И, как пообещал Дима, через пять дней я стонала от кайфа, намываясь горячей водой. Со мной вместе гудела машинка, крутя в барабане дочкин комбинезон и сыновьи штаны, а в углу белизной сиял новенький унитаз, вызывая опьяняющий восторг.

Поражаюсь, как немного для счастья требуется человеку. Лиши его привычных удобств, забрось в непривычные условия, где приходится морозить жопу в нужнике, а потом верни водопровод и толчок, погружая в райское наслаждение.

На следующий после сдачи ванны день я на радостях устроила праздничный ужин. Накромсала салатики, запекла мясо, отварила картошечку, открыла баночки маринованных грибов и огурчиков, что с барского плеча подарила мне Марта.

Ждала всю бригаду, а пришёл лишь Димон, сочинив, что остальные на новом объекте. Странно, потому что мужики говорили, что будут отсыпаться неделю. Убрала лишние тарелки и позвала к столу детей, лишь бы наши посиделки не смахивали на свидание.

— Поможешь подыскать мне какой-нибудь простенький автомобиль, чтобы ездить в город? — в процессе празднования поинтересовалась у Сытникова, увлечённо работающего приборами.

— Отечественный или импортный? — оторвался от нарезания мяса Дима.

— Тот, что менее затратен в ремонте, — трезво рассудила я, почему-то сразу вспомнив как выбирал машину Эдик. Ему было плевать на дорогое обслуживание. Главное, чтобы блестел, внушал уважение размерами и вызывал зависть у соседей. Поэтому моя доля с квартиры почти вся ушла на поддержание амбиций.

— С механикой дружишь?

— Только её и водила. Здесь дедов москвич, а дома старую шкоду, что была у мужа до покупки бэхи, — кивнула, потирая ладони. За руль новой игрушки Корольков меня не пустил. Более того, с детьми в неё тоже нельзя было садиться. «Вдруг Ларку вырвет на замшевую обивку, а Ромка по жизни свинья». Свою поросю Алису Эдик, наверное, с радостью возил и потрахивал на заднем сиденье. Тьфу!

— Кстати, как у тебя с мужем? — по-простому полез в личное Дима. Скорее всего в Прошинке так принято полоскать прилюдно грязное бельё. — Не достаёт? Помощь нужна?

— Справляюсь, — добавила в голос льда, чтобы дать понять о границах, которые не стоит трогать. — Подала на развод. Жду назначение слушания.

— У меня однокашница работает юристом в центре помощи жертвам домашнего насилия, — отложил вилку Дима и подался немного вперёд, снижая громкость. — Давай я ей позвоню. Фиксик мировая баба.

— Почему Фиксик? — полюбопытствовала, представив сразу женщину с торчащими в сторону фиолетовыми или синими волосами.

— Анфиса Фроловна Фиксова, — заржал Димон, ероша медную шевелюру. — Даже голову не пришлось ломать, пока мы с парнями кликухи придумывали. Мамка её без отца родила, так что дед от души отметился и имечком, и отчеством.

Думала сначала отказаться, а потом решила напроситься на консультацию. Очень уж хотелось выяснить, могу ли я претендовать на нажитое в браке имущество. Квартира досталась ему до брака, а в ремонт и в машину вложили мою долю. Пусть мои пожелания и смахивают на меркантильность, но, в конце концов, именно я с детьми лишилась жилой площади.

— С удовольствием воспользуюсь твоим предложение. Консультация будет не лишней, — по-дружески положила ладонь на его руку. — Спасибо тебе, Дим. Не представляешь, как ты меня выручаешь.

— Я ей тогда прям сейчас позвоню и договорюсь о встрече, — смутился и пошёл красными пятнами Сытников, утыкаясь в телефон и тыкая пальцем в экран. — Фиска, привет подруга. Дело есть. Тут очень хорошая девушка с двумя детьми от мужа сбежала. Можешь уделить ей время? Завтра? Конечно. К обеду будем, — простился, сбросил вызов и вернул мне внимание. — В девять заеду за вами. Возьми все документы, что есть.

Анфиса Фроловна Фиксова, для друзей Фиксик, а для сотрудников центра Фисочка оказалась совсем не такая, как я её представляла. Ни короткой стрижки, ни торчащих синих волос, ни строительного комбинезона с множеством объёмных карманов. Всего лишь небрежный пучок, светлые джинсы, белые кроссы совсем не по погоде и свитер крупной вязки с большим вырезом, сваливающимся с плеча и держащимся, кажется, только за счёт груди. Груди! — с огромным восклицательным знаком, потому что она была такая внушительная, что на ней с легкостью поместился бы мешок картошки. Ну или с десяток литровых пивных кружек.

— Рассказывай, — сразу перешла она на ты, ставя передо мной смешную чашку с жирафом и жестяную коробку с овсяным печеньем. — Важна каждая мелочь.

Ну я и рассказала. Как любила до беспамятства и трусливо закрывала глаза на шашни мужа, как не задумываясь отдала деньги вместо того, чтобы приобрести хотя бы квартирку за городом, как у Эдуарда поехала крыша и он принёс грязищу в дом, как стирала и подтирала за гостьей супруга, не зная, что она пробралась в нашу постель, как оказалась с маленькими детьми в старой избушке и без средств к существованию, как родительница не бросила и прислала деньги. Почему-то я была уверена, что в материальную помощь вложился Дирк, а мамуля распотрошила заначку, отложенную на чёрный день.

— То есть твой муж поддержал продажу квартиры? — стряхнула отточенным движением крошки печенья с груди Фиса.

— Изначально он и предложил маме перед переездом, чтобы назад возврата не было, — задумчиво произнесла, вспомнив тот день, когда маман, запинаясь и краснея как девчонка, рассказывала о своём немце и его предложение пожениться и переехать к нему. — Говорил, что примета такая. А она, глупенькая, всю жизнь мечтала выйти замуж, а тут целый вдовец с собственной фермой.

— Ну да, — качнула головой Анфиса, всем видом показывая, что считает Эда прохвостом. — Супруг предложил тебе что-нибудь взамен истраченных денег? Долю в своей квартире, например?

— С ума сошла? — не смогла сдержать смешок. Розовые стёкла уже осыпались крошевом под ноги, и я видела Королькова без прикрас. — Он мне даже постоянную прописку не сделал. Временная, которую продлевают каждый год, и то у свекрови.

— Чего-то такое я и предполагала, — плеснула себе и мне ещё чай Фиса, взяла блокнот и приготовилась писать. — Теперь разберёмся с процедурой продажи квартиры. Куда поступили деньги?

— На мой счёт в банке.

— Скажи пожалуйста, что за автомобиль вы оплатили с него же, — умоляюще посмотрела на меня Фиса, крепко сжимая карандаш.

— Да. Прямо в салоне перевела по номеру договора. Сумма была приличная, поэтому из банка перезванивали и подтверждали платёж. В строительном гипермаркете я тоже оплачивала с него.

— Супер, — пропела Анфиса и застрочила в блокноте. — Возьмёшь в банке подробную выписку с расшифровкой платежей и переводов. Хорошо бы ещё раздобыть копию договора на покупку машины.

— Должна быть, — оживилась, поддавшись пульсирующей энергии юриста. — Посмотрю в облаке.

— Прекрасно. Сбрось мне номер заявки в суд и перешли сканы всех документов. Как только назначат дату, я оповещу твоего супруга. Будем раздевать и возвращать на землю охреневшего мужика.

— Ты будешь вести мой развод? — заморгала от подступившей влажности к глазам.

— Проведу тебя через спонсорскую программу центра, — улыбнулась Анфиса и потрепала по руке. — Попытаемся отжать полностью машину и повесить на Эдуарда помимо алиментов ещё и компенсацию за лишённую жилую площадь.

— Господи, Эдик будет в бешенстве, — сквозь слёзы засмеялась я. — Мало того, что лишился бесплатной домработницы, так ещё может потерять любимую игрушку. Он же грозился оставить меня с голой жопой и без содержания. Тыкал маленькой зарплатой и мизерными алиментами.

— Ну, не такая и маленькая зарплата сейчас у декана, — протянула Фиса, зависнув на несколько секунд. — У тебя чего с работой?

— Ещё не искала, но вряд ли появится что-нибудь приличное, — вздохнула, беря чашку и крутя её в ладонях, чтобы чем-то занять руки. — Ларке два года, так что мне нужна удалёнка. По образования я бухгалтер, но готова на любую работу из дома.

— Ладно, я поспрашиваю, — кивнула Фиса и сделала пометку. — Хорошо бы тебя устроить официально до суда. Неизвестно, что господину Королькову придёт в голову со злости, узнав о притязаниях с твоей стороны.