Именно там мы должны были встретиться с Вячеславом.

Встретились. Он улыбался так, будто любовался мной.

Казалось, что весь мир теперь смотрит на меня с укоризной. А директор взял и прямо в холле приобнял меня.

— Я самый счастливый человек на свете, — прошептал он, вводя меня в окончательный ступор.

Или я чего-то не понимаю, или… у директора действительно какие-то проблемы с восприятием.

Хотя, может так статься, что самая большая проблема именно во мне…

Глава 45 Лучше не начинать…

Полдня прошли в деловой суете.

Вячеслав был собран, предельно корректен, говорил ровно, уверенно, не позволял себе ни намёка на вчерашний вечер. Даже взгляд его — спокойный, деловой — выглядел предельно равнодушным, будто ничего между нами не было.

Я старалась не выдавать своего внутреннего смятения, но где-то в глубине души настойчиво шевелилась мысль:а вдруг всё это мне приснилось?

Глупость, конечно. Приснилось? Да нет же! Я прекрасно помню его руки, его нежность и страсть…

Вячеслав обсуждал с клиентами какие-то нюансы работы, я кивала, делала пометки в блокноте, и всё это казалось таким правильным, таким деловым… что от этого становилось даже немного пусто.

Наконец, последняя встреча подошла к концу. Мы вышли из переговорной, обменялись вежливыми словами с партнёрами, и я уже мысленно приготовилась разойтись — каждый по своим делам.

Но Вячеслав вдруг повернулся ко мне, чуть прищурился и негромко сказал:

— Пойдём, пообедаем. У меня, в номере.

Я застыла. Вего номере?

Стараясь сохранить спокойствие, я посмотрела на него — слишком пристально, наверное.

А он вдруг, будто вовсе не замечая моего внутреннего коллапса, легко приобнял меня за плечи и мягко подтолкнул в сторону лестницы.

— Пойдём, дорогая. Я страшно голоден… — глаза Славика блеснули так вызывающе, что я мгновенно залилась краской.

Чёрт.

Точно не сон.

Мы вошли в его номер. В комнате не нашлось ни намека на прошлую жаркую ночь. Я сглотнула вязкую слюну…

Вячеслав молча снял пиджак, бросил его на спинку стула и, не глядя на меня, набрал номер на телефоне. Его голос был спокоен, чуть хрипловат, и почему-то это спокойствие ещё сильнее выбивало из равновесия.

— Да, будьте добры, обед на двоих в номер, — коротко сказал он. — Через десять минут? Отлично.

Он положил трубку, развернулся ко мне и улыбнулся, как истинный искуситель — завлекающе, самоуверенно, многообещающе. И вот тогда я почувствовала, как у меня вспыхнули щёки. Хотелось провалиться сквозь землю. Стоять здесь, в его номере, после всего, что произошло… Я не знала, куда деть руки, куда смотреть.

Вячеслав подошёл ближе, и прежде, чем я успела отступить, его руки обвили меня за плечи. Он наклонился, почти касаясь губами моего уха.

— Ну что же ты такая зажатая? — прошептал он. — Хочешь, поговорим об этом?

Меня будто прорвало.

— Да, поговорим, — выдохнула я и отстранилась.

Отошла на пару шагов, словно от обжигающего пламени, и остановилась на безопасном расстоянии. Сердце колотилось так, что я боялась — он услышит.

Вячеслав прищурился, усмехнулся и, не спеша, опустился в кресло. Кивнул на соседнее.

— Садись.

— Нет, — покачала я головой. — Я постою.

Он пожал плечами, сцепил пальцы и приготовился слушать.

— Поговорим, — сказала я наконец. — Думаю, что случившееся ночью… было ошибкой. Я не знаю, чем это было вызвано. Может быть, коктейлями… хотя… я не могу обвинять кого-то или что-то в собственных ошибках.

Брови Вячеслава взлетели вверх.

— Ты сожалеешь?

— Да, — неуверенно произнесла я. Голос дрогнул. — Это совершеннейшее безумие. Мы не можем быть вместе, и я думаю, это нужно прекратить.

Вячеслав помрачнел, нахмурился.

— Почему это? — спросил он после короткой паузы. — Я думаю, что всё случилось по обоюдному согласию.

— Да, — я стыдливо опустила глаза. — Я не отказываюсь от этого. Но между нами пропасть. Во-первых, ты начальник, я — твоя подчинённая. Секретарша, как говорят. Во-вторых, разница в возрасте колоссальная. Да и вообще… я не планировала заводить отношения! Это для меня слишком сложно сейчас.

Некоторое время Вячеслав молча рассматривал меня и напряжённо размышлял, будто взвешивая каждое последующее слово. Потом выдохнул, откинулся в кресле и тихо сказал:

— Да уж. Я, конечно, ожидал, что у тебя будут барьеры, но не думал, что такие большие…

Я тоже выдохнула. Всё это нервировало до дрожи. Мне хотелось поставить точку, просто сказать — всё, хватит. Но, похоже, Вячеслав категорически не собирался соглашаться.

— Ладно, — произнёс он спокойно. — Давай предположим, что это ошибка. Что всё вышло по глупости. Но сейчас, например, я готов продолжать. А ты разве не готова?

Я растерянно моргнула.

— В смысле — продолжать?

Он усмехнулся уголком губ.

— Давай перечислим твои так называемые препятствия. Разница в положении? Служебные романы — не редкость. Возраст? Ну хорошо. Помимо возраста, по сути, ничего больше нет. А что возраст? Я взрослый мужчина, ты взрослая женщина. Какие могут быть проблемы с этим?

Я почувствовала себя ужасно глупо, но всё же сказала:

— Разница в десять лет в таком возрасте слишком бросается в глаза.

Вячеслав нахмурился.

— Я считал, ты не из тех, кто прислушивается к мнению окружающих.

Мне вдруг стало стыдно.

— Это так, — тихо ответила я. — Я живу своей жизнью и стараюсь ни на кого не смотреть. Но… я забочусь о тебе. О твоей репутации!

Несколько секунд Вячеслав молча смотрел на меня и вдруг… расхохотался. Смех вышел тихим и невесёлым.

— Катенька, хватит лгать самой себе, — сказал он без упреков, но с легкой досадой. — Ты просто бежишь от правды. Потому что боишься рисковать…

Он сделал паузу и посмотрел прямо в глаза — спокойно, без осуждения, но так, будто видел меня насквозь.

— И я тебя понимаю. Послушай, — продолжил он мягче. — В истории твоей жизни мне отлично понятно, отчего столько нерешительности. Ты рано осталась без матери, взвалила на свои хрупкие плечи такую тяжёлую ношу, как воспитание сестры. Жила, работала до изнеможения, всё время держала удар. Отдавала всю себя, не оставив ничего для себя самой.

Он говорил спокойно, тихо, но каждое слово будто вонзалось в моё сердце.

— Потом ты вышла замуж за какого-то идиота и прожила с ним долгие-долгие годы. А в итоге получила предательство. От обоих. И теперь тебе просто страшно. Страшно, что и последующие отношения закончатся так же катастрофически.

С каждым его словом я всё сильнее ощущала, как к глазам подступают слёзы. Неужели Вячеслав настолько проницательный? Да ему не юристом надо было становиться, а психологом — потому что каждое его слово попадало прямо в цель!

Я не заметила, как всхлипнула. Слёзы сами потекли по щекам.

— Да, — прошептала я, задыхаясь. — Всё это правда. Я боюсь. Боюсь так сильно, что больше не хочу… не хочу играть ни в какие отношения. Потому что потом будет невыносимо больно.

— Но, Катенька… — Вячеслав вскочил и сделал ко мне несколько шагов. — Я не собираюсь причинять тебе боль! Не собираюсь…

Я фыркнула с недоверием, стараясь не раскваситься окончательно.

— Это ты сейчас не собираешься, — горько ответила я. — Сейчас ты герой. Но пройдёт немного времени — и тебе это всё надоест. Я буду стареть быстрее тебя. Однажды тебе станет неловко. Однажды всё это перестанет быть интересным, привлекательным, новым. И случится закономерное — мы расстанемся.

Я говорила, а сама чувствовала, как внутри всё дрожит.

— Да, к тому времени, возможно, я уже обрасту бронёй, и мне будет не так больно. Но я не хочу даже начинать то, что всё равно закончится плохо. Я не из тех, кто променяет мимолётное удовольствие на покой. Вчерашняя ночь была ошибкой, Вячеслав. Прости. Давай забудем её. Как будто ничего не было…