Когда двое путников переходили дорогу, в дверях церкви появился монах с большой свечой. Он зажег факелы по обе стороны от дверей. Повернулся, увидел незнакомцев и окликнул их на языке, который Дуглас определил как местный диалект. Ответ был наготове.

— Pax vobiscum, — произнес он, сложив руки перед собой и отвесив неглубокий поклон. После небольшой паузы он добавил на латыни: — Пусть благодать прибудет с тобой этой ночью, брат.

Монах буркнул «Мир вам, братья» и собрался вернуться в церковь.

— Подожди, брат, — Дуглас быстро двинулся вперед. — Мы только что прибыли и нуждаемся в наставлениях.

Монах послушно задержался.

— Так вы издалека? — Говорил монах на латыни с легким акцентом.

— Ты прав, издалека, — ответил Дуглас. — На меня возложена обязанность найти человека, известного как доктор Мирабилис — насколько я знаю, он наш собрат-священник. Его писания дошли до нас в Эйре.

Монах закатил глаза.

— Господи, это же край света!

— Он ведь живет где-то поблизости? — не дал сбить себя с толку Дуглас.

— Да, — без энтузиазма ответил монах. — Живет в каком-то университетском общежитии, точно не знаю, в каком. — Он повернулся и пошел в церковь.

— Может, подскажешь все-таки, как мне найти его? — Дугласу не хотелось отпускать монаха, не вытянув из него максимум информации.

— Прости, брат, не подскажу, — ответил монах через плечо. — Но если на вас нет особой благодати Божьей, вам не удастся избежать встречи с ним.

Громкое рычание пещерного кота возвестило о наступлении нового дня, разбудив спящих. Берлимены проснулись и занялись повседневными делами: один пошел кормить Бэби, другой готовить завтрак, третий присматривать за заключенными. Эта забота досталась Дексу. Итак, сунув ноги в сандалии и надев пустынный комбинезон, он вылез из палатки. Солнце уже взошло, хотя все еще стояло так низко, что его лучи почти не проникали на дно вади. Декс глубоко вдохнул чистый утренний воздух и, зевнув, направился ко входу в гробницу.

Берли приказал не давать пленникам больше ни еды, ни воды, пока они не согласятся сотрудничать. Так что Дексу не было необходимости тащить с собой бурдюк с водой или судки с едой. Генератор он тоже пока не стал включать. Ничего нового в гробнице верховного жреца Анена он не ожидал увидеть.

Держась за стену, он спустился по узким ступеням, постоял, давая глазам привыкнуть к полумраку, и вошел в первое помещение. Прошел через пустую комнату к двери усыпальницы с гранитным саркофагом, в котором некогда покоился верховный жрец. Теперь вместо двери здесь стояла решетка. За ней было тихо. При его появлении никто не пошевелился, не кашлянул, не зевнул. Декс постоял, прислушиваясь, но ничего не услышал — даже дыхание спящих людей не нарушало тишины. Усыпальница молчала.

— Эй, просыпайтесь! — громко позвал он. — День наступил. Жалко его проспать! — Он улыбнулся своей незамысловатой шутке. Никакого ответа. — Да что вы там, сдохли, что ли? — При этом Декс подумал, что подобное не исключено. Пленники запросто могли последовать за Козимо и сэром Генри.

Ну вот, теперь придется тащиться запускать генератор, включать свет, открывать решетку и разбираться с телами. «Черт возьми», — пробормотал Декс про себя. Но прежде, чем приступить ко всем этим неприятным делам, он решил убедиться, что двое оставшихся пленников не просто спят. Надо просто тряхнуть решетку как следует, от нее шуму столько, что и мертвый проснется. Он так и сделал. Он никак не ожидал, что дверь распахнется от его прикосновения.

Берлимен вошел внутрь. Он смутно видел очертания каменного саркофага в центре усыпальницы, но все остальное помещение оставалось погруженным в темноту. Особенно углы, там тьма была гуще всего. Воздух пропах едким смрадом смерти.

Прикрыв нос рукой, Декс повернулся и выскочил из камеры. Что мы вообще делаем в этом ужасном месте, подумал он. В чем смысл?

Выбравшись по поверхность, он вдохнул чистого воздуха, забежал в соседнюю камеру, запустил генератор и дал свет. Задержался возле кухни, чтобы смочить рукав уксусом, и побежал обратно к усыпальнице. Прикрывая нос, он убедился в самых худших своих подозрениях: пленники исчезли.

Он взбежал вверх по лестнице и с криком «Заключенные сбежали!», бросился к большой палатке.

Кон и Мэл все еще были внутри. Похоже, новость их не впечатлила.

— Чего ты орешь? Потише можно? — пробормотал Мэл, приложив руку к ушам. — Нечего кричать спозаранку.

— Так что ты хотел сказать? — обратился Кон к Дексу.

— Их там нет. Ушли они. Как-то умудрились сбежать.

— Уверен? — Мэл с подозрением посмотрел на напарника.

— Конечно, уверен. Идиот!

— Ладно, ладно, не выпрыгивай из штанов.

— А как насчет двух других? — спросил Кон. — Они все еще там?

— Ты о ком? — опешил Декс.

— Ну, эти, дохлые?

— Да там они, им-то куда деваться?

— И по-прежнему мертвые? — флегматично поинтересовался Мэл.

— Заткнись! — прорычал Декс.

— Они не могли далеко уйти, — сказал Кон. — Найдем.

— Да уж, лучше бы найти, — проворчал Мэл, — и хорошо бы до возвращения Тава. Ему это не понравится.

Втроем они вышли из палатки и осмотрелись.

— Пойду, Бэби позову, — сказал Кон. — Может, она их выследит?

— Сомневаюсь, — сказал Декс. — Оставь ее в покое. Лучше за оружием сходи. Эти охламоны понятия не имеют, как отсюда выбираться, так что поймаем, наверное.

Вооружившись, трое берлименов отправились по главному руслу вади.

— Мэл, проверь малый проход, — приказал Декс. — Кон, а ты со мной. Пойдем по основному руслу.

Мэл вскоре исчез на извилистой тропинке, вилявшей по дну бокового русла. Декс и Кон направились к устью, настороженно реагируя на любой звук. Они осмотрели несколько ниш, оставшихся от древних поселений, в которых могли прятаться беглецы, ничего не нашли и поспешили дальше. Однако пройдя уже довольно значительное расстояние, остановились.

— Знаешь, похоже мы перестарались, — сказал Кон. — Если бы они проходили здесь, мы бы заметили следы.

— Возможно, — согласился Декс. — От Мэла тоже никаких сигналов, значит, и он ничего не нашел. Давай возвращаться. Там у поворота есть обрыв. Надо поняться наверх и посмотреть оттуда.

Они повернули и шли теперь к лагерю. На изгибе вади строители гробниц некогда высекли ступени в крутом склоне. Берлимены вскарабкались по этой полуразрушенной лестнице и, оказавшись на вершине, принялись оглядываться по сторонам. Ничего они не увидели. Кругом простирался безжизненный ландшафт: выжженные солнцем скалы и холмы уходили в дрожащую от зноя даль во всех направлениях. Никаких признаков беглецов не было и в помине. Но они долго вглядывались в пустыню, надеясь различить хоть какие-то признаки движения. Ни один из них ничего не заметил.

— Ну и что теперь? — Кон вытер пот с лица. — Будь они недалеко, мы бы их увидели.

— Возвращаемся в лагерь, — решил Декс. — Скоро Тав вернется. Пусть сам думает.

— Берли не обрадуется, — предположил Кон.

— Это уж точно.

— Но мы-то не виноваты.

Декс пожал плечами.

— Ну правда же, не виноваты, — настаивал Кон.

— Ты ему это скажи. Ты ведь ладишь с ним. Он тебя слушает, верно? Вот и скажи ему, что эти ублюдки сбежали, пока мы спали.

Кон выругался вполголоса.

— Идем назад. — Декс направился к вырубленной в скале лестнице.

— Да что такого важного в этих двоих? — недоумевал Кон, спускаясь. — Что с них толку? Никакой угрозы они не представляли.

Декс снова пожал плечами.

— Это ты с боссом обсуждай. Мне-то что? Я помалкиваю и делаю то, что мне говорят. У босса свои соображения. Я давным-давно перестал об этом задумываться.

В лагере их поджидал Мэл. Его поиски тоже не увенчались успехом, и ему нечего было сообщить.

— Сгинули, — заключил Декс. — Может, их дьявол унес…