В глазах Дойла мелькает коварный блеск, и на его губах появляется язвительная улыбка, когда он изучает меня.

— Действительно, незаполненный чек.

— Значит, мой долг уплачен?

— Когда я получу деньги от Трента Эшфорда, — говорит Дойл, пристально глядя на Лайонела. — Тогда да, твой долг будет уплачен, и я, так уж и быть, не назначу цену за твою голову.

Огромное облегчение разливается по всему телу Лайонела. Но я практически не обращаю на это внимания, потому что не могу отделаться от мысли, что Лайонел похитил меня. Он, мать его, похитил меня, чтобы погасить свой долг перед королем азартных игр.

И вдруг весь страх внутри меня улетучивается. Исчезает, как дым на сильном ветру. На его месте вспыхивает жгучая ярость.

Я, блять, убью этого сукиного сына.

— Полагаю, у тебя есть его номер? — Спрашивает Дойл Лайонела.

Этот хорек кивает и достает телефон.

Дойл берет протянутый ему телефон.

— Хорошо. Тогда давай зафиксируем это на видео.

Он щелкает пальцами двум мужчинам, которые молча стояли в нескольких шагах позади него.

Я изучаю их лица и то, как они двигаются, приближаясь ко мне. Эти люди меня не похищали, а значит, они, должно быть, работают непосредственно на Дойла, в то время как двое, которые схватили меня, скорее всего, были наняты Лайонелом.

Мужчина с черными волосами подходит ко мне сзади, а второй, с бритой головой, встает слева от меня.

Мои мышцы напрягаются.

Но парень позади меня лишь развязывает узел и вынимает кляп.

Я двигаю челюстью и провожу языком по губам. Затем бросаю разъяренный взгляд на Лайонела.

— Я тебя, блять, уничтожу, — рычу я на него.

В его глазах снова мелькает сожаление.

— У меня не было выбора.

— У тебя не было выбора? Ты...

Я резко замолкаю, когда парень с бритой головой достает пистолет и прижимает его к моему виску.

— Меня не интересуют ваши ссоры, — говорит Дойл и взмахивает рукой, бросая раздраженный взгляд на Лайонела. Затем его жесткий взгляд останавливается на мне. — Когда я начну снимать, ты скажешь только эти слова и ничего больше. Пожалуйста, пап, дай им все, что они хотят. Они убьют меня.

Гнев молнией проносится по моим венам, и я свирепо смотрю на ростовщика.

Он смотрит на меня в ответ. Когда я ничего не говорю, он спрашивает:

— Понятно?

Мне так и хочется сказать ему, чтобы он засунул этот чертов телефон себе в задницу. Но потом слова Джейса снова всплывают в моей голове. Не сопротивляйся им. Делай все, что они говорят. Я приду за тобой.

Я смотрю на часы. Я по-прежнему понятия не имею, как Джейс сможет меня найти. Но я доверяю ему. Я доверяю ему больше, чем кому-либо в своей жизни.

Поэтому я опускаю глаза и говорю Дойлу то, что он хочет услышать.

— Да, понятно.

— Хорошо. — Он щелкает пальцами. — А теперь посмотри в камеру.

Мужчина позади меня отодвигается, чтобы его не было видно, а парень, приставивший пистолет к моему виску, перемещается так, чтобы были видны только его рука и оружие, прижатое к моей голове. Я делаю глубокий вдох и смотрю на телефон, который держит Дойл. Он кивает.

— Пожалуйста, пап, — повторяю я, как было велено. — Дай им все, что они хотят. Они убьют меня.

Дойл снова кивает и опускает телефон. Затем он поворачивается к Лайонелу.

— Убедись, что она будет помалкивать.

Не дожидаясь ответа, он просто разворачивается на пятках и уходит, чтобы, без сомнения, позвонить моему отцу и шантажом заставить его заплатить за меня выкуп.

— И как же ты собираешься выйти сухим из воды? — огрызаюсь я, поворачивая голову и уставившись на Лайонела. — Я знаю, что это ты. Знаю, что это он. — Кивком головы я указываю на мужчину, который все еще держит пистолет у моего виска, и на его друга, стоящего рядом с ним. — Знаю, что это они. Я знаю, как вы все выглядите.

В ответ — только тишина. Оглушительная, мать ее, тишина.

Холод разливается по моему телу, когда я смотрю на трех молчаливых мужчин.

— Я знаю, как вы выглядите, — повторяю я.

Но на этот раз это не угроза. А осознание. Ужасное, ужасное осознание.

Я знаю, как они выглядят. А это значит, что они не отпустят меня. Как только они получат деньги от моего отца, меня убьют.

О Боже.

Сердце колотится все быстрее, словно вот-вот выпрыгнет из груди. Я нервно сглатываю, чувствуя, как паника грозит захлестнуть меня. Они убьют меня. Металлический ствол, прижатый к моему виску, внезапно кажется таким холодным, что, клянусь, я чувствую, как лед растекается по моим венам. Мое тело немеет.

Я снова бросаю взгляд на часы.

Джейс.

Джейс придет. Мне просто нужно потянуть время.

Время.

Мне нужно время.

— Почему? — Выпаливаю я, отчаянно пытаясь найти что-нибудь, что не даст парню с пистолетом нажать на курок сейчас. Мои глаза полны паники и ярости, когда я встречаюсь взглядом с Лайонелом. — Почему?

Он неловко переминается с ноги на ногу.

— Ты слышала, почему. Я должен ему денег.

— Деньги? У тебя есть деньги! Ты учишься в Айви-Ривер, черт возьми!

— Не такие деньги. — Он снова неловко переминается с ноги на ногу, и его взгляд на мгновение скользит по охранникам Дойла, прежде чем вернуться к моему лицу. — Учитывая проценты, сумма просто... продолжала расти. И если я не верну долг в ближайшее время, он назначит награду за мою голову.

— Ты...

— Не у всех такое безграничное богатство, как у тебя, — внезапно огрызается он, перебивая меня. В его глазах вспыхивает гнев.

Я открываю рот, чтобы огрызнуться в ответ, но охранник чуть сильнее прижимает пистолет к моему виску. Сдерживая гнев, я делаю глубокий вдох и напоминаю себе о плане. Я должна потянуть время. Поэтому мне придется заставить его говорить.

— Как долго? — Вместо этого спрашиваю я.

Лайонел просто отводит взгляд.

— Лайонел, — говорю я, и в моем голосе снова звучат нотки страха. — Ты многим мне обязан. Как долго ты это планировал?

Он прочищает горло и переводит взгляд обратно на меня.

— С того самого дня, когда я встретил тебя на той вечеринке, где ты залезла через окно и упала на меня. Когда ты сказала мне, кто ты такая, я... я понял, что ты — решение всех моих проблем.

— Значит, когда мы встретились в кофейне..?

— Это не было совпадением.

— Но ведь прошло два месяца!

— Да. — Теперь на его лице мелькает раздражение. — Я не ожидал, что это займет так много времени. Я думал, что смогу остаться с тобой наедине гораздо раньше, но потом появился... Джейс. — Он скрежещет зубами. — Ты знаешь, сколько раз мне почти удалось остаться с тобой наедине? В кампусе, на всех этих вечеринках, в кофейне, на парковке, когда мы готовились к нашему аукциону. Черт, я даже отвел нас к этому дурацкому лже-экстрасенсу и заплатил ему, чтобы он нацелился на тебя, чтобы ты убежала вся расстроенная и я смог тебя утешить.

Меня охватывает неподдельный шок. Он все это подстроил? Он все это подстроил.

— Но Джейс... — Рычание вырывается из его легких, и он качает головой. — Джейс, блять, всегда был рядом. Так что... — Теперь в его голосе слышится нотка самодовольства. — Мне пришлось добиться его увольнения.

Меня пронзает осознание.

— Ты сообщил моему отцу. Вот почему он пришел ко мне домой в тот день.

— Да. А потом у тебя, наконец, появился телохранитель, который не был таким навязчивым, как Джейс, и я, наконец, смог связаться с людьми, которых нанял, и попросить их схватить тебя сегодня по дороге домой.

— Ты...

Дверь распахивается. Я бросаю взгляд в ту сторону и вижу, как Грегор Дойл входит в комнату.

— Твой отец был очень сговорчив и выполнил все мои требования, — объявляет он, и на его губах появляется довольная улыбка, когда он смотрит на меня. Затем он переводит взгляд на Лайонела. — Твой долг уплачен.

Лайонел с облегчением выдыхает.

Дойл останавливается передо мной. Его лицо превращается в бесстрастную маску, когда он небрежно машет рукой.