— Прости, в последнее время я не жаворонок.

Точнее, я вообще не жаворонок, и точка. Последнюю неделю стресс полностью разрушил мой режим. После ночей, проведенных допоздна за анализом Instagram и мыслями о Картере, встать ни свет ни заря на съемку было выше моих сил. Честно говоря, даже встреча в десять утра была с моей стороны актом героизма.

Я вздыхаю и вытираю пот со лба тыльной стороной ладони. Надеюсь, мой суперстойкий тональник еще держится.

— Почему мне нельзя надеть солнечные очки?

Аня качает головой. — Ты же знаешь, на фото ты лучше получаешься без них. Будешь выглядеть естественнее, а это полезно для имиджа бренда, — она прикрывает глаза ладонью от солнца и осматривает парк. — Вон та пара уже собирает вещи. Как только они уйдут, переберемся в тень к тем деревьям.

О, наконец-то. Теневой рай ждет меня.

Чуть позже мы находим убежище на скамейке под кроной дерева, и Аня предлагает сделать еще один круг по тропинке в спокойном темпе, чтобы поймать последние кадры. Когда мы заканчиваем, она разбирает камеру и раскладывает части по отделениям сумки.

— Пойдем выпьем кофе в Starbucks, — предлагаю я, надеясь, что обещание кофеина сотрет все воспоминания о поте и усталости. — В счет извинений за мое сегодняшнее опоздание.

К тому же сейчас моя очередь платить. Хотя мой банковский счет может и не одобрить такую щедрость. Не то чтобы я жадная, просто я не уверена, что моего лимита хватит на два авторских кофе. Но это меньше десяти долларов, так что должна справиться.

Через несколько минут мы заходим в кофейню — слава богу, тут есть кондиционер — и идем к стойке изучать меню. Бариста встречает нас усталой улыбкой: — Что желаете?

Меня всегда тянет на сезонные новинки, но я не могу решить, этот новый «Малиновый Мокко» к Дню святого Валентина — гениальная идея или полная чушь. Розовые сливки выглядят мило и заманчиво, но вряд ли они стоят моих последних баксов. Поразмыслив, я останавливаюсь на своем обычном айс-кофе.

Аня заказывает свой напиток, пока я ищу кошелек в своей холщовой сумке. Дориан утверждает, что у меня должен быть такой же бюджет, как у моей подруги, но он не понимает, что моё управление расходами — практически эталонное. Это мои доходы смехотворны, а не методы. Всё, что со мной произошло — лишь непредвиденный поворот. Я не виновата, что вселенная решила подставить мне подножку. Я уверена, скоро всё наладится, особенно когда я начну давать уроки. К тому же зал возьмет на себя стоимость моего абонемента, а значит, у меня будет хотя бы место с кондиционером, где можно спрятаться.

А пока я сыграю в рулетку со своей кредиткой. Если, конечно, я её найду.

— Извините, — говорю я бариста, пытаясь скрыть нарастающую панику в голосе, пока мои руки прочесывают дно сумки. — Мне просто нужно найти кошелек, он должен быть где-то здесь...

Так, без паники. Он просто зарыт под вещами. Включаю фонарик на телефоне, чтобы подсветить содержимое: крем для рук с арганой, эфирное масло мяты, пачка салфеток, вишневый бальзам для губ, повязка для йоги, темно-фиолетовый карандаш для глаз, три разных нюдовых блеска, пара выцветших чеков, тюбик водостойкой туши, розовая лента Lululemon и... никакого кошелька.

Паника накрывает меня волной. Этого не может быть. Я начинаю искать снова, на этот раз лихорадочно, сердце колотится в груди. Где, черт возьми, я его оставила? Страх берет верх. Я его потеряла? Оставила где-то?

Аня касается моей руки и мягко отодвигает меня. — Дай я заплачу.

Пока она расплачивается, у меня звонит телефон, и на экране высвечивается номер спортзала. Я тут же отвечаю и узнаю, что кто-то вчера нашел мой кошелек в женской раздевалке. Облегчение затапливает меня. Слава богу, мне не придется переживать еще и из-за кражи карты.

Спустя пару минут, с напитками в руках, мы устраиваемся за столиком в тихом уголке, подальше от толпы. Аня садится напротив и бросает на меня многозначительный взгляд. Взгляд «с пристрастием».

— Так, что там у вас происходит с Картером?

Я давлюсь первым же глотком кофе. — В каком смысле? — спрашиваю я, пытаясь спрятаться за картонным стаканчиком.

Аня вскидывает бровь. — Ты весь день сама не своя, — замечает она практичным тоном. — Если точнее, ты витаешь в облаках. Наверное, поэтому ты забыла кошелек в зале и даже не заметила этого до текущего момента. Ужин прошел плохо или что?

Признаю, я была довольно скрытной на этот счет. И под «скрытной» я имею в виду, что избегаю этой темы как чумы. Тот вечер был идеальным, и... это пугает меня до смерти.

— Нет, наоборот, ужин был потрясающим. Вот почему я сказала Картеру, что мы не можем развлекаться, пока занимаемся организацией свадьбы.

Аня хмурится. — Что?! Повтори еще раз! — она делает глоток своего фраппучино с соленой карамелью, пытаясь переварить мои слова.

Я вздыхаю, буквально сползая по стулу. — Кажется, он мне нравится.

Аня не выглядит удивленной. Напротив, кажется, она ждала этого признания неделями.

— Это и так предельно ясно, Л.

О, значит, это настолько очевидно? Потрясающе.

— Но я понятия не имею, что между нами происходит. Или чего Картер хочет на самом деле. Он никогда не был сторонником серьезных отношений.

И тут в голове всплывает пугающий вопрос: а встречается ли Картер с кем-то еще?

Не думаю, но...

Мы никогда не обозначали границы, к тому же, есть этот профиль в Тиндере. Который может быть старым, а может и нет.

Или, может быть, я просто схожу с ума.

Аня секунду пристально смотрит на меня, затем пожимает плечами. — Почему бы тебе просто не поговорить с ним об этом?

— «Фактор Дориана» всё осложняет, — отвечаю я, сжимая стакан в руках. — Я до смерти боюсь всё испортить, ведь мне в любом случае придется видеть Картера, даже если всё полетит к чертям.

Ведь в этом всё дело, верно? Речь не только о Картере. Речь обо всем этом хаосе вокруг нас.

Аня задумчиво смотрит на свой напиток, молчит какое-то время, а затем поднимает на меня взгляд. — Подумай об этом так: если это твой человек, разговор ничего не испортит. А если нет — не лучше ли узнать об этом прямо сейчас?

Я знаю, что она права. Но та моя дисфункциональная часть, которая занимает во мне довольно много места, хочет, чтобы эта ситуация длилась как можно дольше. Потому что правда может разрушить иллюзию.

А я пока не готова её отпускать.

Когда я прихожу в зал, Пенни, менеджер, помогает клиенту заполнить анкету. Мужчина, которому на вид лет семьдесят, с трудом разбирает мелкий шрифт в договоре — а там три страницы, исписанные с обеих сторон.

Так как в смене сейчас только она, мне придется подождать.

Записаться в спортзал в таком возрасте — это действительно круто. Но надеюсь, он не затянет с этим слишком надолго, потому что мне нужно вернуться домой и доделать пост для «Motivational Monday», где я демонстрирую новый аутфит от Lululemon в сочетании с лимитированной бутылкой S'Well.

Ставки высоки: мне нужно удвоить количество подписчиков, чтобы достичь цели на этот месяц.

Пока я жду, опираюсь на стойку и осматриваю холл. Мой взгляд притягивает фитнес-зона с её стеклянными стенами, украшенными ярко-зелеными наклейками с вдохновляющими словами вроде «be free» и «motivated».

Там идет тренировка.

Я сканирую группу в поисках знакомых лиц.

Единственное знакомое лицо — это Картер, который делает отжимания с тяжелыми гантелями.

Погодите-ка! Картер всегда ходит на ту же утреннюю тренировку, что и я. В последнее время я пропускала занятия из-за сбитого режима сна, но почему он здесь в разгар дня? Он что, пытается меня избегать?

Он так сосредоточен на упражнениях, что не замечает меня. Тем лучше — я могу пялиться на него без зазрения совести. Его руки напрягаются при каждом повторении, мышцы перекатываются под кожей, вены проступают с четкостью анатомического атласа. Затем он поворачивается, чтобы убрать веса, и наши глаза встречаются через стекло.