— TaxIcon. Никогда не слышал о такой компании.

Роза озорно улыбнулась.

— Это потому, что ты не читаешь газеты и потому что знание такой компании выходит далеко за пределы нашего уровня зарплаты, Карл. TaxIcon — это налоговая консультация для очень богатых людей.

— Да, и Пья Лаугсен, женщина, которая утонула, владела этой компанией, — добавил Ассад. — Ей было шестьдесят четыре года, она жила одна, и прошло несколько часов, прежде чем ее сотрудники нашли ее плавающей в бассейне в саду.

— Да, такие истории иногда слышишь. Брайан Джонс из Rolling Stones, например.

Карл не почувствовал себя молодым, увидев их пустые лица. Они понятия не имели, кто такой Брайан Джонс. Но, с другой стороны, он сам не знал, пока его кузен Ронни, который умер в Таиланде, не рассказал ему.

— Я просто хочу сказать, что бассейн и неудачный поворот — опасная смесь. Так что хорошо, что ни у кого из нас нет бассейна. — Никакой реакции. — Ну, что в этом деле особенного?

— Оно наделало много шума, потому что Пья Лаугсен была не абы кем. Она была огромной шишкой.

Карл был в замешательстве.

— Она была очень важным человеком для многих людей, потому что ее компания имела оборот около ста миллионов евро каждые полгода.

— А! Ты имеешь в виду, она была большим боссом, Ассад.

Ассад покачал головой. Он думал, что именно это и сказал.

— Взрослая дочь Лаугсен заявила тогда в криминальной хронике одной из местных газет, что ее мать умела плавать, но никогда не пользовалась бассейном. Поэтому она сочла всё это и странным, и подозрительным. На самом деле это был единственный раз, когда она видела свою мать рядом с бассейном, и садовник подтвердил, что та так сильно его ненавидела, что велела ему избавиться от него. Он просто еще не дошел до этого.

— Как полиция зарегистрировала смерть?

Ассад достал распечатку полицейского отчета.

— Ну, как ты думаешь? Она якобы споткнулась о сумку, лежавшую рядом с бассейном, ударилась головой о бортик и упала без сознания в воду. Совершенно случайно, конечно.

— Но тогда почему ты думаешь, что это дело представляет для нас интерес?

Ассад указал на предложение в отчете.

— Потому что сумка, о которую она споткнулась, была полна соли.

— Соль для бассейна? Разве не используют хлор?

— Да, а иногда смесь соли и хлора. Но это, кажется, был бассейн только с хлором.

— Ну, будь я проклят! Значит, это была поваренная соль?

— Согласно отчету, ее не анализировали. Но зачем криминалистам было это делать?

Карл снова посмотрел на копию газетной вырезки. Она была датирована 20 августа 2010 года.

Все четверо повернулись к временной шкале на белой доске. Карл заговорил первым.

— Ладно. Попробуем подвести итог. У нас уже есть несколько убийств, связанных с солью. Но давайте посмотрим на 19 мая 2002 года, когда умер Палле Расмуссен. Если мы предположим, что смерть Пьи Лаугсен тоже была убийством, и если мы всё еще думаем, что наш убийца продвигается по определенным датам, и если придерживаться теории, что преступление совершается каждые два года с участием соли — я думаю, убийства должны были быть совершены в 2004, 2006 и 2008 годах в последовательные даты между 19 мая и 20 августа. На этом нам и следует сосредоточиться.

— Господи, — сказал Гордон.

Большую часть дня они потратили на поиск отчета патологоанатома по Пье Лаугсен.

— Тебе не кажется, что в нем есть что-то загадочное? — спросил Гордон. — В отчете она описывается как необычайно сильная и физически подтянутая женщина для своего возраста. Тем не менее, как и ожидалось, в нем делается вывод, что она утонула, но что она была еще жива, когда упала в воду, потому что у нее в легких был хлор. Так что мы должны поверить, что она еще дышала, когда упала в воду. Тогда нужно спросить себя, могло ли это быть самоубийством. Но зачем ей было кончать с собой? Она была здоровой, успешной женщиной с отличной карьерой, большими деньгами, широким кругом общения и хорошими отношениями с дочерью. Меня удивляет, почему она просто не выбралась из бассейна. — Гордон почесал щеку. — В отчете говорится, что она могла удариться головой о бортик, но при вскрытии не нашли травм головы или тела, так же как криминалисты не нашли крови, волос или клеток кожи на месте происшествия. В крови не было алкоголя или наркотиков. Она умела плавать, но ненавидела воду. Это просто не сходится. В отчете даже прямо не говорится, была ли она без сознания, когда упала.

— Нет, это странно неопределенно. — Карл проигнорировал телефон, вибрирующий в кармане. — Но иногда так и бывает с несчастными случаями. Они никогда не объясняются до конца. Как ты думаешь, что случилось?

— Может, это был несчастный случай. У нее просто закружилась голова, и она упала. — Это было предположение Гордона.

— Да, но что насчет соли? Зачем она была там? Разве не странно, если посмотреть на нашу временную шкалу, что соль фигурирует в одном деле за другим, где мы не можем знать наверняка, имеем ли мы дело с убийством, и у нас нет ни мотива, ни подозреваемого? Полиция каждый раз была в тупике, но каждый раз там была соль.

Телефон снова завибрировал у него в кармане.

— Да, это странно, — сказала Роза. — Я предполагаю, что мы имеем дело с убийством. Женщина в ее положении может нажить много врагов. Достаточно одного случая плохого совета, когда кто-то теряет состояние, чтобы это стало фатальным.

— Но что насчет метода, Роза?

Ассад пожал плечами, подошел к белой доске и медленно начал заполнять некоторые пробелы.

Дата/Место преступления: 20 августа 2010, Оденсе

Жертва: Пья Лаугсен

Способ убийства: Голову жертвы удерживали под водой

Затем он опустил маркер.

— Это мое предположение.

Карл кивнул.

— Значит, ты считаешь, что человек, убивший ее, был очень сильным?

— Нет, необязательно. Но ты когда-нибудь пробовал сесть на верблюда, который не хочет, чтобы ты садился? Вдруг оказываешься лежащим носом в песке и понятия не имеешь, что произошло. Я просто хочу сказать, что тот, кто ее утопил, точно знал, как это сделать, и действовал без колебаний. А на самом деле это не так уж сложно.

— Ладно. Похоже, ты сам пытался кого-то утопить, Ассад. — Роза одарила его широкой улыбкой, которая быстро застыла, когда он не ответил.

— У нас есть фото покойной, кроме размытого из газеты? — спросил Карл. — Можешь проверить в Google, Гордон?

Мгновение спустя они все смотрели на экране на фотографии Пьи Лаугсен, сделанные в разные годы. Независимо от того, как менялся ее вес, возраст или внешность, ее меховая шуба, широкие плечи и конский хвост придавали ей аристократический вид.

— Эти фотографии говорят мне, что она была уникальной и целеустремленной женщиной, которая ставила работу превыше всего, — сказала Роза.

— Уникальной? Это точно. Меховая шуба круглый год, куча украшений и густая грива волос, за которую можно схватиться после удара ребром ладони по горлу, — саркастически сказал Ассад.

Телефон Карла снова завибрировал.

— Да, — ответил Карл раздраженно, когда наконец сумел вытащить его из кармана и ответить на звонок. Он не узнал номер.

— Я говорю с Карлом Мёрком? — спросил голос. — Хорошо. Вы говорите с Ласло из полиции Северной Зеландии. Один из криминалистов попросил меня сообщить вам, что, хотя он не нашел ничего там, где была закопана женщина вчера, он кое-что нашел в двух других могилах. И ему показалось странным, что он нашел одно и то же в обеих. Когда он присмотрелся, там были отложения соли по краям могил. Это выглядело почти так, будто кто-то просаливал тела. Вам это о чем-нибудь говорит?

Прошло два дня с тех пор, как Мауритс видел женщину, которая его похитила, и у него не было ни еды, ни воды. Вонь из ведра, которое он использовал как туалет, висела в комнате туманом, его кишечник был пуст, как и мочевой пузырь.