Я закрыла глаза, подставляя лицо солнцу.

Боже, я будто суперзвезда на отдыхе.

Эта мысль заставила меня улыбнуться.

Частная яхта. Тёплый бриз. Солнечные блики, играющие на воде.

Где-то позади раздался смех.

Я открыла глаза и повернула голову.

Кира.

Она сидела на шезлонге, в своих огромных солнцезащитных очках, запрокинув голову назад, и смеялась, что-то обсуждая с Каем.

Я не слышала, о чём они говорят, но сам звук её смеха подействовал на меня, как лекарство.

Она в безопасности.

Мы все в безопасности.

И хотя я понимала, что это временно… Пусть хотя бы эти несколько часов будут безмятежными.

Я глубоко вдохнула морской воздух, задержала его в лёгких и медленно выдохнула. Если бы это было возможно, я бы остановила время на этом моменте.

— Ты наконец-то расслабилась.

Я вздрогнула, но не обернулась.

— Минутная слабость, — бросила я, продолжая смотреть на горизонт. — Забыла что ты здесь.

Лёгкое, едва уловимое движение воздуха, и вскоре рядом со мной появился бокал.

— Шампанское?

Я повернула голову.

Валтер стоял рядом, протягивая мне высокий стеклянный фужер с игристым напитком. Блики солнца играли в пузырьках, золотистая жидкость покачивалась в бокале, отражая мягкий свет.

— Это часть плана по моей защите?

— Это часть плана по твоему отдыху, — ответил он.

На долю секунды я замялась, но потом всё же взяла бокал. Наши пальцы чуть соприкоснулись, и по коже будто пробежал лёгкий ток.

Я отвела взгляд, сделала глоток.

Холодный напиток с лёгкой фруктовой ноткой и свежим послевкусием — это было именно то, что нужно в такой жаркий день.

— И как ты всё успел организовать? — спросила я, качая бокал в руке.

— У меня много талантов.

— Помимо манипуляций?

— Манипуляции — это побочный эффект моего положения. Вовсе не талант.

Я покачала головой, сделала ещё один глоток и снова посмотрела на море.

Он тоже молчал.

Но даже в тишине я чувствовала, как его взгляд неотрывно следит за мной. И почему-то это тревожило меня больше, чем всё, что нас ждало впереди.

— Мы покатаемся ещё несколько часов. Ты не против, любимая? — бархатный голос пробежался по моим венам, заставив трепетать.

— Дда, то есть нет, — запнувшись, ответила я, — Прекрати этот цирк, пожалуйста.

— Никакого цирка.

Сильные руки притянули меня к себе сзади. Сначала он коснулся губами моей щеки, потом аккуратно перешёл к шее. Так нежно и ласково, что моё сознание взвыло от сладостного мучения.

— Я извиняюсь, — послышался голос Кая сзади, заставляя меня прийти в себя.

Валтер хмыкнул, а я мысленно поблагодарила океануса и оторвала руки Новака со своей талии.

— У тебя что-то критически важное? — раздражённо бросил Феникс.

— Не критически, но я бы хотел кое-что обсудить с тобой наедине.

— Если это не важно, тогда я не совсем понимаю, почему ты мешаешь мне проводить время с моей женщиной, — сухо парировал он. — Иди к Кире.

Я заскрипела зубами. Мне захотелось сказать Каю, чтобы он задержался. Чтобы не оставлял меня один на один с этим упрямым, властным и до сумасшествия сексуальным богом.

Но я промолчала. Кай отвёл взгляд, и, не говоря больше ни слова, развернулся и ушёл.

Я проводила его глазами и выпила шампанское залпом, а затем отошла в сторону на несколько шагов от Новака.

Не прошло и минуты, как он уже вновь был рядом и забирал из рук пустой бокал.

— Ещё?

— Нет, спасибо.

Куда же тут от него скрыться?

— Сегодня жарко, правда? — спросил он, поставив мой бокал на скамью рядом.

— Очень жарко. Сделаешь шаг в мою сторону, я умру от нехватки воздуха, — строго отозвалась я.

Валтер бархатно рассмеялся, поймав мой тон, который его совершенно не пугал и не отталкивал. Он круто развернул меня к себе, обхватил моё лицо ладонями и стал целовать по-настоящему, страстно, отдавшись своим чувствам. Он пользовался тем коротким моментом, пока мы оставались одни. Всё вокруг резко исчезло, даже запахи и звуки. Горячие руки блуждали по моей спине, заставляя утопать в этом жаре.

Рядом прокричала чайка, и я широко раскрыв глаза, с силой оттолкнула Валтера.

— Сколько раз я должна повторить, что между нами все кончено! — прошипела я.

Он хищно улыбнулся.

— Реакция твоего тела говорит об обратном.

— Не выдумывай!

Мои слова никак не подействовали. Этот дьявол продолжал улыбаться, более того, он снова приблизился и дотронулся пальцем до кончика моего носа.

— Ничего не кончено, — его голос был соблазнительным, тон уверенным. — И никогда не будет кончено.

Я не успела отступить, как он быстро чмокнул меня в глаз и притянул к себе одной рукой.

— Отпусти ты, — выплюнула я ему в лицо, вновь пытаясь освободиться. — Ненавижу!

— Так причини мне боль, — прошептал он мне на ухо, укусив кончик. Голос застрял где-то в груди, я онемела на несколько секунд, но после быстро прижала руку к его шее и зажмурила глаза.

Причинить боль. С удовольствием. Но как?

Я пыталась сосредоточится, но ничего не выходило.

— Не можешь, — рассмеялся он. — Твоё тело, разум и душа уже принадлежат мне.

Открыв глаза и сжав зубы, я быстро вырвалась и со всей силы влепила ему пощёчину.

— Всё же я могу причинить тебе боль!

Валтер удивлённо посмотрел на меня. Глаза загорелись красным и он отступил назад

— Почему? — прохрипел он. — Ты же любишь меня.

— Нет. Я люблю не тебя, а тот образ, который ты создал. А ты... Ты не настоящий.

— Я настоящий...

— Это всего лишь придуманная личность. Маска. Никогда не прикасайся ко мне. Это неприятно!

Его глаза медленно расширились от шока и неверия. Казалось, что мои слова физически ударили его сильнее, чем пощёчина. Он сделал ещё один неуверенный шаг назад.

— Эм, Валтер. А когда мы должны приплыть. Меня слегка укачивает и Кай сказал спросить у тебя.

Кира стояла в стороне и переминалась с ноги на ногу.

Она вовремя.

Медленно проведя языком по внутренней стороне щеки, будто смакуя боль, которую я ему причинила, Валтер перевёл взгляд на мою подругу.

— Скажу капитану, чтобы причаливал к берегу, — ответил он и зашагал прочь. — Уже накатались.

Я проводила его взглядом, ожидая, что он скажет напоследок хоть что-нибудь, но он просто ушёл, оставив после себя липкую тишину.

Кира тут же шагнула ко мне.

— Ты в порядке?

Я обняла себя дрожащими руками и села на скамью рядом с одиноко стоящим бокалом. Слёзы сразу же потекли тонкими струйками по моим щекам. Дыхание задрожало.

— Нет. Я НЕ в порядке.

— Что случилось?

Кира расположилась сбоку от меня.

— Я ударила самое красивое лицо на свете. И я наговорила всякого.

— Что ты сказала?

— Я сказала, что не люблю его.

— Но это неправда, — отметила Кира.

— Конечно нет. Я очень... очень сильно его люблю. Он сводит меня с ума, но мне нельзя поддаваться. Нельзя.

— Но почему?

Моё сердце сжалось, глаза уже ничего не видели из-за слёз, а в груди разливалась тяжёлая боль. Каждое произнесённое мной слово оставляло привкус горечи на языке. Я ненавидела себя за то, что сказала Валтеру. Видеть его таким потрясённым, таким... раненым... это разбивало меня изнутри.

— Потому что так больше нельзя, — прошептала я, сжимая кулаки до боли в ладонях. — Каждый раз, когда он рядом, я чувствую, что теряю себя. Растворяюсь в нём. Исчезаю. И, если он попросит меня умереть за него? Я ведь без колебаний сделаю это.

Голос срывался, и я прикрыла рот рукой, пытаясь сдержать рыдания.

Я подняла на подругу полные отчаяния глаза.

— Я боюсь его. Я не знаю его. Я не верю ему. После всего, что между нами было, я должна ненавидеть его, а я не могу его не любить. Он...

— Самое ужасное и одновременно самое прекрасное, что было в твоей жизни, — закончила за меня Кира.

Я резко повернулась к ней. Подруга смотрела вдаль, её спина была прямой. В этот момент я подумала, что она никогда так хорошо не понимала меня, как сейчас.