Он всегда был уверен в том, что его хладнокровие и практичность никто не сможет поколебать. Его вполне устраивали их встречи время от времени, но ничего больше он не планировал, да и Риана была с ним согласна. Или, быть может, она лишь пыталась его в этом убедить? Но стоило ему жениться, ее словно подменили. Это на время вывело мужчину из равновесия.

Он не ожидал такого от Рианы, не понимал, что могло измениться. Почему она стала такой… навязчивой? Вэрит все чаще стал задумываться, а стоит ли продолжать их «общение». А в последнее время и вовсе стал забывать о любовнице.

Все его мысли были заняты непокорной женой. Уходя в ночь из дома, теперь он шел совсем не к Риане. Лежа на жестком диване в кабинете, расположенном в здании ратуши, он не мог сомкнуть глаз. Но это было лучше, чем мучиться бессонницей в своей комнате, прислушиваясь к мерному дыханию жены за стенкой.

Так куда же делось его пресловутое хладнокровие и практичность? Рядом с ней, ревность туманила голову заставляя забывать о фиктивности брака. И все чаще, Вэрит, стал ловить себя на том, что с подозрительностью смотрит на мужчин, оказавшихся рядом с его женой. Как было на том самом вечере у Диатеры.

Оторвав наконец взгляд от Марики, которая отряхивала извалявшегося в траве брата, пару раз стукнул по стенке повозки тростью. Пора было наконец закрыть вопрос с Рианой… Их необременительные отношения, переросли в какие -то непонятные «семейные» ссоры. А это вовсе не то, чего ждал от Рианы Вэрит.

Но, стоило признаться себе самому, Вэриту не нужна была сама Риана. Больше нет… Даже веди она себя по-прежнему, он больше с ней все равно бы не остался. Изменилась не Риана… Изменился он сам.

*****

Домой мы вернулись к обеду, за которым я решила присоединиться к матушке несмотря на то, что меня никто не приглашал. Но сегодня, был «день» лэра Орника, а на столе, как обычно в этот день, должен стоять мой любимый паштет.

Матушка даже не удивилась моему присутствию, да она вообще вела себя довольно странно. Тихая, задумчивая, только время от времени, поглядывающая на дверь гостиной.

В столовой уже все было готово, накрытый стол, суетящаяся прислуга, приборы на троих… Но вот лэр Орник так и не появился. С одной стороны, я его понимаю, зачем навязываться, если тебе прямым текстом указали на твое место. С другой, он ведь не «вчера» это понял. Неужели сдался?

Отсутствие мужчины, было для меня, как нельзя, кстати. Вернее даже не для меня самой, а для моего плана. И все же, было тревожно видеть Диатеру такой потерянной.

Никаких тебе:

– Убери локти со стола!

– Не греми приборами!

– Не тронь паштет!

– Выпрями спину!

– Не повышай голос!

Обед прошел… непривычно и слишком тихо.

Покинула дом с тревожным сердцем. Я все еще была уверена, что все сделала правильно, но даже не думала, что мне будет не хватать нареканий Диатеры, смешливого взгляда лэра Орника и привычной суеты в доме. В нем словно все замерло. И это была непривычная тишина, а какая -то тревожная.

Решив, что завтра обязательно загляну к матушке снова, поплелась в сторону дома мужа, в надежде, что все заняты и никто не заметит моего возвращения. Сейчас у меня на душе кошки скребли и не хотелось бы попасть на очередные разборки с кем бы – то ни было.

Однако, удача от меня отвернулась, потому что в гостиной я услышала разговор мужа и свекрови.

– Ты не прислушался к моим словам, а теперь вот… полюбуйся, – женщина трясла какой -то бумагой перед носом Вэрита, когда я все же заглянула в гостиную.

Как бы ни было велико желание пройти мимо и скрыться в своей комнате, мое любопытство оказалось сильнее меня. И в следующий момент, я поняла, что сделала правильно, войдя в комнату.

–Три! Три платья! А скоро уже первый бал! О чем она только думает? – возмущалась свекровь, пока не заметила моего появления.

– А вот и твоя жена пожаловала, – со злой усмешкой произнесла, бросив надменный взгляд на сына, – Не хочешь поделиться с нами, куда ушли все деньги, которые тебе выделил на наряды мой сын?

Сразу зашла с козырей. А точнее, с денег… С моих денег, которые не давали ей покоя.

– Откуда у тебя это письмо? – сдержанно поинтересовался Вэрит, вот только сдержанность его была обманчивой. Его взгляд сверкнул недовольством, которое заметила не только я.

– Да, какая разница? Ты меня вообще слышишь? – ответом ей было напряженное молчание и как бы она не хотела направить гнев сына на меня, ей таки пришлось ответить на вопрос, – Посыльный доставил.

– И кому оно было доставлено? – понимая, что Лаяна сама не станет откровенничать, задал очередной наводящий вопрос.

– Оно было доставлено в мой дом…

– Кому? – надавил Вэрит.

– Ей, – она недовольно кивнула в мою сторону.

– А с каких пор, ты считаешь себя в праве вскрывать чужие письма? – тихо произнес он, наклонившись к матери, но я все равно слышала каждое его слово.

И как бы я не любила свекровь, от слов мужа мне стало некомфортно. Отчитывать мать при жене, не дело. Хотя, быть может у него и есть такое право. Опять же, мне совсем не нравилось, что моя личная почта проходит проверку у свекрови. Значит, я была права, когда давала инструкции лэру Орнику. Уверена, письмо от него, больше мне на этот адрес никто не пишет.

– Не о том ты думаешь, мой дорогой сын, – стараясь скрыть свое возмущение, произнесла Лаяна, – Лучше бы задался вопросом, куда твоя жена потратила выделенные тобой деньги.

Она обвела нас высокомерным взглядом и покинула гостиную.

– Что скажешь? – он протянул мне письмо.

Да, много чего могу… Только не считаю нужным отчитываться за полагающееся мне содержание.

– О чем именно? – подняла на него взгляд от письма, которое, как я и думала, прислал лэр Орник.

– Мне вот интересно, когда это швеи стали рассылать письма? – его хитрый прищур, заставил меня вздрогнуть.

Он не повелся на слова матери, однако, я забыла, насколько он был проницательным и видел то, что не замечают другие.

– Я попросила ее сама, – единственное, что пришло в голову, под его тяжелым взглядом.

– Зачем? Разве у тебя нет графика примерок? И почему готовы лишь три платья? – сделав шаг ко мне, с любопытством произнес.

– Столько вопросов… Я даже и не знаю, на какой ответить, – пожала плечами, сделав шаг назад.

– Сколько нарядов ты заказала? – удивил меня Вэрит, я думала, его вообще не должен был волновать вопрос, касающейся моих нарядов.

– Пять, – честно ответила, нисколько не смутившись, – Как и положено по регламенту, одно, на каждый бал.

Я нисколько не соврала, просто не уточнила, что один наряд — это минимум. Но модницы могли за время бала сменить несколько нарядов. Опять же, не все гости, сколько бы знатны они не были, имели возможность тратить на своих жен или дочерей, столько денег. Да и сменить один наряд на другой, нужно было потратить немало времени, даже с учетом того, что большинство гостей останавливались на время балов во дворце.

Пока Вэрит молчал, то ли пытаясь вспомнить тот самый регламент, то ли, сколько он видел смен нарядов хотя бы на одной из женщин, я прочла письмо. Мне придется заняться тремя портретами, заказчики которых уже внесли аванс. Мое испорченное недавним обедом настроение, заметно поднялось, вызвав на лице довольную улыбку.

– У тебя еще есть время, заказать наряды для ужинов, – ошарашил меня супруг.

– А мы разве будем проживать во дворце? – растерянно произнесла я, совсем не обрадовавшись такому повороту.

Я была уверена, что на балы мы будем ездить из дома, ведь у Вэрита служба, которую не отменяют даже такие масштабные празднования. Пять поездок я еще готова была вытерпеть, но провести несколько недель во дворце у меня не было никакого желания. Снова все эти совместные посиделки, прогулки, сплетни, которые вызывали во мне изжогу и нервный тик.