Я не хочу снова видеть Стюарта!

Непроизвольно сжимаюсь изнутри, как тугая пружина. Меня начинает трясти, но старательно изображаю равнодушие.

Пегги чуть опережает меня и нажимает на изогнутую ручку двери, ведущей в гостиную. Ту комнату, где недавно были гости. Судя по тишине и приглушенному свету, они уже разошлись.

Двери раскрываются, и Пегги меня заводит в комнату. Из освещения здесь только мерцание огня в камине. В теплом полумраке темнеют очертания интерьера.

Длинный стол на двенадцать персон, покрыт белоснежной скатертью. На нем расставлены позолоченные канделябры с нетронутыми новыми свечами как деталь интерьера.

Окна занавешены бордовыми плотными шторами.

В кресле с высокой спинкой перед камином сидит Стюарт, а у его ног растеклась та миловидная блондинка в вишневом платье. И у нее все прелести едва ли не вываливаются наружу. Разве что руки прикрыты шалью.

А почему Белинду, как монашку одевают?

Девица поглаживает колено изверга, опустив на него подбородок. Смотрит на Стюарта с нежностью и покорностью. Длинные волосы рассыпаны по плечам, и муженек перебирает их пальцами, пропускает сквозь них как песок. И смотрит на меня темными холодными глазами.

Застываю перед ними. Осторожно оборачиваюсь и вижу, как Пегги пятится к двери и просачивается в зазор, а потом закрывает за собой. Без нее как-то совсем страшно стоять перед ним.

Меня охватывает паника. Душит и подстегивает пульс колотиться в горле. В груди печет от злости. Эта блондинка у его ног…. Марисса, любовница Стюарта - проносятся в голове отголоски памяти Белинды.

— Присаживайся, — велит обманчиво мягким голосом муженек и небрежно указывает на стул.

Отодвигаю ближний к двери, но он меня останавливает.

— Ближе, Белс.

От звука его голоса мурашки скользят по рукам. Меня охватывает животный бесконтрольный ужас. В большей степени он принадлежит настоящей Белинде, но и мне тоже отчасти.

Послушно подхожу и отодвигаю крайний стул. Опускаюсь на него и складываю руки на коленях.

— Прежде всего я жду от тебя извинений, Белинда. Мы - ждем, — говорит с нажимом и гладит любовницу по обнаженному плечу.

Смотрю на него с растерянностью, перевожу взгляд на Мариссу. На ее лице безмятежное выражение, на губах угадывается ухмылка.

— Ну же, Белс, — поторапливает меня ледяным тоном.

Вздрагиваю и с непониманием смотрю на Стюарта. Его темные глаза прожигают насквозь.

Чего они хотят от меня?

— Милый, ты слишком многого требуешь от Белинды и заставляешь бедняжку напрягаться, а это вредно для ее здоровья, — протягивает Марисса и поднимает к нему бездонные голубые глаза. Хлопает ресницами и ласково улыбается.

Он косится на нее и заметно смягчается.

— Вероятно, ты права, — нехотя соглашается. — Белинда не ведает, что творит. И, скорее всего, даже не помнит, как набросилась на тебя и вцепилась в волосы, руки расцарапала, — переводит на меня взгляд. — Верно, Белс?

Открываю и закрываю рот, не нахожу, что сказать. Осторожно сглатываю. Совершенно не помню за собой такого, в этом он прав. Но, если рассуждать логически, то Марисса сама пожаловала в мою комнату. Пегги говорила, что я давно не покидала спальню. А, значит, белокурая девица заявилась… зачем-то. Проведать меня? Верится с трудом.

— Что ж, — раздраженно выдыхает муженек и стучит пальцами по деревянному подлокотнику кресла.— Я подумал и принял взвешенное решение, Белинда. Тебе нельзя больше оставаться в моем доме. Очевидно же, одними лекарствами здесь не обойтись. Потому я отправляю тебя в Обитель Безмятежности. Там ты получишь необходимый уход и лечение.

Обитель Безмятежности? Звучит, как название психиатрической лечебницы. Похоже, это она и есть. Ничего себе придумал!

— Зачем? Почему? — ошарашенно качаю головой и смотрю на него с неприкрытым ужасом.

— Я снова должен объяснять очевидные вещи? — гулко рычит изверг.

Холодею изнутри, но взгляд не отвожу.

— Нет! Не отправляйте меня, прошу! Я буду хорошо себя вести, — чувствую себя провинившимся ребенком. Унизительно выпрашивать у изверга снисхождения и жалости, но я готова на все, только бы не оказаться в лечебнице!

Стюарт сводит брови на переносице и глядит на меня с недоверием.

— Тогда как ты представляешь себе дальнейшую жизнь, Белинда? В ближайшее время будут готовы документы по нашему бракоразводному процессу.Тебе нет места в моем доме. Озвучь свои варианты, раз мой тебе не по нраву.

Лихорадочно соображаю. Неужели у меня нет родственников? Никто не хочет заботиться о несчастной Белинде?

Вспышка памяти подсказывает решение: у недавно почившего отца осталась усадьба в Вороньей Тени.

Воронья Тень? Звучит не обнадеживающе. Но какой у меня выбор?

Ерзаю на стуле, от волнения сжимаю до белизны костяшек подол платья.

— Усадьба в Вороньей Тени. Отправьте меня туда, на родину отца.

Повисает вязкая тишина. Стюарт задумчиво потирает подбородок. Марисса отрывает голову от его колена и глядит на меня расширенными глазами. На ее милом личике мелькает тень тревоги.

— Милый? — капризно тянет. — Ты же не думаешь….

— Я разберусь, Марисса, — обрывает ее небрежным жестом, и девица осекается. — В конце концов, не такая уж плохая идея. Свежий воздух и тишина благотворно повлияют на состоянии Белинды. А лишения и непростые условия жизни помогут ей подумать над своим поведением и научат ценить то, что она имела.

— Но как же так? — взрывается любовница и всплескивает руками, но тяжелый взгляд Стюарта осаждает ее.

Марисса виновато съеживается и выдает ему робкую улыбку.

— Прости, дорогой. Я беспокоюсь о Белинде. Как бы ей не стало хуже вдали от нас. Ей необходим целитель узкого профиля, ты же знаешь. А в глуши вряд ли хоть какой-то найдется.

Что-то любовница распереживалась. Раз ее так напугал вариант с деревней, то он мне абсолютно точно подходит! Сильно сомневаюсь, что ее заботит здоровье и жизнь Белс. Скорее, наоборот.

— Необходим, — кивает Стюарт. — Я могу это устроить. К тому же, если Белинде станет хуже, всегда можно вернуть ее обратно. Что ж, завтра подготовим тебя к отбытию, Белс. Соберешь вещи и все необходимое. А перед отъездом тебя осмотрит целитель Барнс. Если у него не возникнет возражений, то следующим утром сядешь в экипаж до Вороньей Тени.

Марисса улыбается и поворачивает голову, чтобы смерить меня победоносным взглядом.

Мне совсем не нравится ее улыбочка. Аж внутри все переворачивается.

— Можешь идти, Белс, — дракон мрачен и невозмутим. Небрежным жестом указывает мне на дверь.

Марисса ластится к нему, но он наблюдает за мной с ледяным спокойствием. Поднимаюсь из-за стола и коротко киваю Стюарту.

Разворачиваюсь на каблуках и в давящей на слух тишине покидаю гостиную с приподнятой головой. Хватит уже пресмыкаться перед ним!

Но здраво мыслить мешают эмоции Белинды. Она бы бросилась ему в ноги и сапоги расцеловала, только бы остаться в доме. Но она - не я.

Дергаю за ручку с мерзким тяжелым ощущением чужого взгляда между лопаток. Беззвучно хмыкаю и выхожу за дверь.

Пегги глядит на меня большущими глазами, помогая переодеться в ночную сорочку из нежного розового кружева. Молчит и кусает губы, того и гляди прокусит до крови.

— Что с тобой, милая? — спрашиваю и достаю шпильки из волос одну за другой.

— Ох, госпожа! — вздыхает горничная и шмыгает носом. — Воронья Тень - худшее из мест в королевстве. Когда-то деревня процветала, почва была плодородной, но после смерти вашей матушки все переменилось. Будто сами земли погибли вместе с ней. Поля поросли репейником, на фруктовые сады напала гниль. А местных жителей терзают различные недуги, лекарств от них ваш батюшка так и не нашел. И сам захворал. Та же участь ждет всех, кто ступит на те земли. И вас, госпожа! Переезд туда - верная смерть!