Даниил замолчал.

— Ладно уж, не кипятись. Твоё личное дело меня, может, и не касается.

— Вот именно! Тебя это не касается, — жёстко припечатала Маша, заставив парня обиженно хрюкнуть.

— Ладно… покедова… — ответил он и нажал на кнопку отбоя.

Маша отбросила телефон и впилась взглядом в изображение, транслируемое со скрытой камеры. В этот момент она увидела, что Катя зачем-то подошла к той самой тумбочке и начала что-то искать в папках на соседнем столе. И вот — невезуха! — она зацепила цветочный горшок с приклеенной к нему камерой локтем. Фокус двинулся. Теперь была заметна только часть комнаты. Ракурс вышел отвратительный.

Маша выругалась. Кажется, что-то идёт не по плану. Впрочем, возможно, этого всё равно будет достаточно, чтобы доказать её вину.

В этот момент послышался звук открываемой двери, будто к Кате кто-то зашёл. Мужской голос — разобрать слова было невозможно. И надо же было незнакомцу остановиться в таком месте, что сам он толком не просматривался. Зато Катю было видно очень хорошо.

Она широко заулыбалась, протянула руки и обняла его за шею. А потом они начали целоваться.

У Маши брови полезли на лоб.

Вот это да! Сеструха любовника завела. Когда? Как? Она же такая безликая! Никакая! Значит, директора уже позабыла? Ха-ха!

И тут Машу осенило.

А ведь это ей только на руку. Сестра привела на работу любовника, который является её подельником. И они вместе ограбили фирму своего благородного начальника.

Бинго! Просто блеск!

Маша рассмеялась и едва не захлопала в ладоши. Вот теперь-то… теперь-то она отыграется за то, что пережила!

Что же она такого пережила, что ненависть к сестре приобрела столь ужасающие формы?

Глава 53 Откуда ненависть? Эпилог…

Вечер был чудесным — тёплым, тихим, наполненным вниманием Славика и ощущением непостижимого счастья. Мы поужинали, поболтали о пустяках, потом долго молчали, просто держась за руки. Казалось, что всё вокруг наконец-то выровнялось, улеглось. Я уснула на его плече, впервые за долгое время не думая ни о чём тяжёлом.

Утром мы вернулись на работу. Обычное серое, привычное утро. Я всё ещё чувствовала умиротворение, будто внутри меня поселился маленький солнечный лучик, который грел изнутри.

Но рухнуло всё мгновенно.

Двери распахнулись, и в офис вошли трое полицейских со строгими, застывшими лицами. С ними вместе в помещение ворвалось ощущение ужаса. Коллектив смолк. Я замерла посреди коридора, не понимая, что происходит.

Они направились прямо ко мне, и всё внутри похолодело.

— Екатерина Николаевна, — произнёс один из них. — Вы проходите как подозреваемая в хищении средств компании.

Я замерла.

— Что?.. Каких средств? О чём вы? Вы ошиблись…

В этот момент позади меня появился Вячеслав. На его лице — потрясение и злость.

— Что здесь происходит? — рявкнул он. — На каком основании вы вообще сюда приходите и кого-то обвиняете?

— К нам поступил анонимный донос, — спокойно ответил полицейский. — И видеодоказательство. На нём зафиксировано, что в то время, когда происходило хищение средств, эта женщина, — он указал прямо на меня, — и её подельник находились у вас в офисе.

— Это бред! — воскликнул Вячеслав. — Я директор этой фирмы и заявляю, что никакого хищения не было! Кто дал вам право врываться сюда и кого-то в чем-то обвинять?

У меня дрожали руки. Я вообще не понимала, что происходит. Внутри медленно расправляла крылья липкая паника, готовая навалиться целиком. Но я запретила ей. Нет. Что-то здесь не так. Кто мог это сделать?

В этот момент дверь в офис снова открылась, и вошёл Константин.

— Это я заявил, — произнёс он спокойно, но достаточно громко, чтобы все услышали.

Лица окружающих повернулись к нему. Вячеслав бросил на него ошеломлённо-яростный взгляд.

— Что ты несёшь?.. Какого чёрта, Костя?

Но тот лишь слегка улыбнулся.

— Ты мой друг, — сказал он тоном человека, совершающего великое, почти благородное дело. — Я не мог остаться в стороне, когда получил эти данные. Я знал, что ты слишком нерешителен, чтобы действовать напрямую. Но я помогу тебе, не волнуйся.

— Да я не волнуюсь, чёрт возьми! — сорвался Вячеслав. — Я не знаю, что тут происходит!

Он повернулся к полицейским:

— Я отказываюсь от заявления! Слышите? Никакого состава преступления нет!

— Простите, — холодно произнёс полицейский, — но у нас есть ещё пара дел, похожих на это. Возможно, произошло хищение не только в вашей фирме, но и в других. Пока мы не разберёмся, заявление отозвать нельзя. А вы, — он посмотрел на меня, — пройдёмте с нами.

Полицейские двинулись ко мне. Вячеслав бросился вперёд и заслонил меня собой.

— Не смейте её трогать! Я заявлю в полицию!

— А мы уже здесь, — перебил его другой полицейский, едва скрывая ухмылку. — Не препятствуйте следствию. Иначе тоже будете арестованы.

Вячеслава быстро оттеснили. Меня взяли под руки. Я беспомощно смотрела ему в лицо, всё ещё не веря в происходящее.

Но взгляд скользнул дальше — и остановился на Маше. Она смотрела на меня со злым торжеством во взгляде.

Всё внутри опустилось. В голове запульсировала одна-единственная мысль: это сделала она.

Как только полицейские скрылись, Вячеслав бросился к Константину и схватил его за одежду.

— Немедленно отзывай заявление, слышишь? Костя, я не шучу!

Товарищ быстро выпутался из его хватки и посмотрел с укором.

— Слав, ну что ты при сотрудниках? Пойдём поговорим.

Он потащил его в кабинет. Вячеслав не стал вырываться. У него всё кипело внутри, но разум ещё пытался взять под контроль ситуацию.

Когда дверь за Константином закрылась, и они остались вдвоём, Вячеслав сжал кулаки.

— Предупреждаю ещё раз. Или ты немедленно отзовёшь заявление и потребуешь отпустить Екатерину, или я не знаю, что сделаю.

— Да что ты разошёлся? — нахмурился Константин. — Я же не придумал ничего с потолка, есть доказательства. А ты вцепился в эту секретаршу, как будто свет клином сошёлся на ней. С чего вдруг? Она настолько ценный работник?

Славик не собирался отчитываться.

— Я повторяю последний раз, — процедил он сквозь зубы. — Отзывай заявление. Или пожалеешь об этом!

Константин обиделся и плюхнулся в кресло.

— Ну что ты за друг такой? Я ради тебя на такие жертвы иду. Думаешь, мне охота было возиться со всем этим с самого утра? Знаешь, сколько у меня работы?

— Кто тебя надоумил? — Вячеслав начал наступать на него. И тут его осенило. — Это была Маша, правильно? От неё ты получил «доказательства»!

По тому, как Константин побледнел, Славик понял, что попал в точку. Наконец, товарищ скривился и произнёс:

— Да, это она. И я считаю, что она молодец. Таких сотрудников нужно поощрять. Потому что ты слишком глупо доверился какой-то ушлой бабёнке.

У Вячеслава чесались руки врезать в морду Константину, но он сдержал себя. Этот человек был просто слишком туп, чтобы понять, как умело им воспользовались ради своей непонятной и совершенно безумной мести.

Вячеслав заставил себя успокоиться.

— А ты не задумывался о том, — уточнил он, — почему Маша со своими «подозрениями» пришла к тебе, а не ко мне?

Константин фыркнул.

— Да тут всё понятно. Ты бы не стал её слушать, это очевидно. Носишься с этой Катериной как с драгоценностью. Что вообще на тебя нашло?

— Ничего такого, о чём тебе стоило бы знать, — жёстко ответил Вячеслав. — Я всё понял. Спасибо за заботу.

Последняя фраза была преисполнена сарказмом.

После этих слов Вячеслав схватил со стула куртку и выскочил в коридор. В офисе, найдя взглядом Машу, он стремительно подошел к ней и грубо схватил за руку, заставляя подняться на ноги.

— Вячеслав Андреевич, вы делаете мне больно! — воскликнула она.

Остальные женщины испуганно глазели на происходящее.