— На что ты намекаешь?

— Лишь на то, что ты от меня что-то скрываешь, — лаконично бросает и пожимает плечами. — Ты изменилась, Белс. И я не понял пока, как реагировать на такие метаморфозы. Если тебе был в тягость наш брак, то зачем притворялась? С какой целью изображала чокнутую, а?

— Я не притворялась, — холодно чеканю. — Да и кто меня спрашивал, хочу я замуж или нет?! Ты и сам ко мне чувств не испытывал. Я нужна была тебе только из-за магии, а раз ее нет, то и в браке необходимость отпала.

— Все не так просто, Белинда, — устало вздыхает он.

— Тогда объясни! Хотя нет, не нужно ничего объяснять. Мне уже абсолютно все равно, что тобой двигало, — отмахиваюсь от него и ускоряю шаг. — Гораздо легче во всем обвинить меня, чем осмотреться вокруг. Да и как видишь, порознь нам гораздо лучше. Ты обретешь счастье с Мариссой, а я продолжу возрождать Воронью Тень, помогать ее жителям.

— Чем тебя привлекает Воронья Тень? Я же знаю тебя, Белс. Ты привыкла к комфорту и уюту. Этот… Хоупс, — выплевывает с презрением муженек и кривится, — Он тебя чем-то очаровал, да? Дал то, чего я не смог? Ответь мне, Белинда.

Останавливаюсь и закрываю глаза. Мысленно считаю до пяти и немного отпускает. Драконище подходит ближе, нагло вторгаясь в мое личное пространство. И… принюхивается к волосам. От неожиданности и возмущения распахиваю веки и отшатываюсь от него.

— И запах, — гулким рычащим голосом произносит и отстраняется. Его зрачки становятся вертикальными, как у рептилии. — Ты стала пахнуть иначе.

Я издаю нервный смешок.

— Деревня, Стюарт. Здесь полно разных, незнакомых тебе запахов.

Он категорично качает головой, вперившись темным взглядом в мое лицо, от которого я покрываюсь мурашками.

— Нет, деревня не при чем, — едва различимым шепотом заявляет и сглатывает. Его горло судорожно дергается, и драконище отступает от меня. — Целитель Барнс поспешно отбыл, — резко меняет тему. — Со мною и словом не обмолвился. О чем вы беседовали, Белинда?

Равнодушно пожимаю плечами и продолжаю идти к дому. Улавливаю запах костра, в небо поднимаются алые искорки вперемешку с дымом. Все готово к шашлыкам.

— Он пришел к выводу, что в снадобьях я более не нуждаюсь, а, значит, и в его наблюдении. Пожелал мне здоровья и беречь себя, на этом и распрощались.

— Неужели так просто?— с недоверием протягивает муженек и хмыкает. — Что ж, значит, он признал тебя вменяемой? Отлично. Без его заключения наш брак не расторгнут, наведаюсь к нему по возвращению в столицу. Надеюсь, ты подписала документы, Белинда?

Вот оно что! А я, наивная, на минуточку подумала, будто Стюарту и правда не безразлично мое здоровье.

Чего я ожидала? Внезапно вспыхнувших в нем чувств? Осознания своей неправоты? Люди не меняются.

Останавливаюсь у калитки и набираюсь смелости. Бессмысленно от дракона правду утаивать.

— Нет, я их сожгла, — на одном дыхании произношу и замираю.

Стюарт смотрит на меня ничего не выражающим взглядом.

— Поторопился Барнс с выводами, — понизив голос, холодно выдает он и устало трет переносицу. — На что я только рассчитывал?! Единственно верным было подписать их в моем присутствии и сразу забрать. Но я понадеялся на твое благоразумие.

— Случайно вышло, — зачем-то начинаю я оправдываться. — Ночью стало холодно, камин погас. Что нашла в темноте, то и швырнула в огонь. А когда поняла, что именно швырнула - было уже поздно.

Он вскидывает брови и качает головой.

— Какой же я глупец. Ищу в тебе то, чего нет.

Фыркаю и разворачиваюсь на каблуках. Толкаю калитку и обхожу дом. Во дворе пылает костер, вокруг бегает ребятня.

Тим подкидывает дрова, а Пегги выносит из дома кастрюлю с мясом, маринованном в кефире.

Парень сразу замечает ее, отбрасывает полено и торопится забрать тяжелую кастрюлю. Прохожу к бревну, заменяющему нам скамейку, и опускаюсь на него без сил. Минуточку посижу и помогу Пегги нанизывать шашлык на самодельные шампура.

Смотрю на огонь и успокаиваюсь, протягиваю к нему ладони. Вот зачем Стюарт приехал? Только нервы размотал. С документами сама опростоволосилась, не спорю. Готова еще какое-то время потерпеть его общество, но только если он не будет так активно совать свой нос в мои дела.

Не поленился же, пошел искать меня по соседям! Конечно, умалишенную женушку лучше не оставлять без присмотра. Заботу решил проявить? Волнуется? И я верю?

Гнев и раздражение смывает волной внезапной тревоги. Вдруг он видел, чем я занималась в чужом саду? Как много Стюарт успел рассмотреть? Твою ж…! Надеюсь, желания развестись это у него не отобьет.

— Госпожа! — раздается над ухом голос Пегги.

Вздрагиваю и поднимаю голову, моргаю, хлопая ресницами. Я задремала что ли? Ее щеки трогает румянец, глаза светятся. Девушка улыбается, придерживая подол платья, но, встретившись со мной взглядами, морщит носик.

— Все хорошо, госпожа? — в голосе девушки звучит беспокойство.

Выдаю ей широкую улыбку и решительно киваю.

— Да, милая. Устала немного, не бери в голову. У нас все готово? — поднимаюсь с бревна и замечаю Стюарта.

Драконище неторопливой походкой бродит по двору, сложив руки на груди. Изучает постройки, заглядывает в них и хмурится. Любовника опять ищет? Ахах! Смешной он, конечно.

Поворачиваюсь к Пегги, но взгляд сам возвращается к Стюарту. Неосознанно наблюдаю за ним, разглядываю крепкое стройное тело, аппетитную задницу, обтянутую тесными брюками…

Эй! Совсем рехнулась?!

Одергиваю себя и качаю головой, отгоняю грязные мыслишки. Ишь, удумала! На гада чешуйчатого засмотрелась. Забыла, как он с нами обошелся?

Да как такое забудешь. Но, ё-моё, задница у него все равно потрясная.

— Да, осталось только стол соорудить, и я принесу картофель для запекания, — чуть ли не подпрыгивая на месте, сообщает Пегги и косится на Тима.

Ухмыляюсь и с облегчением вздыхаю. Ей не до моих причуд. Все внимание девушки принадлежит парню, сосредоточенно изучающему содержимое кастрюли. Пожалуй, пора объяснить ему, для чего я все затеяла.

— Озадачь Тима этим вопросом, а я пока мясом займусь, — оборачиваюсь и смотрю на заходящее солнце. Над лесом гаркают надоедливые вороны.

Местные не любят оставаться на улице после наступления темноты. Следует поторопиться, а то уйдут голодными.

К тому моменту, когда я приближаюсь, Тим уже сообразил, что к чему, и хватается за шампура. Объясняю парню, что и как нужно делать, а сама иду в дом.

Достаю из шкафа заранее подготовленную банку с томатной пастой, выкладываю ее в глубокую миску. Добавляю соль и приправы - сушеные травы из баночек Пегги. Тщательно перемешиваю ложкой и пробую на вкус.

Не кетчуп, конечно, но к мясу подойдет. Жаль, свежих овощей и лучка зеленого не хватает.

Довольная собой, возвращаюсь на улицу с миской соуса. И на миг замираю в проеме.

Стюарт раздобыл в одном из сараев стол, сколоченный на скорую руку для хозяйственных нужд, и выносит его во двор. Устанавливает неподалеку от костра, но достаточно далеко, чтобы на еду искры с пеплом не летели.

Расправляю плечи и с неприступным видом подхожу к столу. Застелить бы скатертью его, доски не отшлифованы, того и гляди, кто-нибудь занозу заработает.

Вспоминаю, не осталось ли чего-то похожего в старом сундуке. И не замечаю, как Стюарт приближается ко мне и останавливается в тени. По позвоночнику будто пуховкой проводят - волнующее и настораживающее ощущение одновременно.

Поворачиваю голову и на секунду подвисаю. В его темных глазах отражается пламя, придавая чертам таинственности.

— Подержи, — быстро прихожу в себя и сую ему миску с соусом. — Я сейчас вернусь.

Драконище не успевает возразить - стоит озадаченный посреди двора с миской. А я тороплюсь вернуться в дом. Поднимаюсь по лестнице на чердак, в полумраке подхожу к сундуку и откидываю крышку.

Но внимание привлекают огни вдалеке. Выпрямляюсь и медленно крадусь к окну. Вечерний пейзаж радует красками, солнце медленно опускается к линии горизонта, окрашивая небо в удивительные оттенки. Оранжевые и розовые блики расползаются по облакам.