Настя затаила дыхание и, в тот момент, когда дверь начала открываться, нажала «отправить».

Сообщение улетело, экран мигнул, и Настя замерла.

Она ждала.

Одна секунда.

Две.

Три.

Но в ответ — тишина.

Никакого сигнала, ни звука, ни вибрации.

Паша вошёл, поставил пакеты у двери, он даже не взглянул на телефон, лежавший на полке у входа.

Настя почувствовала, как внутри всё переворачивается.

Ошиблась?

Не он?

Но как тогда объяснить всё остальное — совпадения, фразы, тон, знание о Филлипе?

Паша повернулся к ней:

— Что-то случилось? — спросил он, заметив, что она всё ещё сидит неподвижно, с телефоном в руках.

Она быстро потушила экран, пряча его в подушку.

— Нет, просто задумалась, — ответила, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

Он кивнул, будто не придавая значения, и прошёл на кухню, включая свет.

Звук холодильника, посуда, обычные бытовые мелочи — всё это вдруг стало невыносимо громким.

Настя смотрела на дверь кухни и чувствовала, как в голове растёт новая, более страшная мысль:

А если кот знал, что она будет проверять? Если он просто не ответил, чтобы запутать её ещё сильнее?

Она больше не могла быть уверена ни в чём.

Прошло минут двадцать.

Паша возился на кухне — раскладывал продукты, что-то мурлыкал себе под нос.

Обычные, спокойные звуки.

Слишком обычные.

Настя пыталась убедить себя, что всё придумала.

Что устала, перенервничала, что все совпадения — просто игра воображения.

Она открыла телефон, посмотрела на чат — всё то же.

Никакого ответа.

Кот молчал.

Она положила телефон на стол, глубоко вдохнула.

Хватит. Надо перестать сходить с ума.

— Поможешь мне с сумками? — крикнул Паша из кухни.

— Сейчас, — ответила она, стараясь, чтобы голос звучал естественно.

Она поднялась, подошла к двери, но тут на экране телефона вспыхнул свет.

Сердце пропустило удар.

Одно новое сообщение.

Cat₽₽₽:

Картинка

На этой картинке тоже изображён кот, полосатый на асфальте, с надписью: «К тебе всё придёт, как только ты всё отпустишь».

Она застыла на месте.

Свет с кухни падал на пол, а Паша уже вышел навстречу — улыбаясь, будто ничего не случилось. Он остановился прямо напротив неё.

Он поднял взгляд.

— Всё хорошо? Ты побледнела, — сказал он мягко.

Настя едва кивнула, прижимая к груди свой телефон. Взгляд невольно скользнул к полке у входа — а его телефон так и лежал там, нетронутый.

Холод пробежал по спине.

Она резко поняла: она ошиблась.

Сообщение пришло не на его телефон. Оно всё это время было просто уведомлением в чате — от кого-то другого.

Настя закрыла глаза, пытаясь остановить учащённое дыхание.

Сердце всё ещё колотилось, а разум судорожно искал объяснение.

И в голове медленно складывалась новая мысль: значит, кот не он. Но тогда кто?

Она сжала телефон крепче и чуть отодвинулась назад, словно пытаясь создать между собой и Пашей невидимую преграду.

Паша смотрел на неё, не понимая, что происходит.

— Ты чего? — тихо спросил он, шагнув ближе.

Настя сделала вид, что улыбается, но в груди всё ещё жила тревога.

Она должна была выяснить, кто настоящий «кот», прежде чем делать хоть один шаг.

— Мне… плохо.

Паша моментально напрягся, его лицо изменилось — привычная спокойная улыбка сменилась тревогой.

— Плохо? — переспросил он, почти растерянно. — Где болит? Что случилось?

Настя опустила глаза, стараясь выровнять дыхание.

— Голова… и немного сердце колотится, — призналась она тихо, почти шёпотом.

Он тут же сел рядом, осторожно взял её руку:

— Сядь, дыши спокойно. Я рядом, — сказал он мягко, заботливо, словно боясь, что любое резкое движение причинит ей вред.

Настя кивнула, позволяя себе расслабиться хотя бы чуть-чуть.

Он продолжал держать её за руку, внимательно наблюдая за состоянием, его тревога и забота были ощутимы в каждом жесте.

Внутри неё смешались тревога, страх и облегчение — несмотря на догадки и сомнения, он действительно переживал за неё.

Паша заметил, как её руки дрожат, и тихо вздохнул.

— Сейчас всё будет хорошо, — сказал он, уходя на кухню.

Через минуту он вернулся с маленькой бутылочкой и чашкой чая.

— Немного валерьянки, — сказал он мягко, — выпей, это поможет расслабиться.

Настя кивнула и осторожно взяла чашку.

Жидкость была тёплой, с горчинкой валерьянки. Она сделала глоток, потом ещё один.

Паша наблюдал за ней, сидя рядом, не произнося лишних слов.

Постепенно её веки стали тяжелеть, дыхание ровнело, а мысли замедлялись.

— Всё будет хорошо, — ещё раз тихо сказал он, словно подтверждая это себе и ей одновременно.

Настя опустила голову на подушку, и через несколько минут крепко уснула.

Комната погрузилась в тишину, только тихий шум дождя за окнами и ровное дыхание Насти напоминали о живом мире вокруг.

Паша тихо вздохнул, присел рядом на край дивана, наблюдая за ней.

Он аккуратно поднял одеяло и лег рядом, стараясь не потревожить сон.

— Спи спокойно, — прошептал он, почти себе под нос.

Он обнял её за плечи, прижимая к себе осторожно, чтобы ей было тепло и безопасно.

Настя ещё не осознавала, что рядом кто-то есть, но её дыхание стало ровнее, тело расслабилось.

Настя проснулась посреди ночи.

Сначала ей показалось, что её разбудил дождь — капли тихо стучали по стеклу, как будто кто-то осторожно звал по имени.

В груди всё ещё было лёгкое напряжение, но сон уже отпустил.

Она медленно повернула голову — рядом лежал Паша.

Он не спал. Просто тихо наблюдал за ней, опершись на локоть.

— Проснулась? — спросил он шепотом, чтобы не спугнуть этот хрупкий покой.

Настя кивнула, с трудом сглотнув.

— Угу… просто жарко стало.

Он потянулся, поправил одеяло, чуть отодвинул его от её плеч.

— Тебе уже лучше? — спросил он мягко. — Голова не болит?

— Немного кружится, — призналась она. — Но вроде нормально.

Паша тихо кивнул.

— Это хорошо. Я боялся, что тебе станет хуже. Ты уснула так резко, даже не ответила, когда я что-то сказал.

Настя улыбнулась — устало, но искренне.

— Наверное, просто устала. Всё навалилось сразу…

Он посмотрел на неё внимательно, но без излишней тревоги.

— Хочешь воды? Или сделать тебе чай?

— Не нужно, — она покачала головой. — Просто посиди рядом.

Он тихо вздохнул и сел ближе.

Между ними не было лишних слов — только дыхание, размеренное и спокойное.

Паша взял её ладонь, погладил большим пальцем, как будто через прикосновение хотел убедиться, что с ней всё в порядке.

— Так лучше? — спросил он.

— Да, — шепнула Настя. — Спасибо.

Они ещё долго сидели молча.

Всё вокруг будто растворилось: тишина, мягкий свет, дождь за окном.

Паша укутал её одеялом, снова лёг рядом, и, прежде чем она снова закрыла глаза, она услышала:

— Не думай ни о чём. Просто отдыхай. Я рядом.

Она слегка улыбнулась и, не отпуская его руку, медленно погрузилась обратно в сон — спокойный, как тихая ночь за окном.

Настя проснулась от запаха кофе.

Он был густой, терпкий, с лёгкой горчинкой — запах, который всегда казался ей домашним.

Глаза открывались медленно, как будто тело ещё не хотело отпускать покой.

Комната была залита мягким утренним светом, дождь уже закончился, и где-то вдали слышались редкие голоса из двора.

Паша стоял у окна, в руках — кружка.

Он был в футболке и домашних штанах, волосы растрепаны, взгляд спокойный.

Когда он заметил, что она проснулась, улыбнулся тихо, без слов.

— Доброе утро, — сказала Настя хрипловато, всё ещё не до конца проснувшись.

— Доброе, — ответил он, подходя ближе. — Как ты себя чувствуешь?

Она потянулась, укуталась в одеяло и кивнула.