– Молодец, принц Герин! – крикнул Толи. – Молодец! – Затем он повернул коня к дороге, ведущей обратно в Аскелон.

Оба оказались на дороге почти одновременно, и так и ехали бок о бок до самого замка. Солнце стояло высоко в ясном голубом небе, и оба чувствовали, как в них вскипает радость жизни.

* * *

Рабочий стол Дарвина был завален свитками и тяжелыми томами в кожаных переплетах. Сам отшельник сидел, сгорбившись, на высоком табурете, подперев подбородок рукой, и что-то бормотал себе под нос. Волосы еще поседели и теперь были почти совсем белыми, но глаза пока не подводили хозяина, как и ноги. Напротив, он казался моложе своего фактического возраста. Внезапно он поднял голову и понюхал воздух.

– Ах! – воскликнул он, вскакивая и бросаясь к небольшой жаровне, где над углями что-то кипело в черном железном котле. Варево выкипело и черный дым поднимается к стропилам. Он схватил длинную деревянную ложку и начал помешивать содержимое котелка, когда из дверного проема раздался голос.

– Уф! Добрый отшельник, что это за чудовищная вонь? Она отвратительна!

Дарвин поднял глаза и увидел в широком дверном проеме вдовствующую королеву. Она наблюдала за ним, сморщив нос.

– Моя леди! Вам не нравится мое снадобье? Это хорошее средство от болей в суставах.

– Да, я уверена, что сами боли не настолько приятны.

– Уверяю вас, мои пациенты спокойно относятся к ее ароматическим качествам.

– Твои пациенты?

– Ну, это я их так зову, моя леди. Это для Толи. Самому Толи, конечно, снадобье не нужно, но вот его лошадям… Я делаю это для его лошадей, хотя всадникам оно бы тоже не повредит при необходимости.

– Да, у лошадей нос покрепче нашего, – рассмеялась королева. – Моему с ними не сравниться. Отвлекись от своих трудов, отшельник. Мне не с кем гулять в саду.

Дарвин улыбнулся и поклонился.

– С радостью составлю вам компанию. Я действительно засиделся среди этих испарений, мне бы раньше вспомнить.

Они вместе направились к выходу из замка; прошли мимо Большого зала Короля-Дракона и вышли в сад.

– Ты только взгляни, как ярко светит солнце, – сказала Алинея, – как пахнут цветы!

Действительно, в саду изо всех сил цвели и благоухали розы всех видов. Весенние цветы уже отошли, но летние только-только распускались, и куда ни взгляни, в глаза обязательно бросался очередной цветок.

– Самое настоящее умиротворение, – вздохнул Дарвин. Он повернулся, и внимательно посмотрел на свою спутницу. Годы были к ней снисходительны. Волосы тщательно заплетены, собраны и уложены в сетку. Правда, в каштановых кудрях посверкивала седина, а вокруг прекрасных губ лежали мелкие морщинки. Но глаза оставались такими же зелеными, а голос напоминал лесной ручей. Да, подумал Дарвин, годы были добры ко всем нам. Я бы не променял их ни на какие другие. Всевышний добр; он излил на нашу землю благословение. Нам есть за что быть благодарными.

– О чем ты думаешь, мой друг? – тихо спросила Алинея.

– Моя королева, я думаю о наших счастливых годах, я ими доволен. – Он замолчал, и в его голосе прозвучала грусть. – Если завтра придется умереть, мне сожалеть не о чем.

– И я могла бы сказать то же самое, – ответила Алинея. – Но не будем больше говорить о смерти. В свой срок она придет, и это всё, что нам о ней надо знать.

– Вы совершенно правы, моя леди! Так оно и есть. – Дарвин покивал. Лицо его посветлело, и он заинтересованно спросил: – Какие новости в королевстве? Я слышал, что сегодня рано утром прибыл посланник. Что такое он сообщил?

– Да! Я как раз собиралась тебе рассказать. Он принес весть из Хинзенби.

– От Тейдо?

– Нет, от леди Эсме. Она уже в пути и прибудет до наступления сумерек.

– А-а, леди Эсме... Я давно ее не видел. Ее не хватало в этих стенах. И больше всего сожалела об этом сама Эсме.

– Да, да, печально. Это мы с тобой всем довольны, но есть люди, с которыми судьба обошлась не так ласково. Я уверена, будь ее воля, она бы сделала другой выбор. – Алинея помолчала. Они шли по садовым дорожкам, ощущая не только тепло, их согревало чувство перенесенных вместе испытаний. – Интересно, сделал бы кто-нибудь из нас такой же выбор, если бы знал будущее.

– Не обязательно. Но и на ней лежит благословение. Если бы не так, мы не вспоминали бы с такой теплотой день вчерашний, и не ждали бы бестрепетно день завтрашний.

– Ты – мудрый человек, отшельник. Я рада приезду Эсме. Может быть, нам удастся залечить старые раны.

В этот момент послышались детские голоса. К ним со всех ног бежали принцессы Брианна и Елена. За ними степенно шла Брия.

– Бабушка! Бабушка! – звали маленькие девочки. – У нас секрет! Очень большой секрет!

– Что бы это могло быть? – заинтересованно спросила Алинея.

– Нет, ты должна сама угадать, бабушка! – закричала Брианна.

– Да, да, угадай! Угадай! – вторила ей Елена.

Алина сложила руки и поднесла их к губам.

– Дай-ка подумать, – сказала она. Глаза королевы-матери сияли при виде прекрасных внучек. – Вы собираетесь в путешествие? – Обе маленькие головки неистово замотались из стороны в сторону, косички за ними не успевали. – Нет? – продолжила бабушка. – Значит, это новая игра, и вы решили показать ее нам!

– Нет, опять не то! – закричали дети и разразились смехом. – Леди Эсме едет! Она будет здесь уже сегодня вечером! – Обе девочки даже подпрыгивали от нетерпения.

– Хорошие новости! – сказала Алинея.

– Ты слышал, Дарвин? – закричали принцессы. – Она будет здесь сегодня вечером. – Затем они переглянулись, и им в голову пришла новая мысль. – Может быть, она привезет нам подарки! – воскликнула Брианна. – Да, подарки! – Они захлопали в ладоши и умчались, огибая розовые кусты, к фонтану.

На колибри похожи, – размышлял Дарвин. Подошла Брия.

– Вот ты где, мама. Я вижу, они уже поделились с тобой секретом.

– Да, дорогая. Ты, должно быть, рада?

– Я волнуюсь, как и они, – ответила Брия. Она тоже смотрела на девочек. – Добрый день, Дарвин. Хорошо, что мама вытащила тебя из твоего логова. А то я уже начинала сомневаться, выйдешь ты когда-нибудь оттуда.

– Всему свое время, дорогая королева. Просто уж если в эту старую голову влезла какая-нибудь идея, то вылезать ни за что не хочет. – Он улыбнулся. – Вот вам двоим и приходится за мной присматривать. Я знаю, что ты не позволишь мне оставаться слишком долго одному. И я тебе за это благодарен.

– Ах, если бы другого человека удавалось так же легко убедить, как тебя, – сказала Брия.

– Квентин?

Бриа немного грустно улыбнулась и кивнула.

– Я понимаю, что он сейчас сильно занят своим храмом. Но он пропадает там с утра до вечера почти каждый день, все обсуждает со строителями и архитекторами какие-то детали. И конца этому не видно. Я стала редко его видеть.

Алинея сочувственно посмотрела на дочь.

– С королем так всегда. Ты должна помнить, моя любовь, что он не принадлежит себе или даже семье. Он принадлежит королевству, народу. Квентин взвалил на себя тяжкое бремя. Старые обычаи трудно умирают, а он стремится исполнить веления нового бога.

– Я знаю, что должна быть терпеливой. – Брия опустила голову. – Но он стал чужим в собственном доме. Говорит, что через него будут свершены великие дела.

– Он прав, – сказал Дарвин. – Но и леди Брия права. Ему все-таки надо заботиться о своем доме. Король он или нет, это первая обязанность мужчины. Всевышний счастлив в малых делах, как и в больших. Я часто думаю, что его, должно быть, меньше волнуют храмы, чем крепость семьи. – Отшельник замолчал и посмотрел на Брию. – Я поговорю с ним, если хочешь.

– Спасибо, но нет. Я подожду. Храм действительно важен. Я это знаю. Возможно, когда он наконец будет закончен, у него снова найдется время и для себя. Я подожду. – Она мило улыбнулась и взглянула на мать. – Женщины в нашей семье умеют ждать. В этом мы мастера…