— Что? — мой голос спокоен, но внутри вспыхивает удивление. Мне плевать на наличие корочки, но я вспоминаю, как несколько месяцев назад родители дарили ей подарок на выпускной. С чего бы им это делать, если она не закончила учебу?

Лейла поджимает губы, оценивая мою реакцию.

— Ты рассказал мне личное, так что теперь мы квиты. Я не закрыла несколько курсов по экономике и, соответственно, не получила степень. Никто об этом не знает.

Её слова цепляют меня сильнее, чем я ожидал.

— Даже Дориан? — если бы он знал, он бы наверняка проговорился.

— Нет, — подтверждает она. — И никто из друзей. И родители, конечно, не в курсе. Мне удавалось хранить этот секрет до сих пор, но Дэш просит копию моего диплома, и я... я не знаю, что делать.

Наконец-то всё обрело смысл. Её заминка, когда я упомянул работу на днях, то, как она избегала определенных тем. На меня накатывает волна понимания и чего-то похожего на сострадание. Нелегко тащить такой груз в одиночку, и тот факт, что она признается в этом именно мне... ну, я не знаю, что это значит, но знаю, что это важно.

— Какие курсы ты не сдала? — спрашиваю я так тактично, как только могу.

Она ерзает на стуле, накручивая прядь волос на палец.

— Бухучет и финансы.

Я не удивлен. Лейла блестящая девушка, я это знаю. Она соображает быстрее всех, находит правильные ответы, ловит скрытые смыслы и играет словами так, что они гнутся под её волей. Но математика... это другая история. Я заметил это еще вчера, когда она вернула мне свадебные документы с парой ошибок в расчетах, хотя формулы должны были сделать работу автоматической. Может, это была просто невнимательность. А может и нет.

— Я могу помочь тебе, если хочешь, — предлагаю я, не особо раздумывая.

Она смотрит на меня, обдумывая предложение, но её лицо искажается в сомневающейся гримасе.

— Не уверена, что у тебя получится. Я дважды завалила экзамен по финучету, и не из-за лени. Я даже брала дополнительные уроки.

Неуверенность на её лице задевает меня. Это резкий укол где-то под ребрами, от которого на миг перехватывает дыхание. Я не привык к таким эмоциям. С Джереми всё иначе: его проблемы — это данность, реальность, с которой я научился сосуществовать как с долгом, который нельзя сбросить. В заботе о нем есть некая обреченность. Понимание, что как бы я ни старался всё исправить, этого может быть недостаточно.

Но с Лейлой... я не хочу, чтобы она чувствовала себя ущербной. Не хочу, чтобы она судила себя так строго.

Я откладываю вилку и беру её за руку, получая в ответ натянутую улыбку.

— Послушай, нам действительно нужны тренеры. Это не такое уж большое препятствие для работы, Дэш поймет. Я могу обсудить это с ним, если хочешь.

Её глаза округляются. — Но Дориан...

— Это вопрос кадров. Дэш ничего не скажет твоему брату. Это его не касается.

Она смотрит на меня с надеждой, но и со скепсисом. — Ты уверен?

— Да. Обидно, что твои карьерные возможности ограничены из-за пары курсов. Как насчет того, чтобы позволить мне помочь? Посмотрим, как пойдет.

Я не хочу на неё давить, но всем сердцем надеюсь, что она согласится.

Она снова кусает губу, глядя на меня потерянно.

— Не знаю... — бормочет она. — Я не сильна в математике. У меня всегда были трудности. Может, я безнадежна.

— Может, тебе просто нужно, чтобы кто-то объяснил всё по-другому.

В чем-то она напоминает мне Джереми, хотя у него трудности в другом — в чтении и понимании текстов. Так что я привык и могу быть очень терпеливым, когда хочу.

— Можно я подумаю?

— Конечно.

Я не настаиваю, хотя в глубине души очень жду её «да».

Мы убираем со стола в тишине, наполненной невысказанными мыслями, прячем остатки еды в холодильник и идем в гостиную. Я сажусь на диван и притягиваю её к себе.

Как только она оказывается рядом, её аромат дурманит мне голову — идеальный коктейль из запаха её шампуня и чего-то уникального, принадлежащего только ей, что уже стало мне до боли знакомым.

Я начинаю пропускать её волосы сквозь пальцы, и чувствую, как она расслабляется в моих руках. С её губ срывается едва слышный стон удовольствия, и внутри меня всё натягивается, как струна. Я наклоняюсь и целую её в макушку — жест почти инстинктивный, естественный.

И именно в этот момент меня прошибает осознание того, насколько глубоко всё зашло. То, как это случилось само собой, пока я не видел, без единого шанса это остановить.

Черт.

Нам нужно всё рассказать Дориану.

Лейла хватает пульт и включает телевизор, лениво перелистывая каналы.

— Что будем смотреть?

— Я думал, одним из условий было то, что решать будешь ты.

Я уже приготовился к какой-нибудь приторной романтической комедии или очередному трэш-реалити. У Лейлы отличный вкус во многом, но только не в телепередачах.

Она бросает на меня довольный взгляд.

— Именно, — она откладывает пульт, встает и поворачивается ко мне. В её глазах вспыхивает искра лукавства. — Но мы также договорились, что после ужина будет больше поцелуев.

Я улыбаюсь.

— Твоя правда.

Её взгляд на секунду задерживается на моих губах, но этого хватает, чтобы моё тело мгновенно отозвалось, будто по команде «смирно».

Проклятье.

Если она хочет больше поцелуев, она их получит.

Не говоря ни слова, она забирается ко мне на колени, устраиваясь верхом. Мои ладони скользят под её джемпер, находя теплую кожу на талии.

Я не знаю, куда мы движемся. Не могу предугадать, чем закончится этот момент: разойдемся ли мы ни с чем или сделаем еще один шаг в этом нашем шатком танце. Но я точно знаю одно: я готов идти за ней, куда бы она ни решила податься.

Наши глаза встречаются, и в её взгляде я вижу решимость, которая буквально пригвождает меня к месту. Затем она наклоняет голову и закрывает глаза, пока её губы приближаются к моим.

До этого момента мы целовались столько раз, что не сосчитать, но инициатором всегда был я, ну или, в крайнем случае, это был взаимный порыв. Сейчас же она впервые берет всё в свои руки.

И моё сердце пропускает удар.

Червы

Червы, одна из четырех мастей

Мышцы Картера сокращаются, когда он стягивает футболку и отбрасывает её в сторону, и в мгновение ока он уже остается без штанов и белья.

Впервые он разделся первым, и это зрелище просто невероятное.

Я могла бы часами рассматривать каждую деталь его тела, обводя пальцами изгибы каждой мышцы, пересчитывая каждую линию на его прессе, но знаю, что мне всё равно будет мало.

Он смотрит на меня, и его уверенная улыбка дает понять: он точно знает, о чем я думаю.

Он опускается на диван и притягивает меня к себе, и прежде чем я успеваю это осознать, мой джемпер и майка исчезают. Его руки снова на мне, его губы требуют моих, и желание тут же вспыхивает, пожирая меня изнутри.

Прежде чем окончательно потерять голову, я отстраняюсь и начинаю покрывать поцелуями его шею.

Картер издает глубокий, довольный звук, его ладонь ложится мне на спину.

Я соскальзываю с дивана, опускаюсь на колени между его ног и провожу пальцами по глубоким линиям внизу его живота, игнорируя всё остальное в этом мире.

Мои губы касаются его рельефного пресса, а грудь задевает его возбуждение. Я чувствую, как его тело напрягается, бедра инстинктивно приподнимаются, и его реакция наполняет меня чувством триумфа.

Я поднимаю голову и вижу, что он пристально смотрит на меня с застывшей челюстью и взглядом, полным желания. Я обхватываю его пальцами, и он задерживает дыхание.

Он действительно красив. Я никогда раньше об этом не думала. Обычно они все довольно похожи. Просто средство для достижения цели. Но он... он идеальный, и он творит настоящую магию, когда находится внутри меня.