Я вздрагиваю.

Он уверенно улыбается мне и кивает. Я улыбаюсь в ответ, стараясь выглядеть невозмутимо и не показывать, как мне неловко от того, что меня застукали на месте преступления.

Потрясающе! Он только что поймал меня на том, как я по нему пускаю слюни.

Окей, Лейла, соберись. Возьми себя в руки.

Я достаю телефон из кармана куртки и открываю Instagram, чтобы перестать грезить о Картере наяву. Но как только лента загружается, мое сердце уходит в пятки: Мелани запускает коллаборацию с Target — целую линию одежды.

Это просто невероятно. Подобное сотрудничество может принести ей мировую славу.

Как, черт возьми, ей это удалось?

Сердце бьется чаще, пока я листаю фото бэкстейджа. Дизайны кажутся мне знакомыми, и вовсе не потому, что это стиль Мелани. Это практически копии работ Морганы Сомерсет. Крой, принты, отделка на воротниках.

Пару месяцев назад я показывала Мелани коллекцию Морганы. Не потому, что хотела украсть идеи — конечно нет! — а потому, что мне нравились цвета и детали, и я думала, что было бы здорово с ней посотрудничать.

К сожалению, я не успела связаться с ней до того, как начались проблемы с моей партнершей, а после я даже не пыталась, зная, что почти никто не хочет со мной работать.

— Эй, Лейла! — бодрый голос Пенни возвращает меня к реальности. — Прости, что заставила ждать.

Я поднимаю взгляд и вижу её улыбку; черная челка почти касается накладных ресниц.

— О, эм... — зачем я здесь? Ах, точно! — Мне нужно забрать кошелек...

— Да, я убрала его в ящик. Сейчас принесу, — Пенни поворачивается и исчезает в служебном помещении за стойкой.

Тем временем я быстро строчу письмо Моргане, прикрепляя фото и ссылку на коллекцию Мелани, и спрашиваю, в курсе ли она. Ответ приходит почти мгновенно: она знает о ситуации, но как дизайнер развивающегося бренда у неё просто нет денег на судебные разбирательства.

В животе всё сжимается. Я понимаю её позицию, но это несправедливо. Нельзя позволить Мелани выйти сухой из воды и на этот раз.

Спустя несколько минут, уже с кошельком в руках, я возвращаюсь в машину. Переписываюсь с Морганой дальше, рассказывая, что Мелани сделала со мной и почему я хочу, чтобы она ответила за свои поступки. Я спрашиваю Моргану, готова ли она пообщаться с юристом, если я найду кого-то недорогого или готового помочь бесплатно.

К моему удивлению, она соглашается.

Я завожу мотор и звоню Дориану в офис по громкой связи. Если кто и может мне помочь, так это он.

— Привет, Лала, — тут же отвечает он. — Всё хорошо?

Для меня редкость звонить ему по работе. Обычно я просто закидываю его мемами.

— Всё в порядке, но я хотела узнать, нет ли у тебя на примете адвоката, который занимается интеллектуальной собственностью или авторским правом. Может, кто-то, кто готов поработать pro bono³ над громким делом?

Потому что это дело будет громким.

Или, по крайней мере, я приложу все усилия, чтобы оно таким стало.

В состоянии эмоционального напряжения

Играет хуже обычного, так как игрок эмоционально вовлекается в происходящее.

Менее чем через двадцать четыре часа у нас с Лейлой свидание.

Я понятия не имею, что это значит, и это лишь одна из множества мыслей, атакующих мой мозг прямо сейчас.

Главный приоритет — убедиться, что я не допущу ошибок и, прежде всего, не сболтну лишнего о ней, потому что я сижу прямо напротив Дориана, у него дома, на нашем традиционном покерном вечере в четверг.

Это был мой шанс расслабиться, а вместо этого я чертовски стараюсь не провалиться в фантазии о завтрашнем дне. Некоторые из них вполне невинны. Другие — совсем нет.

Пытаюсь сосредоточиться на игре, на стопке фишек передо мной, на звуке раздаваемых карт. Не на Лейле. И уж точно не на том, что может случиться завтра.

Я стараюсь сохранять спокойствие. Однако это оказывается сложнее, чем я представлял, и это меня не на шутку беспокоит.

— Колл, — говорит Дориан, бросая стопку фишек в банк.

Я резко возвращаюсь в реальность.

Подождите… что?! Дориан только что ответил на ставку вместо того, чтобы пасовать? Он никогда так не делает.

Мы сидим за складным столом в гостиной, рядом с бильярдом, вместе с Дэшем и другими парнями из фирмы, включая моего соперника номер один: Дэна. Того самого, который пытался подкатить к Лейле на дне рождения её брата. У меня нет веских причин его недолюбливать, и он всегда был вежлив со мной, так что я вынужден отвечать ему взаимностью, что раздражает еще сильнее. К тому же, мы сидим так тесно, что кажется, будто Дэн устроился у меня на коленях.

Обычно мы играем за кухонным столом, там куда просторнее, но сегодня обосновались здесь, чтобы не беспокоить Холли. Мне следовало настоять на том, чтобы собраться у меня, но Дориан хотел остаться дома на случай, если он понадобится Холли. Понятный выбор, конечно, но я бы предпочел не чувствовать дыхание Дэна на своей шее.

— Прости, что ты сказал? — я поднимаю взгляд на Дориана и вижу на его лице самодовольную ухмылку. Он знает, что подловил меня, прекрасно это осознает.

— Резерфорд, он тебя чекнул, — говорит Дэш, не скрывая радости.

Уайатт возвращается с холодной бутылкой пива и садится рядом со мной. — Что происходит? — спрашивает он, затем смотрит на стол и присвистывает. — Ого, вы подняли ставки, пока я был в телефоне.

Именно так. Мы утроили банк. Большая часть моих фишек уже в центре стола, и я на грани того, чтобы их лишиться.

— Это я его вызвал, — отвечает Дориан Уайатту, а затем смотрит на меня, вскинув бровь. — Потому что думаю, что у тебя ничего нет.

Я проверяю свои карты, и он прав: у меня сет троек, что не так уж много. На флопе — десятка треф, валет треф и король пик; терн — шестерка треф, а ривер — дама червей. Есть вероятность стрита или флеша, но, как и сказал Дориан, у меня на руках пусто. Обычно мне удается его переиграть и забрать банк. На самом деле, мне это удавалось всегда. До сегодняшнего дня.

— Ладно, — бормочу я, смирившись.

Когда я вскрываюсь, показывая бубновую и пиковую тройки, я вижу триумф на лице Дориана. Он переворачивает свои карты, открывая стрит от девятки до короля одной масти.

Черт возьми!

Он тянется и сгребает гору фишек. Дэш едва сдерживает смех. Дэн, Клэй и Паркер, коллеги Дориана, наблюдают за этим шоу. Они не знают меня достаточно хорошо, чтобы смеяться в лицо, но им всё равно весело. Особенно потому, что еще пять минут назад я доминировал в игре. А потом Дориан упомянул Лейлу, и всё пошло прахом. Надеюсь только, что никто не свяжет эти две вещи.

Уайатт наклоняется над столом, глядя на мою кучку фишек, которая тает на глазах. — Картер, ты в беде?

Под «в беде» он имеет в виду, что у меня меньше фишек, чем я принес. И да, ситуация критическая.

— Отыграюсь, — отвечаю я, надеясь звучать уверенно. Спойлер: ни черта я не уверен.

В следующей раздаче я проигрываю Дэшу, который вытаскивает фулл-хаус из ниоткуда и рушит мой стрит. А в следующей за ней схлестываюсь с Уайаттом только для того, чтобы быть битым флешем, который я даже не заметил.

Замечательно.

Чувствую, что мне нужна пауза, пока я не перевернул стол.

— Схожу за напитком, — я встаю, отодвигаю стул и направляюсь в коридор.

Глоток воды поможет привести мысли в порядок. А может и нет, учитывая, что главная проблема в последнее время — это то, что голова у меня работает в районе ширинки. И то, что все решения теперь принимает она.

— Не знал, что ты такой обидчивый! — кричит мне вслед Дэш.

Ой, пошел ты, Дэш.

— Я всё еще в игре, — бросаю я. Ну, более-менее.