Это было правдой. Работа по восстановлению древнего города и заселению его людьми, разделяющими мечту о восстановлении его былой славы, об изучении путей Арига и их бога, двигалась. Многое было сделано за десять лет. Но оставалось еще больше. Для нетерпеливого Квентина это было мучительно.

Старый учитель мудрости ожидал их у ворот двора. Завидев молодых людей, идущих к нему, он еще издали крикнул:

– Привет, мои друзья! Ты пришел первым, я так и надеялся. Хочу поговорить с вами.

Они зашли в тенистый двор и уселись на каменные скамьи под раскидистым деревом. Здесь было красиво и, конечно, полно цветов.

– Садитесь, пожалуйста. Омани! – Йесеф хлопнул в ладоши.

Появилась стройная молодая девушка с подносом, заставленным деревянными кубками и каменным графином. Она плавно, словно не шла, а плыла, приблизилась и поставила поднос у локтя Йесефа.

– Можешь наливать, светлая, – мягко сказал он.

Девушка разлила и подала напиток и собралась уходить. Йесеф крикнул ей вслед:

– Посмотри, чтобы еда была готова, когда придут остальные, я думаю, они скоро будут. – Девушка улыбнулась и ушла в дом.

У куратаков не было слуг. Но часто молодые девушки или юноши сами прислуживали в домах старших куратаков или мастеров, чтобы научиться у них мудрости или ремеслу, а потом уже решали, как им дальше распорядиться своей жизнью. Так те, кто нуждался в помощи, не испытывали недостатка, а молодые люди находили для себя полезное занятие.

Йесеф задумчиво наблюдал, как девушка исчезла в темном дверном проеме. Квентин заметил его взгляд и сказал:

– Она – способная помощница, Йесеф. Ты благословен.

– Да, и мне жаль ее терять.

– А почему ты должен ее терять?

– Ей почти восемнадцать. Она хочет вскоре выйти замуж. Возможно, уже следующим летом. Она и Рулан, мой бывший ученик. Он хороший молодой человек, очень умный. Пара будет замечательная, но я потеряю прекрасную повариху и помощницу. А для меня она всё равно что дочь.

– А почему бы тебе не жениться? – спросил Толи.

Йесеф внезапно смутился.

– Тебе кто-то что-то говорил?

– Да нет, я просто поинтересовался.

– И угадал. Я намерен жениться. Объявлю о браке сегодня вечером.

– Поздравляю! – вскричал Квентин, вскочив на ноги. Он обнял бывшего учителя, поцеловав в обе щеки. – Кто же у нас счастливая невеста?

– Карилл, суконщица. Вдова Лендо. В кузнице случился несчастный случай. Он погиб несколько лет назад. Она так долго была одинока...

Квентин рассмеялся.

– Нечего объяснять, мы за тебя рады. Уверен, вы оба будете счастливы вместе.

– Хотелось бы надеяться… А пока я счастлив поделиться этой новостью со своими друзьями. Ты же знаешь, я стал считать вас обоих своими учениками.

– Конечно, ты был для нас и учителем, и отцом все это время.

– Вот потому я и хотел вам первым рассказать.

– А сегодня мы увидим эту почтенную женщину? Хочу ее поздравить.

– Да, она будет здесь, и вообще, не ее ли голос я слышу?

В самом деле, с улицы послышался звук голосов, потом смех. Йесеф бросился к воротам, чтобы встретить свою избранницу, явившуюся с двумя подругами. Он подвел ее к Квентину и Толи. Те встретили женщин улыбками.

– Друзья мои, это моя невеста, Карилл, – представил Йесеф.

Невысокая круглолицая женщина тепло улыбнулась им. Сегодня она убрала волосы под нарядную сетку, но Квентин все же заметил среди коричневых прядей проблески седины. Карилл носила простое белое, свободное платье с ярко-голубой шалью на плечах. Что и говорить, женщина она была красивая. Йесеф бросил на свою будущую жену взгляд, полный такой нежности, что Квентин почувствовал укол тоски. Его-то возлюбленной здесь не было.

– Рад знакомству, Карилл. Наши поздравления! Йесеф говорил, что ты хочешь выйти за него замуж. Я рад.

– Спасибо, Квентин. Мы счастливы. – Она повернулась, посмотрела в глаза Йесефу и добавила: – Йесеф – само совершенство. Я рада, что он тебе первому поведал о наших планах.

– Когда свадьба? – спросил Толи.

– Мы посоветовались и решили, что середина лета – подходящее время.

– Да, – кивнул жених. – В это время ничто не помешает свадьбе. Впрочем, мы оба совершеннолетние. – Он рассмеялся, и Карилл рассмеялась вместе с ним. Но смех стих, когда Йесеф заметил, что ни Квентин, ни Толи не разделяют их веселья. Оба хранили молчание.

– Что такое? Наш план вам не нравится?

– Все замечательно, только вот нас на свадьбе не будет.

– Почему?

– Я бы так и так тебе сказал сегодня вечером. Пришел вызов от короля, мы должны ехать в Аскелон.

– Да, ты говорил, что через несколько недель, но...

– Не получится. Прибыл гонец. Нам надо отправляться прямо сейчас.

– Ну, тогда мы дождемся твоего возвращения, – предложил Йесеф. Карилл кивнула в знак согласия.

Квентин грустно улыбнулся.

– Нет, я не могу просить вас об этом. Я же не знаю, когда мы сможем вернуться. Пожалуйста, не откладывайте такое событие из-за нас.

Толи попытался разрядить атмосферу.

– Кента хочет сказать, что если бы он был на твоем месте, Йесеф, он бы ни за что не позволил такой замечательной женщине сбежать в объятия другого. Нет уж, женись, как собирался. А мы постараемся вернуться и поздравить счастливую пару, когда сможем.

Йесеф посмотрел Квентину в глаза. Как часто бывало, он прочитал там больше, чем сообщил ученик.

– Неприятности?

– Да, боюсь, что они, – вздохнул Квентин. – В послании об этом ничего нет, и нарочный ничего не сказал. Сразу уехал, даже не стал ждать ответа.

Йесеф осмотрел Квентина. Из неловкого, порывистого юноши получился широкоплечий мужчина, высокий, худой, что нередко встречается у молодых людей, но без признаков расхлябанности, зачастую им свойственной. Квентин обладал королевской осанкой, но при этом был совершенно лишен высокомерия, нередко сопровождающего благородный дух.

Сердце старого учителя пронзила боль расставания, когда он ощутил, что его ученик стоит словно на краю огромной пропасти. Он хотел ободрить его жестом, потрепав по плечу, но убрал руку, так и не довершив движения.

Он прекрасно понимал, что Квентин принадлежит Декре, да. Но он также принадлежал Аскелону, и в любом случае Королю отказать не мог.

– Я понимаю, тебе надо уходить. – Йесеф натянуто улыбнулся. – Когда?

– Завтра на рассвете. Я думаю, так будет лучше...

– Конечно. Не откладывай. Кроме того, чем раньше ты уедешь, тем раньше сможешь вернуться и, возможно, на этот раз с тобой будет Брия.

При упоминании дорогого имени Квентин вздрогнул, а потом улыбнулся. Холодная тень, нависшая было над столом, отступила, и в мягких сумерках они вернулись к обсуждению планов на будущее.

Им предстояло рано вставать, но Квентин и Толи ушли из дома Йесефа последними. За столом они много говорили, ели и даже пели. Старейшины благословили молодых людей в дорогу, и долго слушали истории и песни о потерянной Арига в исполнении одного из молодых музыкантов куратака. Однако пришла пора прощаться, и Квентин сделал это против желания.

– Смотри, Кента, – говорил Толи, когда они шли по темным и пустым улицам. Луна заливала некогда великий город жемчужным светом. Взгляд Толи был направлен в небеса. – Видишь? О, все уже. Звезда упала.

Квентин отстраненно поглядел на небо и снова погрузился в свои невеселые размышления. Их шаги эхом разносились по улицам, и постепенно его окутывала тихая умиротворенность Декры. А потом он вздрогнул. Ощущение было такое словно они вошли в невидимый бассейн холодного воздуха. Толи заметил, как Квентина передернуло, и посмотрел на друга.

– Ты тоже почувствовал?

Квентин не ответил, и они прошли еще несколько шагов.

– Как думаешь, мы когда-нибудь сможем сюда вернуться? – спросил он наконец.

– Ночь – не время для размышлений о таких вещах.

Двое молча вернулись в дом губернатора и разошлись по своим комнатам.

– Я с удовольствием снова увижу Аскелон, – сказал Квентин, прощаясь. – И всех наших друзей. Спокойной ночи.