно нагрелся и вспыхнул голубоватым светом. — Нам сейчас предстоит найти будущего Оракула. Понимаешь? Не знаю, как ты это сделаешь, но вся надежда только на тебя. Я понятия не имею, как выглядит мальчишка. Давай сразу договоримся. Чтобы не привлекать внимание, я буду держать тебя в ножнах. Пирмен обещал построить всех местных обитателей во дворе. Я пройдусь вдоль рядов. Если ты кого-нибудь почувствуешь, то дай мне знать. Я буду держать руку на ножнах, а ты нагрейся, если узнаешь его. Хорошо?

Меч в моих руках снова вспыхнул.

— Отлично, — просияла, не в силах насмотреться на этого красавца. — Ты ж моя умничка! Надеюсь, мы не оплошаем.

Убрала меч обратно и покинула комнату.

Богослужение в храме уже началось. Я подобные мероприятия не особенно любила, поэтому осталась стоять во дворе возле трапезной, подпирая спиной стену. Наконец, показалась процессия жрецов во главе с Пирменом. Они заняли высокую трибуну перед храмом, а паства выстроилась перед ними, разделившись на женскую и мужскую половину. Настоятель мельком глянул на меня, я кивнула, и он отдал приказ перестроиться в шеренгу. Проповедь началась. Теперь мой выход.

Я неспешно шла вдоль замерших людей и подрагивающей рукой держалась за ножны. Пронизывающий страх пропустить сигнал от Акиндина никак не давал сосредоточиться. Все что я могла, так это идти и чувствовать прохладу под моей ладонью. Когда мужской ряд практически закончился, я вцепилась взглядом в здоровенного толстяка, который стоял последним. Неужели это он? Мда, так себе, конечно, кандидат. Но главное, что он вообще есть.

Однако, достигнув последнего человека в ряду, я так и не почувствовала тепла. Что за бред? Остановилась, убрала руку, снова положила и снова ничего. Не веря самой себе, я вытащила меч почти до середины лезвия, осмотрела и потрогала. НИЧЕГО! Грын плешивый! НИЧЕГО!

Как это? Может, я просто не уловила сигнала, пока шла мимо других мужчин? Вынула меч из ножен полностью, и сделала вид, что увлеченно рассматриваю свое оружие, а затем пошла в обратном направлении. Но эффект был тем же. Неужели Оракул ошибся, и преемник вовсе не в этой обители находится? Хотя я не припомню ни одного случая неверного предсказания за всю историю правления пятнадцати Всесильных.

Совершенно сбитая с толку я решила сделать перерыв и обойти двор вокруг, чтобы затем вернуться к мужскому ряду вновь, и со свежими силами еще раз все перепроверить. Но когда я шла вдоль женской шеренги, пребывая в своих невеселых думах, ножны внезапно потеплели. Резко остановилась и завертела головой, выискивая парня, случайно затесавшегося в ряды девчонок.

Тем не менее, передо мной стояли только молоденькие девушки, и ни одного парня или мужчины поблизости не было. Не веря в то, что происходит, я несколько раз прошла от одного конца женского ряда до другого, но результат не оставлял никаких сомнений. Меч признал приемником Всесильного Оракула одну из послушниц.

ДЕВЧОНКУ! Уму непостижимо! Мне конец. Как я скажу об этом отцу? Как я привезу ее в Главный Храм? Да мне просто никто не поверит! За всю историю правления Оракулов на Гайдерасе не было ни одного прецедента, чтобы Боги выбрали для этой великой миссии женщину. Как такое возможно? Либо это я такая невезучая и что-то напутала, либо нас ждет много неожиданностей впереди. Нужно хоть приглядеться, что за девчонка.

Отошла в сторону и принялась внимательно рассматривать девушку. И каково же было мое удивление, когда я узнала в ней послушницу, которая вчера мне погрела еду и помогла раздеться! Оливия, кажется, так ее зовут.

Боги, за что вы так с нами? На девушку было жалко смотреть. Небольшого роста, где-то мне по плечо или чуть выше, волосы светло-русые, длиннющие, заплетенные в две толстые косы. Глаза огромные, невыразительного голубого цвета. Небольшой носик. Маленький ротик с пухлыми губками. Просторный серый балахон полностью скрывал все особенности фигуры, но даже под ним угадывалась довольно внушительный бюст. И это будущий Всесильный? Тьфу ты! Всесильная? Мда, это больше похоже на чью-то неуместную шутку. Никчемная девчонка на троне Оракула. Представляю, что скажут главы десяти гайдов. Да они в порошок сотрут это недоразумение!

Настоятель Пирмен сделал паузу в излиянии своей необузданной мудрости и бросил на меня вопросительный взгляд. Я кивнула, и он тут же свернул общее собрание и отпустил всех завтракать.

— Я определилась, — оповестила его. — После завтрака я заберу преемника из обители.

— Кто он? — вспыхнули любопытством и нетерпением маленькие глазки настоятеля. — Покажи.

— Мы зайдем к вам перед отъездом, — бросила, устремляясь в столовую.

Мне нужно было плотно поесть и успеть перехватить девушку.

В столовой так же соблюдался строгий порядок рассадки. Послушницы за своим столом, послушники — за своим, служительницы — отдельно, охранники и другие работники мужчины — отдельно. Плюнула не местные особенности и плюхнулась с подносом, уставленным тарелками с едой, на скамью радом с Берном.

— Извини, приятель, — обратилась к нему. — Не против, если я здесь поем? А то к служительницам подойти страшно. А послушниц не хочется смущать.

— Валяй, — кивнул мужчина с набитым ртом. — Здесь полно места. Да и ребята не в обиде. Правда, парни?

— Ага, — заголосили мужчины за столом.

— Отлично, — улыбнулась всем. — Приятного, народ.

— И тебе, — заулыбались они.

Пока ела, старалась не упустить из вида Оливию. Девчонка о чем-то болтала с подружками и беззаботно посмеивалась, еще не подозревая, что ее судьба совсем скоро кардинально изменится.

Я быстро запихала в себя все, что мне выдали, и поднялась из-за стола, чтобы на выходе подкараулить мою новую подопечную. Скоро и другие люди начали покидать столовую. Когда девушка поравнялась со мной, я ее окликнула:

— Оливия, привет. Как ты сегодня? Как дежурство?

— Привет, Керана! — открыто и доброжелательно улыбнулась она. — Все хорошо. Проблем никаких не было. А ты как? Видела тебя на проповеди. Вроде ты уже довольно уверенно ходишь?

— Да, нога гораздо лучше, — улыбнулась ей в ответ. — Спасибо вам. Какие у тебя планы на сегодня?

— Да все, как обычно, — удивилась она моему вопросу. — Сейчас иду в детскую. Буду с малышами заниматься.

— Малыши — это, конечно, хорошо, — тягостно вздохнула, не зная, как сообщить, что с ее прежней жизнью покончено навсегда. — Но тебе придется сейчас собрать свои вещи в заплечный мешок и отправиться со мной в путь.

— Куда? — мгновенно побледнела она. — До моего распределения еще целый месяц. Или настоятель решил иначе?

— Можно и так сказать, — пробормотала. — В любом случае, собери вещи, пожалуйста, и подходи к приемной Пирмена через тридцать минут. И не забудь надеть под балахон брюки.