— У вас что, что-то с ней было?

— Ты это о чём, братец?

Восседаю за своим столом, как генерал на командном пункте, нога на ногу, спина прямая, взгляд тяжёлый. Медленно достаю пачку сигарет и не спеша, закуриваю. Демонстративно. С пафосом. Откидываюсь в кресле, выпуская дым, как будто это не никотин, а пар от перегретого мозга. Курю я редко, так, балуюсь, когда всё летит к чертям, завал на работе, нервы, или когда проблемы требуют не решений, а жертвоприношений.

— Ты чё такой? Не трахнулся с утра? Уж больно рожа у тебя напряженная, и вообще... Ты знаешь о чём я...

— Хм, Шерлок, блять, ты против?

Чёрт бы побрал этого проницательного гавнюка, всё считал с одного взгляда. Да и моя физиономия, как всегда, выдаёт всё с потрохами. Нам помешали, да. Но эта короткая, почти украденная близость, она уже врезалась в память, как ожог. Пытаюсь включиться в разговор с Тимом, но мысли упрямо утекают в другую сторону. К ней. К этой маленькой, дерзкой мажорке, которая теперь сидит у меня в голове, как вирус. Хочу снова слышать её голос, сорванный, дрожащий, как утром в машине. Усмехаюсь сам себе. Чёрт, как она тогда извивалась подо мной… Такого со мной ещё не было. Ни с кем. Соболевская. Она уже не просто в мыслях, она их отравила. И похоже, я окончательно слетел с катушек.

— Я только за, я так и знал что она тебе тогда ещё в клубе понравилась, поэтому, я тактично отошёл в сторонку.

— Знал он...

Сделал глубокую затяжку, так что дым обжёг горло, медленно выпустил вверх два идеальных кольца, одно за другим, точно в потолок. Будто пытался выдохнуть вместе с дымом всё напряжение… Но оно, зараза, только гуще стало.

— Рассказывай о своих ночных приключениях.

— Ой, да что там рассказывать, помогал одной знакомой придти в себя, девчонку жалко, такая классная, но вот депрессивная, помогаю ей выйти из этого состояния.

— Это конечно похвально, но, тебе не кажется, что местечко не то для психотерапевтического сеанса?

С нажимом тушу окурок в пепельнице. Не раздумывая, закидываю в рот пару подушечек мятной жвачки, нужно перебить вкус дыма.

— А чё бы и нет? Ночь, трасса, гонки, тотализатор, ты прикинь как это выводит из депрессухи.

— Я надеюсь, ты сам не участвуешь?

— Я ж не дебил, правда?

Мелкий тут же засуетился, заёрзал, стыдливо почесал лоб, классика жанра. «Не участвует он», конечно. Пусть ещё вякнет, что просто мимо проходил. Наверняка снова садился за руль. Ночью. Без башни. Как в тот раз, когда уже прокатился так, что я потом неделю его отмазывал, выслушивая лекции от начальства и прикрывая задницу, которая явно не заслуживала спасения. Идиот, блядь! Некоторые выводы делают после первого раза. Но не Тим. Тим, это вечный абонемент на неприятности.

— Уверен? Не садился?

Специально давлю, но где там, хрен сознается.

— Эмм... Нет, конечно нет...

Поднимает руки, как будто сдался без боя, жест капитуляции, почти театральный. Резко вскакивает с кресла, будто сиденье вдруг стало горячим, и подходит к окну. Молча. Опускает взгляд вниз, на парковку, пряча глаза от меня, как будто там, среди машин, можно найти ответы или хотя бы повод не говорить лишнего.

— Ладно, поверю пока на слова, а теперь проваливай, мне работать надо.

Малой развернулся через плечо и одарил меня пытливым взором.

— Ты про собственный день рождения помнишь?

— Ты опять?! Ещё один мой др хочешь меня до горячки довести?!

Блять! Да когда же он уже свалит то? Ещё эти разговоры про мой день, ведь знает же что я никогда не отмечаю, не вижу смысла. Но этот херов организатор незабываемых впечатлений всегда пытается что-то да придумать, однажды организовал мне вечеринку в стиле девяностых, продумал всё до мелочей, но всё же не может быть гладко, накурился какой-то травы. Позже когда я приехал на эту вечеринку сатаны, чуть его откачал, в тот день думал потеряю этого идиота, обкурился в хлам, еле в чувства привели.

— Ты не говорил Ульке, верно?

— Нет, зачем?

— Ну, как всегда... Кстати, батя прилетает, не хочешь их познакомить?

Прилетает... Я совсем об этом забыл, он летел не только на мой праздник, а ещё и с невестой познакомиться, вовремя как никогда.

— И как я её должен ему представить? Знакомься бать, эта та, без которой я подыхаю ежедневно, но предложить отношения ей не могу, так как у неё жених, а у меня Соня?! Так по твоему?

— Чё вы всё так усложняете? Я давно тебе про Соню говорил, не нужна тебе эта липучка, особенно сейчас, да и Ната...

Малой осекается, а меня словно озаряет. Ната! Напрягаюсь как гитарная струна, ноздри уродливо вздымаются, а моя шея пошла в пляс, хрустя косточками.

— Кстати... Ната твоя…

Пальцы болезненно впиваются в кулаки, ещё немного и потрескают от такого натиска кожу ладоней.

— Что, моя Ната?

— Поговори со своей девушкой, научи её пользоваться мобильным, пусть сообщает подруге о своих визитах заранее.

Тим непонимающе уставился и нахмурил брови.

— Нахера? Она что, спалила вас на горячем что ли? Axax!

Братец уже заливался громким смехом, но от моего серьёзного взгляда, сразу умерил свой пыл и заткнулся.

— Ты чё серьезно? Да не...

— Ты меня услышал, а теперь свободен.

Отчеканиваю, больше не намерен обсуждать какой-то дурацкий день рождения, а уж тем более подробности своей личной жизни, беру в руки увесистую папку с висяками и усаживаюсь за массивный стол, внимательно просматривая каждый документ.

— Так вот чё ты такой злой, тебе кайф обломали, наверстаешь ещё, так что с днюхой?

Всё никак не унимается.

— Малой, отвянь, а?

— Ой, да ну тебя. Сами всё организуем, ты только зад свой приволоки куда скажу, запомнишь ещё у меня этот день на всю жизнь, слова пацана!

От лица Ульяны.

Мы с Натой приехали в универ вместе, но она, как обычно, сразу куда-то сорвалась, сослалась на срочные дела в деканате и убежала. Я осталась одна, решила не терять время, направилась к кофейному автомату в холле. До начала пар оставалось минут двадцать, вполне достаточно, чтобы немного прийти в себя. Пальцами пробежалась по кнопкам и выбрала что-то непривычное, латте с юдзу. Цитрусовый аромат, лёгкая кислинка и сливочная основа, странное, но удивительно бодрящее сочетание. Забрала стакан, обхватила его ладонями и направилась к окну. В холле было тихо, почти пусто. Я присела на широкий подоконник, сделала пару осторожных глотков, кофе оказался горячим, но удивительно приятным. Смотрела в окно, позволяя мыслям ускользнуть куда-то далеко, в сторону, где не было ни пар, ни дел, ни Натиной суеты. И тут, внезапно чьи-то ладони резко ложатся мне на плечи. Я вздрогнула, слегка расплескав кофе, уже собиралась выдать что-нибудь резкое, как услышала знакомый голос.

— Не сиди на подоконнике, попку застудишь!

Крис. Конечно... Только она могла подкрасться так бесшумно и выдать подобное с абсолютно серьёзным выражением лица. Я закатила глаза, но всё равно улыбнулась, с ней по-другому не получается.

— Ты меня напугала!

Воскликнула я, прижав руку к груди, пытаясь унять сбившееся дыхание.

— Я что, правда такая страшная?

Усмехнулась подруга.

— Когда ты уже прекратишь пугать меня своими внезапными появлениями?

Выдохнула, всё ещё не до конца оправившись от её «приветствия».

— Дикой Амазонке не привыкать быть бесшумной.

С важным видом заявила она, и тут же, не теряя ни секунды, встала в пародийную боевую стойку, размахивая руками в разные стороны, как черепашка-ниндзя на кофеине.

— Готовься, смертная!

Театрально прошипела она, будто собиралась нанести мне сокрушительный удар.

— Вот мы вроде ровесницы, а у тебя то детство в попке ещё играет.

Фыркнула я, вскакивая с подоконника. От резкого движения несколько капель кофе выплеснулись прямо на юбку. Я раздражённо отставила стакан в сторону, достала из сумки влажные салфетки и принялась оттирать тёмные разводы, попутно продолжая разговор с Крис.