- О-о, жареную рыбку я уважаю! Благодарю за гостинец! – предвкушающе потер ладони принц. – Давай, на кухню отнесу, а вы в дом проходите! Все уже собрались, только вас ждем!

Мы с Эдуардом переглянулись.

— Все? А кто еще мог приехать, кроме Алексены с Ефимом?

Муж нахмурился, а я, глядя на него, догадалась о посетившей его мысли и молча, скрестила пальцы.

Дом встретил приятной прохладой и запахом свежей древесины.

- О, похоже, брат все же поменял полы в ванной! — голос Эдуарда был спокоен, но я чувствовала, как он напряжен.

Мы поднялись по лестнице и медленно шли по длинному коридору в сторону гостиной, вслушиваясь в доносившиеся оттуда голоса и смех, пытаясь узнать, кому они принадлежат.

- Родственники! Что так нерешительно идете? Там никто вас не укусит! Или все силы растеряли на рыбалке? – нас догнал Генрих и, приобняв за плечи, буквально втолкнул в гостиную.

Алексену и Ефима я узнала сразу, а вот черноволосую девушку, стоявшую ко мне спиной, сначала не признала. Она обернулась.

- Аэлита! Я так соскучилась! Спасибо, что пригласили! – ко мне с радостными возгласами бежала Вингельмина.

Я, открыв рот, застыла. Названную сестру я не видела со дня своей свадьбы, сразу же окунувшись в водоворот различных важных дел, только теперь поняв, что быть правителем государства, вовсе не значит, посиживать на троне и раздавать приказы. Хотя, наверное, у кого как. Мой император большинство важных дел предпочитал курировать лично, в чем я скоро смогла убедиться, сопровождая его в этих поездках, так как категорически отказалась сидеть во дворце, меняя наряды к завтраку, обеду и ужину. Но большую часть этих дел мы решали сообща, в том числе то, что касалось способов консервирования рыбы и добычи золота. Также за короткий срок были проведены переговоры и с правителями других королевств, завершившиеся к обоюдному удовольствию обеих сторон.

- Аэлита! Ты что замерла? Ты не рада меня видеть? А то обижусь! – капризно надула губки Вингельмина, хитро блестя черными глазами.

- Да что ты, конечно, рада! – совершенно искренне улыбнулась я. – Просто все это очень неожиданно. Пойдем ко всем!

Мы присоединились к честной компании, уютно расположившейся на мягких диванах в углу гостиной. Я поздоровалась с мужьями Вингельмины и Алексены, а затем радостно обнялась с последней.

— Я так рада вас видеть, девочки, что мне кажется, что не у Генриха сегодня день рождения, а у меня, день приятных сюрпризов! Вы уже как, познакомились поближе?

- Да, у нас с твоей подругой было время немного поболтать! – хитро сверкнула глазами Вингельмина. – Я давно столько не смеялась! И ты, оказывается, скромняга, почему мне не рассказала о своих приключениях во дворце Эдуарда и вашем путешествии на реку?

Я укоризненно покачала головой, глядя на Алексену, и та смущённо покраснела. – Извини! Я не знала, что ты не рассказала сестре об этом.

- Да как-то времени не было. Мы же готовились к свадьбе моей сестрички! – постаралась я замять неловкую тему и, улыбнувшись, обернулась к Вингельмине. – Лучше расскажи мне, как ты здесь очутилась?

- А это всё твой муж с братом! Это они решили, что тебе тяжело от того, что приходится хранить от сестры тайну брата твоего мужа, вот и пригласили нас с Деймоном на день рождения Генриха! А по приезде познакомили нас с Фицджеральдом. И, честно говоря, я вообще не понимаю, из-за чего весь сыр-бор!? Ну, нравятся Генриху мужчины, ну и что из того? Да, у нас в Вергии такое тоже есть, и да, это не афишируется, но узнай кто, пальцем показывать не будут. У нас люди с пониманием, каждый сам волен выбирать, кого ему любить!

- Согласна! – кивнула Алексена и покосилась на своего мужа, а потом, наклонившись к нам, тихо прошептала: «Только вот жалко, что Генрих и Фиц такие красивые! Представляете, какие детишки от таких мужчин бы получились!»

Мы с Вингельминой согласно закивали.

- Прошу всех к столу! – громогласно возвестил виновник торжества.

Мы расселись за щедро накрытым столом, а дальше последовали поздравления, смех и шутки. Мы пили чудесное вино и ели простые, но очень вкусные блюда, по которым я уже успела соскучиться во дворце. Меню там, конечно же, пересмотрели, добавив изрядное количество блюд по моим рецептам, но все же непривычных мне было больше.

- Ну, у кого какие новости? – Генрих обвел нас взглядом. – Здесь, конечно, чудесное место для проживания, но иногда бывает жутко скучно без общения, и когда не знаешь, что в мире происходит.

- А вы с Фицджеральда приезжайте к нам в баронство! Чужих нет, а прислуга дорожит своим местом, зря болтать не будет. А так и нам веселей, и вам! – добродушно пробасил здоровяк, муж Алексены.

- Спасибо за приглашение! – улыбнулся Генрих и посмотрел на своего друга. – Ну что, Фиц, поедем в гости? Кареглазый брюнет смущенно улыбнулся и кивнул.

- Да и к нам обязательно приезжайте! – звонко произнесла Вингельмина. – Мы с Деймоном тоже будем вам рады! Развлечений у нас достаточно, да и мешок новостей с собой увезете! У нас постоянно что-то происходит, к счастью, в основном хорошее!

- Алексена, а домой ты часто ездишь в гости к родителям? – спросила я, надеясь, что девушка обмолвится о своем брате. Напрямую спросить было неудобно, Эдуард вряд ли бы меня заревновал к Гертреду, но, думаю, ему, был бы неприятен мой интерес.

- Реже, чем хотелось бы, - грустно вздохнула подруга. И вдруг резко подняла голову, возбужденно блестя глазами. – Как же я сразу-то не рассказала! Брат-то женился! И ты, Аэлита, тогда была права, пожелав ему выбрать себе в жены Сирену! Так Герт ее и выбрал, представляешь!?

- Ну и как они поживают?

- Не поверишь, но неплохо.

- Они нашли друг друга! – фыркнула Вингельмина.

Немного помолчали, задумавшись о своем.

- Эдуард, а про нашего братца слышно что? – Генрих подозвал лакея и попросил принести еще вина.

- Прям, с языка снял! – широко улыбнулся Эдуард. – Только вчера прибыл гонец от моего соглядатая и привез письмо, сейчас я его вам зачитаю. Он извлёк из кармана брюк конверт и зашуршал бумагой, разворачивая послание.

- Ваше Величество, по Вашему повелению, сообщаю о житье-бытье вашего молочного брата, Артана. На удивление, он остепенился, стал меньше пить и живо интересуется финансовыми делами своего удела, отремонтировал особняк и подъездную дорогу к нему, запустил сыроварню и теперь налаживает изготовление пряжи из шерсти овец. Его мать, Барбара, спустя месяц после того, как они обосновались в месте их ссылки, вышла замуж за хозяина пекарни и теперь вполне довольна жизнью. А вот леди Мирабелла сбежала. По моим сведениям, с каким-то заезжим купцом.

- Ну и, собственно, всё! – свернул бумагу мой муж.

- Нет, ну надо же! – восхитился Генрих. – Кто бы мог подумать!? Прошло всего ничего времени, а Артан уже такие успехи делает!

- Ну что ж, кровь не водица, – хмыкнул Эдуард. – Тем более, когда не на кого надеяться, волей-неволей зашевелишься!

- Давно нужно было это сделать, - вздохнул Генрих.

А я, слушая неспешный разговор братьев, глядя на них и наших друзей, тихо млела от удивительного ощущения покоя, которого не ведала в той своей, прошлой жизни. Задумавшись, я вдруг почувствовала, что что-то изменилось вокруг. Тихо. Почему-то стало очень тихо. Я подняла глаза и увидела устремленные на меня удивленные взгляды.

- Что? Что вы на меня так смотрите?

- Аэлиточка, а тебе это и в самом деле нравится? – голос моей сестры был подозрительно вкрадчив.

Я удивленно захлопала глазами и перевела взгляд на свою руку, на которую все они дружно косились. Я держала кусок курицы, обмазанный медом.

- Тебе это вкусно? – вторила ей Алексена.

- Да вроде бы нравится, - пожала я плечами, бросив взгляд на свою тарелку, где горкой высилось ассорти из сомнительно совместимых по вкусу продуктов.

В удивленной тишине послышался тихий писк.

- Ой, а моя сестричка скоро мамой будет! – протараторила Вингельмина, обняла меня и звонко чмокнула в щеку.