— Не надо, — выдохнула я, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. — Не надо, генерал.

— Надо. — Мужчина шагнул ко мне, и я отступила. Он замер, боль исказила его лицо. — Я понимаю, что не заслуживаю прощения. Понимаю, что ты никогда не сможешь смотреть на меня как прежде. Но я должен был сказать: я не тот человек больше. Я не хочу войны. Не хочу крови. Я хочу... хочу искупить свою вину. Хотя бы попытаться.

— Зачем вы позвали меня? — спросила я, с трудом сохраняя спокойствие. — Действительно, чтобы рассказать о планах принца? Или чтобы...

— Чтобы увидеть тебя, — перебил он честно. — Чтобы убедиться, что с тобой всё хорошо. — Он горько усмехнулся. — И чтобы предупредить.

— О чём?

— Третий принц Даяо и императрица Цзинь... они в сговоре. — Юй Чжао понизил голос до шёпота. — Я узнал случайно, подслушал разговор, когда был во дворце. Они планируют сорвать мирные переговоры. Хотят, чтобы разразилась война. В хаосе легче захватить власть — и в Даяо, и здесь.

Меня бросило в холод.

— Откуда вы знаете?

— Я же сказал — подслушал. Императрица встречалась с посланником третьего принца тайно, в старом парке, за восточными воротами. Я следил за ней, потому что... потому что подозревал неладное. С тех пор как я всё вспомнил, я вижу знаки повсюду. Люди, которые должны были быть врагами, вдруг становятся друзьями. Союзы, которые казались невозможными, заключаются втайне. Даже этот твой генерал Линь...

— Он не мой... - начала я, но осеклась под его понимающим взглядом.

— Он твой, — сказал Юй Чжао тихо. — Я видел, как он смотрит на тебя. Так, как я никогда не смотрел. Так, как должен был смотреть. — Он вздохнул. — Я опоздал, Сяомин. Во всём опоздал. Но я не хочу, чтобы ты пострадала снова. Третий принц знает о вашей связи. Императрица знает. Они будут использовать это против вас. Будьте осторожны. Они попытаются сорвать вашу помолвку, свадьбу... Они попытаются убить принца Даяо, великого генерала, чтобы разразилась война. А если не получится избавиться от него на землях Цзинь, то они нападут на тебя. Потому что только так смогут вызвать его гнев. Генерал захочет отомстить, точно захочет. Вы в опасности.

— Почему вы говорите мне всё это, генерал? Если уверены, что на Линь Яня нападут, могли бы молчать, чтобы использовать это в своих целях. Ведь вы сказали ему, что не отступите и будете пытаться добиться меня снова.

— Затем, что я устал быть чудовищем, — перебил он. — Затем, что, глядя на тебя сейчас, я вижу не ту женщину, которую убил. Я вижу ту, которую мог бы полюбить по-настоящему, если бы не был слеп. И это... это самое страшное наказание, какое только можно придумать.

Он отвернулся, пряча лицо, и я увидела, как дрожат его плечи.

Генерал Севера, гроза вражеских армий, стоял передо мной и плакал.

— Береги себя, Сяомин, — сказал он, не оборачиваясь. — И береги его. Он хороший человек. Достойный тебя. — И добавил совсем тихо: — Будьте счастливы.

Он шагнул вперёд, растворяясь в тенях между складами, и через мгновение его уже не было видно.

А я стояла, прижимая руки к груди, и чувствовала, как по щекам текут слёзы. Юй Чжао действительно одумался. Вернулся тот генерал, который был моим супругом когда-то, которого я любила... пусть не так сильно, как Линь Яня, но я уважала его и испытывала к нему тёплые чувства.

— Госпожа! — Тао-Тао подбежала ко мне, хватая за руку. — Госпожа, с вами всё хорошо? Он не сделал ничего? Не посмел?..

— Нет, Тао-эр, — прошептала я. — Не сделал. Он... он прощался. Нам не следует задерживаться. Пойдём. Вернёмся к брату и Линь Яню. Нам следует поговорить.

Вот только идти далеко не пришлось, потому что мужчины сами отыскали нас. Они были слишком близко. Увидев Линь Яня, я не смогла сдержать улыбку. Кажется, они с Тан-эром поладили? Вели себя, как хорошие друзья. И не скажешь, что один из них генерал вражеской армии.

— О чём вы говорили с Юй Чжао? Ты выглядишь напуганной и... ты плакала? Он как-то обидел тебя?

Я помотала головой и выдавила улыбку. Меня он не обидел, лишь встревожил своими словами и заставил вспомнить прошлое, где мы оба совершили немало ошибок.

— Третий принц и императрица. Они в сговоре. Они хотят сорвать мир и развязать войну.

Линь Янь замер. Тан-эр выругался сквозь зубы. Тао-Тао прижала ладонь к губам.

— Они попытаются избавиться от тебя на землях Цзинь, Янь-Янь... а если не выйдет, то захотят убить меня. Устроив хаос, они желают провести переворот, а потом... возможно, они планируют править обоими государствами вместе? Но теперь мы знаем об их планах и точно не позволим осуществить их.

Линь Янь кивнул, но тревога в его глазах не убавилась. Мы все понимали, что будет непросто. Быть может, стоило предупредить императора? Он знал, насколько коварна его супруга, травившая его любимую наложницу... И он мог прислушаться к нам. Заполучить такого сильного союзника — выиграть не просто битву, но войну.

— Сестра должна пойти к императору, — голос Тан-эра нарушил тягостное молчание, повисшее над нами в тени старого склада. — С новым титулом Мин-эр может просить аудиенции. Это её право.

— Слишком опасно, — покачал головой Линь Янь, не выпуская меня из объятий. — Если третий принц и императрица узнают, что она просит о встречи с Его Величеством, они поймут — нам что-то известно. И начнут действовать решительнее.

— Но молчать тоже нельзя, — вмешалась Тао-Тао, и в её голосе звучала непривычная твёрдость. — Если они задумали сорвать мир, пострадают все. И Цзинь, и Даяо. Невинные люди.

Мы переглянулись. В воздухе висело напряжение, густое, как туман над утренней рекой.

Линь Янь молчал, и я видела, что он размышляет в это мгновение. Его пальцы машинально поглаживали моё плечо, но взгляд был устремлён куда-то в пустоту, словно он просчитывал десятки ходов вперёд.

— Есть другой путь, — произнёс он, словно уже принял решение и считал его единственным верным. — Мы проберёмся в покои императора ночью.

Тишина.

Абсолютная, оглушающая тишина, в которой я слышала только стук собственного сердца — и чей-то приглушённый вздох ужаса.

— Ты с ума сошёл? — выдохнул Тан-эр, и в его глазах мелькнул неподдельный страх. — Пробраться в покои Его Величества? Это же верная смерть! Если нас поймают...

— Если нас поймают, мы скажем правду, — спокойно ответил Линь Янь. — Император не дурак. Он поймёт, почему мы пошли на такой шаг. А если не поймёт... - он пожал плечами, и в этом жесте было столько обречённого спокойствия, что у меня сжалось сердце. — Значит, такова наша судьба.

— Янь! — я дёрнулась в его руках, заставляя посмотреть на меня. — Ты не можешь так рисковать! Ты посол Даяо! Если тебя поймают в покоях императора ночью, это будет скандал, которого не замять. Это причина для объявления войны. Ты же понимаешь это?

— Войны не избежать в любом случае, — он коснулся моего лица, провёл пальцами по щеке, стирая остатки слёз. — Сяомин, я понимаю твои страхи. Но выбора у нас нет. Если третий принц и императрица поймут, что мы знаем об их сговоре, они нанесут удар раньше, чем планировали. Мы не можем этого допустить. К тому же... я не стал бы делать то, в чём сомневаюсь. Я больше всех желаю, чтобы ты была в безопасности.

— Он прав, — неожиданно подал голос Тан-эр. Я уставилась на брата в изумлении — он, всегда такой осторожный, такой рассудительный, поддерживает эту безумную идею? — У меня есть знакомые среди дворцовой стражи. Старые друзья, с которыми мы вместе служили. Если подойти к делу с умом... можно попробовать.

— А-Тан! — воскликнула я.

— Сяомин, — он шагнул ко мне и улыбнулся, потрепав по волосам. — Я понимаю, что это безумие. Но мы не можем сидеть сложа руки и ждать, пока нас всех перережут. Ты сама говорила — мир важнее. Вот он, наш шанс. Рискованный, почти безнадёжный, но шанс.

Я смотрела на него, на Линь Яня, на Тао-Тао, которая вдруг решительно кивнула, и понимала: они правы. Выбора действительно нет.