— «Спасибо. Не надо. Я пробовала вызвать, смогут приехать не раньше чем через три часа, там какая-то авария, я не собираюсь здесь столько торчать, тем более, после тяжелого перелета.»

Сбрасываю вызов. Сволочь! Может мне ещё на коленях к нему приползти? Он наверно только этого и ждёт. Да и мать всю неделю как с цепи сорвалась, угрозы, обвинения, проклятия. Я, неблагодарная, бессердечная, не могу «наладить отношения» с Игорем. А кто-нибудь вообще собирается наладить отношения со мной? Кто-нибудь, хоть раз спросит, как я себя чувствую? Пока злилась, не заметила, как до боли сжала руль. Костяшки побелели, пальцы онемели, а внутри всё кипело. Гнев, обида, усталость, всё смешалось в один тугой узел. И вдруг, вспышка. Простая, чёткая мысль. Идеальный вариант. Я выпрямилась, взяла телефон, открыла контакты. Никаких сомнений. Набираю другой номер.

— «Оу... Какие люди. Привет, ну и куда это ты пропала?»

Интересуется Тим, как только поднимает трубку.

— «Потом расскажу. Не сейчас.»

— «Ты соскучилась? Или просто решила поболтать?»

Произнёс он с тихим смешком.

— «Тим, мне нужна твоя помощь...»

— «Весь во внимании.»

— «У меня колесо лопнуло. Эвакуатор ждать три часа, а я после перелёта, никакая. Прости, но ты бы не мог подъехать и помочь мне?»

Он не стал уточнять, не спросил, почему я не вызвала такси, не предложил варианты. Просто...

— «Мог бы. Кидай координаты. Уже еду.»

И отключился. Я осталась одна. Машина стояла на обочине. В салоне было тихо, только слабое гудение от вентиляции. Я расслабленно откинулась на спинку. Прошло около часа. Время тянулось вязко, как густой сироп. Я прикрыла глаза, не спала, просто находилась в стадии полудрёма, в которой нет ни мыслей, ни чувств. Только усталость, которая давит на грудь, и глухое напряжение, свернувшееся внутри, как клубок. Снаружи, ни звука. Ни шагов, ни мотора. Я даже не заметила, как подъехала машина. И вдруг, резкий стук в стекло. Кто-то ударил кулаком. Я вздрогнула, глаза распахнулись, сердце ухнуло в живот. Всё тело напряглось, будто ток прошёл по позвоночнику. Повернула голову. За окном, силуэт. Мужской. Не Тим. Не тот, кого я ждала... На секунду, ступор. Пальцы вцепились в руль, спина выпрямилась, брови сдвинулись к переносице. А внутри, уже бушует цунами. Гнев, тревога, недоверие, всё разом.

— Ты?!!

Увидев того, кто сейчас стоит на улице за моим окном автомобиля, сердце моментально пропустило удар и огромной удушливой волной поднялось внутри бешеное волнение. Стоя у моей водительской двери, он костяшками пальцев постучал по стеклу и жестом попросил опустить окно. Я словно находилась в анабиозе, не сводя с него любящих глаз, медленно стала нашаривать эту дурацкую ручку. Господи... Руки дрожат неимоверно, да и тело все покрыто уже крупной дрожью.

— Что ты здесь делаешь?

— Так, это и есть тот ЧУВАК которому срочно нужна помощь?

Герман раздраженно сводит брови к переносице, вижу как напряженно заходили жевалки на его острых скулах. Явно не пылает огромной радостью находится здесь, рядом с той, которая причинила ему неограниченную боль. Ну Тим! Ну гаденыш мелкий! Ведь наверняка его сюда специально отправил, ну я тебе устрою!

— Ну, и что у тебя случилось?

Важно скрестив руки на мощной груди, он вальяжно встал напротив и пристально, с небольшим прищуром ледяных глаз осмотрел всю мою машину, пытаясь найти проблему моей поломки.

— Ничего. Ты, это... Давай, езжай обратно, я лучше уже подожду эвакуатор.

— Ты вообще в себе? Ты в курсе, что у некоторых людей есть такое понятие, как работа?

— Значит, ты безответственно к ней относишься, раз в свое рабочее время гуляешь загородом.

С моих губ слетел легкий смешок, что ещё больше стало раздражать Германа. Он слегка наклоняется ближе к моему окну, чувствую его дыхание. Черт! Не надо... Не надо этой близости, тяжело. Даже преграда в виде железного метала не особо меня спасает, я дрожу словно от проливного дождя. Кажется даже не дышу.

— Я сорвался посреди рабочего дня, приехал сюда, чтобы по твоему что? Посмотреть в твои красивые глазки, развернуться и уехать, м?

Медленно проговаривает, разминая шею. Хищно скалится и облизывает нижнюю губу, не смотрю в его глаза, смотрю именно на губы. Чувственные губы, вкус которых я до сих пор не могу забыть.

— Ты все бросил и приехал помочь?

С ужасом отбрасывала от себя мысли, что так называемый женишок отослал меня, слился когда мне нужна была помощь, а тот, кого я сама оттолкнула, отогнала от себя, наговорила столько унизительно обидных слов, сорвался и приехал... Между тем, одна мысль всё назойливее и назойливее залезала ко мне в душу... А приехал бы он, зная что именно мне нужна помощь?

— Прикинь, знал бы к кому ехал...

Вот я и получила ответ на свой вопрос… Становится вдруг чертовски неприятно, неужели так быстро он вычеркнул меня из своей жизни? Конечно я сама виновата, но я не думала что это возможно так быстро, ведь я всю эту неделю мучалась, сжирала себя чувством вины и удушающими мыслями лишь о нём. Сама уже не понимала, как выбраться из этого вязкого болота, которое затягивает меня с каждой минутой все больше и больше в беспросветное, топкое дно.

— Что? Не поехал бы?

Гордо вздернув подбородок спрашиваю, а сама замираю в ожидании, Герман лениво склоняет голову набок и томит меня в этом ожидании. Ну же... Скажи правду. Скажи что я больше ничего не значу в твоей жизни, давай! Оттолкни меня! Сделай так, чтобы я тебя ненавидела, а не сгорала от любви. Но он упорно молчит, сканируя меня синими как океан глазами.

— Сама как думаешь?

— Я тебя не просила, я просила Тима, так что, уж извини.

— Знаешь, а ты права, вот сиди и жди своего Тима, ну…. Или позвони своему женишку, уж невесте он в помощи не откажет, адьес.

Больше не говоря ни слова, он накинул на глаза темные очки, развернулся, дошел до своей машины, сел за руль и со всей дури дал по газам, скрываясь в поле моего зрения.

— Ну, молодец Уля, что тут скажешь..

Как полная идиотка все же решила вызвать эвакуатор, как сообщил диспетчер, время ожидания сейчас значительно увеличилось, ладно, подожду. Уже плевать. Зато спокойно и без нервов. Скрестив руки на груди, чуть опустила спинку кресла, устало накинула один наушник в ухо, включила небольшой монитор который был пристроен на панели и откинулась на спинку в ожидании помощи. Мне даже показалось что я знатно так приснула, иначе как объяснить тот факт, что я не услышала звук подъезжающей машины. Снова этот напряженный стук по стеклу. Медленно приоткрываю веки, и уже с полным спокойствием, глядя перед собой в лобовое, приспускаю окно.

— Ты же попрощался и вроде как уехал.

Не смотрю на него, вглядываюсь в высокие хвойные деревья, которыми буквально окружена пустая трасса. Выжидающе жду... Проходит секунда... Минута... Две..

— Значит, не уехал.

Говорит спокойным вроде голосом, а мне становится не по себе. Поворачиваюсь в его сторону, опустив голову, Герман наблюдал за мной исподлобья.

— Получается, ты меня не бросил?

Не бросил, не уехал, вернулся... Неужели я действительно ему нужна, сколько бы я его не прогоняла, сколько бы боли ему не причинила, он все терпит и прощает, не отворачивается от меня, рядом...

— Не бросил... Что у тебя случилось?

— Колесо стрельнуло.

Несмело пожимаю плечами.

— Тебе никто не говорил, что для таких случаев у нормальных людей есть запаска?

Цинично произносит и приподнимает уголок губ, не могу увести глаз с красивого лица. Его ухмылка всегда меня завораживала, очень красивый...

— Соболевская? Ты хоть иногда голову включаешь? Такси не могла взять? Обязательно самой нужно было за руль сесть, тем более после перелета?

— Нежели волнуешься? И вообще, откуда знаешь про перелет?

— Хм... Слушай блондиночка, не трудно сопоставить факты и понять откуда ты выехала на эту трассу, a второе, отвечать вопросом на вопрос, не всегда красиво.