Отдавшись размышлениям, я не сразу осознала, что зацепилась сапогом за корягу. Вскрикнула, чувствуя, что падаю. Заваливаясь, я не сумела удержаться и толкнула Диего, а через секунду мы оба с шумно плюхнулись на гору сухих веток.

Моё падение смягчил пират, который теперь тяжело отдувался, хватаясь за затылок.

— О, боже, ты в порядке? — я чуть проползла вперёд, чтобы видеть его лицо. Борджес отнял руку от затылка, и в полумраке я увидела на пальцах кровь. — Ты ранен!

Я всерьёз беспокоилась за него, ожидая, что Диего сильно повредил голову. Но когда моей спины коснулась жаркая ладонь, а пальцы другой руки присвоили мой затылок, я не сумела сдержать возмущённый вздох.

— Не нужно волноваться, малышка, — проговорил мужчина. — Оно того стоило.

Не успев опомниться, я ощутила терпкий вкус наглых губ пирата, который теперь целовал меня властно и настойчиво, не намереваясь отпускать.

Я пропала, забылась в этом жадном поцелуе, в сильных объятиях мужчины, который всё ещё ждал. Его слова пронеслись в памяти, он обещал, что не оставит попыток добиться от меня взаимности без принуждения, без угроз, несмотря на моё шаткое положение подозреваемой.

Диего не дурак. Его вряд ли убедила подмена, которую разыграли девочки. Но тем не менее он помог мне, хоть и распознал преступницу.

— Диего, прошу, хватит, — я с большим трудом заставила себя прервать поцелуй. Тогда же сама не заметила, как перекатившись оказалась прижата мужчиной к подстилке из сухой травы. А его губы стали ласкать мою шею и спускаться ниже.

— Ты просишь о невозможном, Марлен, — хрипло сказал он, прижимая к земле наши ладони. — Спрашиваешь, почему я помог? Ты точно хочешь знать ответ? Я больше не могу ждать. Мысли о тебе мешают работать, мешают думать. Что ты со мной сделала, девчонка? Ведьма. Самая настоящая ведьма. Моя.

Диего сковал мои запястья и заставил раскинуть руки. Теперь, нависая сверху угрожающе близко, он жадно разглядывал моё лицо, а я не смела шелохнуться, ожидая, что будет дальше. Страшно не было. Что-то внутри подсказывало, мне удастся остановить его.

— Если бы не ты, Марлен, — мужчина сцепил в замок наши пальцы, — я бы не церемонился с Аньоло, не потащился в горы к Пабло и не стал спасать этих щенков. Мне плевать на них, но не на тебя. И меня это пугает. А меня не так-то просто испугать.

Не знала, что ответить на это своеобразное признание. Просто растерялась! Следовало, наверное, гордиться собой, но даже мысли не мелькнуло, потому что в следующий миг совсем близко раздался жуткий рык.

Мы замерли.

Что это? Волк? Медведь? Или какая-то неведомая тварь? Кем бы она ни была, рык её не предвещал ничего хорошего.

Диего медленно поднялся на локтях и, обхватив дрожащую меня, помог встать. Он пригибался к земле, вглядываясь в темноту, и не давал мне высунуться, прикрывая собой. Когда в руке пирата блеснуло остриё ножа, хриплое дыхание животного послышалось ещё ближе, а вместе с ним — медленные тяжёлые шаги по траве.

— Не вздумай бежать, — сказал Диего. — Ты не сможешь от него скрыться.

— От кого? — спросила я, сжимая плечо мужчины и пытаясь хоть что-то разглядеть.

— Тихо, Марлен. Не шевелись.

И я увидела. Из тёмной глубины леса на нас двигалось то, что было темнее самой ночи. Я и не думала, что чёрный может быть таким насыщенным и почти сиять. Когда животное приблизилось и между нами осталось не более четырёх метров, я ужаснулась его размерам. Существо, похожее на огромного гималайского медведя, скалило на нас жуткую клыкастую пасть, а его свирепые глаза горели красным.

Я уже не отдавала себе отчёта, что не просто держусь за плечо Диего, а с силой сжимаю его, причиняя мужчине боль. Но ни он, ни я не обращали на это внимания, ожидая, что будет дальше.

Рык повторился вновь. Только теперь издавал его вовсе не зверь, а мужчина, закрывавший меня своей спиной.

Медведь занервничал, а когда, пару раз ударив тяжёлой лапой по земле, он оторвался от опоры и в прыжке полетел на нас, я зажмурилась и вскричала от ужаса.

Раскат оглушающего грохота, который последовал за этим, вынудил крик оборваться, а когда я открыла глаза, то увидела бездыханное тело зверя, лежащее у наших ног. Промелькнув на миг сквозь тучи, луч ночного светила озарил застывшую на его морде маску смерти.

— Зря вы отправились в лес в это время, сеньор Борджес, — сказал кто-то, и я увидела чуть в стороне мужчину с ружьём, из дула которого тянулась тонкая струйка дыма. — Арданитас особенно злы в это время года. Они ищут себе пару.

Только когда Диего заговорил с человеком, я поняла, что перед нами тот самый извозчик, что помог добраться сюда.

— Я уж думал, ты уехал, старый плут, — сказал пират, пряча нож за пояс.

— И бросить нашего героя в беде? — мужчина усмехнулся. — Нет уж. Не дождётесь.

— Да ну? А мне думается, ты не хотел ехать обратно в город пустым.

— Это тоже. А вас не проведёшь, сеньор.

Оба расхохотались как старые друзья, будто не было только что всего этого кошмара. Но меня всё ещё колотило от страха. Немного отстав от мужчин, я приблизилась к тому, что некогда звалось арданитас и осторожно коснулась шерсти. Шелковистая и гладкая, она была приятной на ощупь и сверкала. Я углубила касание, отвела шерсть в сторону и ахнула. Шкура животного и впрямь светилась изнутри, и найти этому свету объяснение я не могла. Всё выглядело так, будто кто-то долго тёр шерстинки, заполняя их разрядами статического электричества, и теперь крохотные молнии скопились у основания волос. Но они не причиняли боль, а лишь дрожали, создавая странную вибрацию.

Вздрогнула, когда услышала голос Диего прямо у себя над ухом.

— Запереть бы тебя и утомить любовью, чтобы времени не оставалось влипать в неприятности! — поражённая до глубины души, я обернулась.

— Прости, что ты сейчас сказал?

— Решила здесь остаться? — спросил он как ни в чём не бывало. — Вставай. Нужно ехать.

Не ответила. Поднявшись, зашагала следом за мужчиной, стараясь усмирить колотящееся сердце. Нет, он не мог произнести такое вслух, это слишком даже для Диего. Я просто утомилась и мерещится всякое.

Или всё-таки мог?

Поняла, как устала, только когда мы забрались в кеб. День был тяжёлый и полный событий, и теперь хотелось лишь одного — вернуться домой и забыться сном, минуя нравоучительные речи Риты, которых мне, чувствую, было не избежать.

Но всякий раз, когда мои веки смыкались, перед глазами вставал образ монстра. Он ведь мог убить нас, и вряд ли Диего справился бы с ним.

Я посмотрела на мужчину, который сидел рядом, задумчиво глядя перед собой. Его, судя по отрешённому виду, произошедшее впечатлило не меньше.

— Спасибо, — нарушила я тишину.

Диего не обернулся.

— Меня благодарить не за что, — ответил он. — Не окажись Хосе поблизости, мы бы сейчас не сидели здесь.

Я понимала, что каким бы суровым и жёстким ни был этот человек, он тоже испугался. Нельзя было не испугаться, когда тебя готовится разорвать в клочья свирепый хищник.

Мне хотелось поддержать его, сказать что-нибудь ободряющее, но внутренний голос твердил, что Борджесу не требуются пустые слова, тем более от меня. От меня ему нужно совсем другое. Но я не была к этому готова.

Когда рука мужчины опустилась на моё колено и сомкнула на нём свои пальцы, я опомнилась. Мы что, вот так сразу об одном подумали?

Испуганно глянула на Диего, но тот смотрел ровно, даже как-то безразлично. Ничего кроме своевольной ладони не выдавало его намерений.

— Где и когда? — спросил он, всё так же глядя перед собой.

— Что? — я попыталась отстраниться, но он не выпустил.

— Где и когда? — повторил мужчина, соизволив всё же посмотреть на меня. — Мы оба этого хотим. Так что решай. Я больше не стану ждать.

— Диего, я не могу. Мне нельзя.

— Твой траур окончен.

— Да, но министр ждёт, что я выйду замуж. Это недопустимо.