Поворачиваюсь, а Стюарт уже поднимается наверх, его сапоги исчезают на втором этаже. Подхватываю подол платья и бегу за ним. Там-то он что забыл? Любовника ищет? Хах!

Тороплюсь за ним, взбегаю по ступенькам, придерживая подол платья. Драконище прохаживается по комнате, заглядывает в спальню и хмыкает. В общем, ведет себя бесцеремонно.

— Госпожа Белинда! — слышу снизу и перегибаюсь через перила лестницы. Джек просовывает голову в кухонное окно и зовет меня. — Госпожа! Я закончил с крышей. Ничего, если я помогу деду с забором? Отсюда слыхать, как у него колени скрипят, — и смеется.

— Конечно, иди. Спасибо тебе, Джек! Ты нам очень помог, — улыбаюсь с благодарностью парню.

— Твою же мать! — бранится Стюарт.

Спешу подняться в спальню и застаю его стоящим у окна. Смотрю на безупречный профиль дракона, на широкий размах плеч и руки, сцепленные за спиной. Картинка, а не мужик. Жаль, что сволочь бесчувственная.

— Неужели настолько сильно вид из окна понравился? — усмехаюсь и, застывая в дверном проеме, складываю руки на груди.

— В задницу что-то впилось, — цедит сквозь зубы, а у самого глаза косят в мою сторону.

— Так это солома. А ты что подумал?

Его брови сходятся на переносице. Дракон медленно разворачивается ко мне лицом. Уголок его рта нервно дергается.

— На соломе спишь? И каково после удобной пуховой перины?

Пожимаю бесхитростно плечами.

— Тепло и свежо. Мне нравится. Так что мы здесь делаем, Стюарт? Ты же не мои перины проверять приехал? Документы подпишу, но не сейчас. Как видишь, работа во дворе кипит.

— Тим долго не возвращался. Вот и решил наведаться да выяснить, все ли в порядке, — с каменным видом говорит дракон и проходит мимо кровати.

Уступаю ему дорогу и жмусь к стене, только бы не соприкасаться.

— Он уже собрался в дорогу, сегодня отбывает, — успокаиваю его. — Приболел немного, вот и задержался. Но отвары из лечебных трав его быстро на ноги поставили.

Дракон хмыкает и ступает к лестнице. Следую за ним.

— Через неделю тебя должен осмотреть целитель Барнс.

— Хорошо, буду ждать, — как можно равнодушнее отзываюсь, а сама тихонько радуюсь.

Он-то мне и нужен! Расспросить про подавленную магию и проклятые снадобья, которыми меня пичкали. Что из них в действительности Барнс прописывал?!

На кухне уже появился Тим. Услышав шаги, поднимает голову. При виде Стюарта у него лицо бледнеет и глаза округляются.

— Ох, добрый день, господин Доусон, — стаскивает с головы шапку и переминается с ноги на ногу. — Я это…

— Белинда мне объяснила, — жестом останавливает его дракон.

Проходим к выходу. Пегги сует парню список необходимых продуктов и вещей. Я внесла в него нужные нам семена овощей и трав. Пока дракон выходит на крыльцо, подхожу к Тиму и шепчу на ухо:

— Постарайся достать семена трав, они очень нужны для целебных отваров.

Парень кивает и спешит за Стюартом. Около дома какая-то возня и шум. Спешу за Тимом, выбегаю на крыльцо.

Перед домом стоит телега, запряженная двумя вороными лошадьми. Двое мужчин из местных снимают с нее металлическую бочку.

— Господин Хоупс велел доставить. Куда ее, госпожа?

— Катите к сараям. Вон туда, где пустое пространство.

— Как скажете. А зачем она вам, если не секрет?

— Так летний душ сделаем, — пожимаю плечами и робко улыбаюсь.

Но они смотрят на меня непонимающе. Щеку прожигает взгляд Стюарта. Нехотя поворачиваю голову и вижу недоумение у него на лице.

— Кто такой господин Хоупс?

И что я должна ему ответить?

О, да это мой бывший, ничего особенного! Он благородно решил помочь нам с обустройством дома. Безвозмездно, разумеется!

Я и сама уже жалею, что согласилась на поддержку господина Хоупса. Чую, боком она мне выйдет. Чарли ставит меня в неудобное положение. Знаем таких, плавали. Подвезут до остановки, дверную ручку починят, а потом права на тебя качают. Нет уж, надо аккуратно выбираться из этой сжимающейся ловушки.

Допускаю, что я излишне подозрительна, и Чарли от чистого сердца помогает мне. Но мерзкий внутренний голос не унимается. Что-то с этим блондином не так.

Однако, для Стюарта объяснение сгодится. Он же считает Белс наивной и чокнутой, а таких вокруг носа обвести как нечего делать.

Мило улыбаюсь и пожимаю плечиками.

— Господин Хоупс кто-то вроде покровителя для Вороньей Тени. Он любезно согласился помочь нам с необходимыми для ремонта материалами. Вчера вот доски прислал, для забора. А то наш завалился на палисадник, — изображаю на лице полнейшую доверчивость и невинность, хлопаю ресницами.

Стюарт глядит на меня ледяным взглядом, от которого сосет под ложечкой. Скулы напряжены, губы сжаты в линию. Только бы не раскусил!

— И как давно этот… господин Хоупс проживает в Вороньей Тени? — спрашивает голосом, лишенным интонации.

Вернон, до этого момента водивший широкой кистью по забору, прочищает горло и привлекает наше внимание.

— Так сколько себя знаю, столько он и живет здесь, милорд….

— Доусон, — слегка смягчившись, представляется Стюарт и хмурился.

Я слежу за его реакцией, а мысленно ругаю и себя, и Вернона.

Вот зачем солгал? Нет, я благодарна, что заступился и усыпил бдительность дракона. Но ведь и ежу понятно, что Хоупс не может здесь жить дольше Вернона. Он его почти вдвое моложе!

Но вслух, конечно, ничего не говорю. Пусть Стюарт со спокойной душой уже садится в экипаж и возвращается под бочок к Мариссе. А то нахохлился! Собака на сене. Не касается его, кто и как мне помогает. С Хоупсом разберусь как-нибудь сама. Пусть в фантазии дракона рисуется образ сердобольного седовласого старца, так даже лучше.

Вернон косится на меня и вскакивает, мнется перед драконом. Понял, кто перед ним.

— Здрасте вам, господин Доусон, — стаскивает с себя шапку. И снова на меня смотрит.

Пожимаю плечами. Не хочется объясняться сейчас. Позже.

— Госпожа, — выталкивает из размышлений мужик, что привез бочку.

Моргаю и оборачиваюсь. Высокий и худощавый, как все в деревне, темные волосы торчат из-под синей кепки.

— Что-нибудь передать господину Хоупсу? Он интересовался, нужно ли вам еще что-либо привезти?

— Ой, нет! Он и так нам очень помог, — прикладываю ладони к груди и благодарно улыбаюсь. — Передайте ему от нас сердечное “спасибо”. И оставайтесь на свекольник!

— Благодарю, госпожа, — смущается мужчина и тушуется под пристальным взглядом Стюарта. — Но нам пора в дорогу.

— Что ж, ладно, — вздыхаю. — Доброго пути.

— А вы кем будете? — холодным тоном интересуется дракон у Вернона.

Навостряю ушки и подслушиваю. Что ж ему неймется?

— Так местный житель, сосед. В отсутствие господина Олсена за домом приглядывал.

— Сильно не потакайте капризам Белинды, она слегка… не в себе. Мало ли, что ей в голову взбредет.

Замечаю, как на лице Вернона пролегает тень разочарования.

— Да что вы, господин, — отвечает, понизив голос. — Мы сами вызвались. Леди Белинда нас ни о чем не просила.

Стюарт изгибает надменно бровь.

— И, разумеется, совершенно бескорыстно?

Вернон испускает тяжелый вздох и опускает руки.

— Прошу прощения за дерзость, господин Доусон, но, вероятно, вы ничего не слыхивали о простой человеческой доброте и участии. Нам не сложно помочь. Вы же сами знаете, какая она хрупкая и в одиночку со всеми хлопотами не справится. А теперь извините, мне забор нужно докрасить, — и разворачивается спиной к дракону.

Задевают муженька слова Вернона. Вон, как желваки на скулах напряглись!

Не успеваю развернуться к Стюарту, как во двор влетает детвора с охапками сухой травы.

— Леди Белинда! Леди Белинда! — кричат и бегут ко мне, протягивают гербарии, улыбаясь до ушей. — Мы еще полынь нашли!

— Вы же мои умнички, — присаживаюсь на корточки перед ними и забираю охапки травы. Нос щекочет терпким запахом. — Бегите к Пегги, она вас вчерашними пирожками угостит!