Она не только не утолила мою жажду, она её раздула.

Мы пересекаем многолюдный холл, я открываю шкафчик и делаю глубокий вдох, пытаясь привести мысли в порядок.

Сегодня воскресенье, прошло два дня с самой насыщенной ночи в моей жизни, и я не могу выкинуть её из головы.

Лейла, выкрикивающая моё имя.

Лейла, отдающаяся на мою милость.

Лейла в моей рубашке.

Не знаю, почему именно этот последний образ так врезался мне в память. Если бы любая другая женщина прикоснулась к моей одежде, мне было бы плевать.

Но с Лейлой… это совсем другая история.

— Привет.

Её голос звучит у меня за спиной — легкий и нежный. Тот же голос той, что пару дней назад исчезла без единого слова.

Ни сообщения.

Ни объяснения.

Только пустая постель и тишина.

Я оборачиваюсь, чувствуя себя слишком напряженным для собственного спокойствия.

Что со мной, черт возьми, не так?

Я не чувствовал себя таким неуклюжим с девчонками со времен старшей школы, а может, и со средней.

А может, и вообще никогда.

И вот она здесь, в своей обтягивающей майке и ярких кроссовках, выбивает меня из колеи простым приветствием.

— Привет, — отвечаю я, стараясь вести себя как обычно. — Как ты?

Я достаю телефон и ключи из шкафчика, делая вид, что её появление меня не всколыхнуло.

Но оно всколыхнуло. Еще как.

Лейла улыбается. Натянутой, почти неуверенной улыбкой.

Всё это абсурдно.

Я уверен, что она тоже старается не думать о том, какими пунцовыми были её щеки после секса со мной.

Она тоже знает, что мы никогда не должны были доходить до этой точки.

— Хорошо. Просто хотела поздороваться, — говорит она, переминаясь с ноги на ногу.

Её ледяные голубые глаза сканируют зал в поисках лишних ушей.

Мы в безопасности. Дэш всё еще на ресепшене, увлечен разговором с Пенни, а Зои собирает вещи у двери.

Лейла подходит ближе. — Знаешь, просто мы увидимся в эту пятницу и… — говорит она вполголоса.

Ах, вот оно что.

Теперь она пытается «нормализовать» ситуацию.

Сделать вид, что между нами не дымятся руины.

— М-м-м, да. Хорошо.

Гениально, Картер. Потрясающий ответ.

Боже, эта девчонка вводит меня в ступор. Само её присутствие мешает моему мозгу работать, вызывая короткое замыкание.

Она откашливается. — Я не хочу, чтобы всё было… странно.

Слишком поздно.

Мы уже за чертой.

Мы пересекли красную линию и оказались в параллельной реальности.

Я до сих пор не могу поверить, что всё это больше не просто сон. И видеть её в эти выходные на дне рождения Дориана будет, мягко говоря, неловко, но признание этого не поможет моему делу.

Каким бы оно ни было.

Забыть её?

Повторить всё снова?

Я пока сам не знаю.

— С чего бы это было странным? Я имею в виду… ничего ведь не произошло, верно?

Я могу лишь предположить, что её цель — всё отрицать, раз уж она сбежала на следующее утро.

Её улыбка дрогнула. — Верно, — она делает паузу, прикусывая нижнюю губу. — Ну, тогда увидимся в пятницу, — добавляет она.

— Да, именно, — я с силой захлопываю шкафчик, и звук получается громче, чем я ожидал, как выстрел, эхом раздавшийся по всему холлу. — Хорошего дня.

— Тебе тоже, — кивнув, она разворачивается и уходит.

Исчезает. Точь-в-точь как в то утро после нашей встречи под простынями. Когда я проснулся, готовый к новому раунду, а… она уже ушла.

Она обошлась со мной так, будто я какой-то чертов матч из Тиндера, а не мужчина, которого она знает почти десять лет.

С того момента я получил сообщения от трех женщин, которые предлагали себя на блюдечке.

Жаль только, что ни одна из них — не та, кого я хочу.

Я размышлял о том, что мог сделать не так. Спрашивал себя, не была ли наша ночь ошибкой, не было ли ей не так хорошо, как мне показалось.

Но в одном я уверен абсолютно: женские оргазмы — как игра в покер. Всегда есть зацепка.

Звук, сбитое дыхание, стон, который вырывается прежде, чем его успевают подавить. Что-то непроизвольное, подлинное. Что-то, что невозможно имитировать.

И теперь я знаю зацепку Лейлы, хотя и хотел бы не знать, потому что это единственная вещь, о которой я, черт возьми, могу думать.

Кикер — младшая карта из карманных карт.

Как только стеклянная дверь закрывается за моей спиной, я наконец выдыхаю воздух, который все это время удерживала в легких.

Черт.

Адреналин бурлит в венах, но это не имеет никакого отношения к эндорфинам после тренировки.

Во всем виноват человек, которого я только что встретила.

Этот его напряженный взгляд, эта едва заметная ухмылка. Его давящее присутствие, которое даже без прикосновений заставляет меня чувствовать себя так, будто мне снова четырнадцать.

Я снова та девчонка, которая наблюдала за ним издалека.

Я иду между машин на парковке рядом с Зои, стараясь игнорировать бешеное сердцебиение.

— Чего хотел Картер? — спрашивает она.

Чего хотел Картер?

Казалось, он хотел всё стереть. Забыть о том, что между нами произошло.

И хуже всего то, что я сама к нему подошла — в своей неуклюжей попытке «уладить дела» после того, как смылась из его дома.

— Ой, да ничего особенного. Просто кое-какие вопросы по поводу свадьбы брата, — я делаю титаническое усилие, чтобы не встретиться с Зои взглядом, и притворяюсь, что ищу ключи в спортивной сумке.

— Ты уверена, что только это? — она ласково толкает меня локтем. — Потому что я видела, знаешь ли. Он пялился на тебя во время заминки.

У меня внезапно пересохло в горле.

Я никому не рассказывала, даже ей, о том, что случилось между мной и Картером.

Не то чтобы она меня осудила — скорее наоборот, дала бы «пять». Но я сама не знаю, что думать об этой ситуации, а чужие мнения только еще больше всё запутают.

У меня дрожат руки, поэтому, чтобы не подать виду, я перебираю ключи в кармане. — Тебе, наверное, показалось.

Мы останавливаемся у наших машин, припаркованных бок о бок. Моя белая «Сивик», покрытая пылью и следами непогоды, выглядит как ветеран боевых действий на фоне серебристого «Лексуса» Зои — блестящего и безупречного.

Надо не забыть заехать на автомойку позже.

Зои поправляет свое каштаново-рыжее каре, пытаясь усмирить пушащиеся после тренировки волосы. — Заскочим в «Over Easy»? Я угощаю.

Это очень мило с её стороны. Она знает, что мой банковский счет в последнее время поет романсы.

— Я бы с радостью, но мне нужно к родителям на бранч с Дорианом.

Воскресный бранч — любимая традиция моей мамы. Неважно, сколько раз мы предлагаем ей сходить куда-нибудь поесть, она настаивает на том, чтобы остаться дома и приготовить огромный пир: бекон, вафли, свежие фрукты и кучу всего остального.

Подозреваю, что забота о её «малышах» — двух бернских зенненхундах по кличке Леди и Бродяга — не может полностью удовлетворить её материнские инстинкты по отношению к нам.

Не то чтобы я жалуюсь, её еда в сто раз лучше, чем в любой закусочной.

— Ладно, — говорит Зои, прищурив свои ореховые глаза. — Но на этих выходных мы же выберемся куда-нибудь? В центре открылся новый клуб. Аня может внести нас в список.

— В пятницу у меня вечеринка-сюрприз для Дориана, — отвечаю я со вздохом, — но мы могли бы что-нибудь придумать на субботу.

Честно говоря, не знаю, станет ли поход в клуб хорошим отвлечением. Но, с другой стороны, мне точно понадобится выпить после того, как я проведу вечер пятницы в компании Картера.

— Будет весело, — утверждает Зои. — Отличный способ отвлечься.

Я знаю, она намекает на ситуацию с Остином и Мелани, но за последние сорок восемь часов это было последнее, о чем я думала.