— Реши вопрос с помолвочными дарами, А-Сан. Позже мы с тобой поговорим. Сейчас я хотел бы остаться с Сяомин наедине.

— Вообще-то оставаться с незамужней барышней наедине нельзя, чтобы не опорочить её...

Генерал снова наступил на ногу капитана, на этот раз сильнее. Взвыв от боли, тот обиженно посмотрел на своего приятеля, скривил губы и обиженно выдал:

— Ладно-ладно. Ухожу. Братец Бао, встретимся позже!..

Мужчина выскочил из шатра, чтобы снова не попасть под гнев генерала, а Линь Янь подошёл ко мне ближе. Положив руку мне на талию, он притянул к себе и прижал к своей груди.

— Как ты себя чувствуешь после вчерашнего?

— Генерал, нам не следует так открыто обниматься... Если зайдёт кто-то, кроме Ли Сана, то разговоры о нас пойдут...

— Неважно. Всё это неважно, когда ты рядом. Я не мог заснуть этой ночью. Именно я должен был получить все те удары. Не ты, Сяомин. Я уже отправил брату письмо, выказав своё негодование его попытками вмешаться в дела моего лагеря. Он должен прислушаться ко мне. Если подобное повторится, моё войско легко может пойти на дворец.

— Поднять восстание из-за женщины? Это не о тебе, генерал Линь. Даже не вздумай. Твой дядя только и ждёт этого. Мы должны бороться иными способами. Даже если мне придётся вернуться в Цзинь для собственной безопасности, не обращай оружие против своего брата.

— Не говори такие страшные вещи. Не могу представить, что ты покинешь меня.

— Вопрос с моим братом остаётся открытым...

Положив ладони на грудь Линь Яня, я мягко оттолкнула его от себя и отступила на шаг назад. Появление Вэй Тана только усложнило наши планы.

— Я подумаю, как держать его подальше от тебя, а затем отправить в Цзинь. Солевой кризис в Цзинь произойдёт уже скоро. Мы можем использовать его, как нашего посланника, чтобы вести переговоры с вашим императором.

Это хорошая идея, конечно, но я опасалась, что брат раньше узнает о моём нахождении в лагере и попытается силой увезти домой.

— Ладно. Я доверяю тебе. Уверена, ты сделаешь всё правильно. Я не успела позавтракать, поэтому вернусь к себе. После вчерашнего лекарь Джао беспокоится и заставляет меня пить горькие отвары, а я не могу отказываться, чтобы не раскрыть свою силу перед всеми, поэтому мне следует вернуться.

— Встретимся позже на тренировке. Ты же не забыла, что хотела учиться? Сегодня я покажу тебе несколько трюков из мира цзянху.

Довольно улыбнувшись, я кивнула и поспешила вернуться в шатёр, где наверняка Тао-Тао места себе не находила. Вот только войдя, я застыла, потому что моя служанка рыдала, а Вэй Тан сидел рядом с ней и крепко сжимал её руки. Брат обернулся и скользнул по мне взглядом. Он задержался всего лишь на мгновение, а затем бросился ко мне и крепко прижал к своей груди.

— Дурёха! Я уже и не надеялся увидеть тебя живой! — произнёс А-Тан, стискивая меня в крепких объятиях.

Вот тебе и договорились держать его подальше от лагеря!.. И что мне теперь с этим делать?

— Брат... — прошептала я хрипловатым голосом, утопая в таких родных объятиях.

Все страхи отступили, ведь я всегда находила успокоение в его крепких, надёжных руках. Глаза защипало от навернувшихся слёз. Я понимала, что могут возникнуть трудности, но сейчас они не имели совершенно никакого значения. Брат уже узнал меня: глупо было притворяться и сбегать от него теперь.

— Госпожа, я не искала с ним встречи. Молодой господин принёс для вас лекарство от лекаря Джао и сразу узнал меня. Я не говорила, что вы тоже здесь, — принялась оправдываться Тао-Тао.

— Оставь нас, Тао! Мне с сестрой нужно поговорить, — ледяным тоном произнёс брат, и тепло, с которым он прижимал меня к себе, сменилось лёгкой изморозью.

Я отстранилась и подошла к столику, на котором стояло горькое лекарство. Лекарь Джао старался, заботился обо мне. Этот отвар не повредит, и я не могла позволить трудам пропасть понапрасну. Пока Тао покидала шатёр, я выпила содержимое чаши и вернула её на стол.

— Как к тебе относятся в Даяо? Я слышал в лазарете, что Сяо Бао — личный лекарь генерала. Это правда? Судя по словам лекаря Джао, тебя очень ценят.

Тан присел за стол и внимательно посмотрел на меня.

— Всё так. Я действительно стала личным лекарем Линь Яня.

— Я слышал так же и о твоём наказании. Тебя на самом деле избили?

— Генерал не позволил бы. Это всё было наиграно, чтобы убедить главного королевского евнуха.

Врать Тао-Тао и брату — разные вещи. Тан-эр всегда распознавал мою ложь. Быть может, я научилась лгать более искусно за эти месяцы? Или с новой внешностью заставила брата растеряться? Он лишь кивнул и опустил голову.

— Тогда оставайся здесь ещё какое-то время.

— Что? Ты не будешь настаивать, чтобы я вернулась домой?

Такого поворота я никак не ожидала, поэтому теперь удивлённо смотрела на брата, а он словно подбирал верные слова, чтобы объясниться. Взяв меня за руку, брат мягко потянул, вынуждая сесть за стол напротив него.

— Матушка молилась несколько дней в храме, а после этого ей приснился сон. Она видела тебя беременную и генерала Юя, занёсшего над твоей головой меч. Матушка сказала, что это дурное предзнаменование. Если ты вернёшься, то вынуждена будешь выйти замуж. Пока родители не придумали, как избежать этого брака, поэтому просто оставайся здесь. Зная, что ты в безопасности, они успокоятся.

Растерянно глядя на брата, я искала подвох в его словах, но он говорил искренне, словно на самом деле принял такое решение и не собирался убеждать меня бежать из Даяо.

— Ты так просто позволишь мне остаться на землях вражеского государства? Даже не будешь ругать за то, что сбежала?

— Если ты сбежала, значит, на то был веский повод. Ты бы не стала просто так подставлять семью под удар. Я слишком хорошо знаю тебя, Сяомин. Ты Вэй! Ты ничего не делаешь просто так.

Слеза скользнула по щеке, но брат поспешил утереть её.

— А ты искусна в маскировке. Если бы не знал тебя так хорошо, то принял бы за парнишку. Кому-то в лагере известно, что ты девушка?

— Генерал знает.

Я решила пока не говорить о Ли Сане, чтобы не заставлять брата волноваться ещё сильнее.

— Это плохо. Он видел тебя в обличии девушки? Боюсь, чтобы он не попытался воспользоваться тобой.

— Он не плохой человек. Линь Янь заботится обо мне, он не причинит мне вреда.

— Говоришь так, словно вы с ним влюблены.

Щёки мазнуло румянцем, что не ускользнуло от взгляда брата. Тан-эр потёр переносицу и тяжело вздохнул.

— Ваши отношения обречены. Тебе не следует продолжать их, сестра. Мне придётся поговорить с генералом и рассказать правду о том, что я из войска Цзинь.

— Не утруждайся. Линь Янь знает. Он хотел безопасно вернуть тебя назад, чтобы ты... чтобы ты не узнал о моём нахождении в лагере.

— Думаешь, я успокоился бы, не убедившись, что ты в безопасности? Я бы не оставил попыток, даже если пришлось сразиться со всем войском Даяо.

Я замолчала, думая над видением, что пришло матушке. Это всё проделки богини Нюйвы? Она поддерживала меня с самого начала, дала второй шанс и теперь помогала восстановить отношения с семьёй? Было ли это знаком, что я должна вернуться домой?

— Сестрица Мин, я пришёл узнать о твоём долгом сне!.. Ой!

Ли Сан остановился на входе в шатёр. Он взволнованно посмотрел на Тан-эра, сжимающего мои руки.

— Кто это? — в один голос спросили мужчины.

— Генерал Линь? — сощурился брат.

— Нет... О нём я не успела тебе рассказать, Тан-эр. Ли Сан — капитан армии генерала. Он тоже знает, что я девушка.

Брат прошипел себе под нос какое-то ругательство. Он с угрозой смотрел на капитана, успевшего догадаться, что встречи с братом избежать я не смогла.

— Почему врываешься в шатёр моей сестры, если знаешь, что она девушка? Разве вам здесь неизвестно, что честь барышни может пострадать от подобных действий?

— Брат, успокойся. Здесь я живу в обличии парня. Я не отличаюсь от остальных. Ли Сан не хотел навредить мне. Он защищает меня, как и генерал. Ты можешь доверять ему.