Пантагрюэль встал из-за стола и пошел посмотреть, что делается в лесу. Скоро он вернулся и сказал нам, что наткнулся на засаду. Засада сидела в лесу, налево от нашего лагеря, и состояла из больших жирных Колбас. Направо, в полуверсте от стоянки, под звуки труб, волынок и барабанов, шел прямо на нас целый колбасный батальон. Пантагрюэль насчитал в нем семьдесят восемь знамен и думал, что народу в нем не меньше сорока двух тысяч. Судя по гордой походке и воинственным лицам, это были не новобранцы, но опытные и закаленные воины. Первые ряды были вооружены с головы до ног и держали в руках длинные, хорошо отточенные пики. По флангам шли толпы Диких Колбас, толстых Пирогов и конных Сосисок. Всё это были рослые, воинственные и свирепые островитяне.

Пантагрюэль сильно встревожился и собрал нас на, военный совет. Совет постановил держаться настороже.

И вот Пантагрюэль приказал Гимнасту вызвать на остров солдат с кораблей «Винная Чаша“ и «Виноградная Корзина». «Винной чашей» в то время командовал капитан Потрошитель, а «Виноградной Корзиной» капитан Колбасник младший.

— Давайте, я схожу за солдатами, — предложил Панург. — Гимнаст вам может пригодиться во всякую минуту.

— Клянусь моей дубинкой, — сказал брат Жан, — ты хочешь улепетнуть от битвы! Да и не велика потеря! Будешь только плакать да стонать, чорт бы тебя побрал.

— Нет, я вернусь, вернусь, — отвечал Панург. — Только прикажите, чтобы эти гадкие Колбасы не лезли на корабли. В то время, как вы будете сражаться, я буду молить бога, чтобы он послал вам победу.

— Проваливай, трус, — сказал Эпидемон. — Мы, конечно, сумеем постоять за себя, если Колбасы нападут на нас. Недаром наших храбрых капитанов зовут Потрошитель и Колбасник. Они сумеют расправиться с Колбасами.

Скоро капитаны явились вместе со своими отрядами. Пантагрюэль сказал им на дорогу несколько напутственных слов. Он запретил капитанам первым вступать в бой. Солдаты должны были действовать только в том случае, если Ко басы первыми нападут на них. Пароль был выбран «Масленица».

Что вы скалите зубы, бездельники, читая мою правдивую повесть? Может быть, вы не верите, что дело происходило именно так, как я вам рассказываю? Это, конечно, ваше дело. Хотите — верьте, а не хотите — ступайте и поглядите сами. Все это происходило на острове Угрюмом. Видите — я же не скрываю, где все это было. А Колбасы там живут, в этом нет никакого сомнения.

Припомните-ка, что сказано в священном писании. Помните, как змей соблазнил Еву отведать запретного яблока? А вам известно, что этот змей был похож на Колбасу? Больше того, в некоторых духовных академиях и до сих пор учат, что этот соблазнитель был настоящей Колбасой и звали его Штифал.

Или возьмем швейцарцев. Теперь — это воинственный, смелый народ. А кто знает, не были ли они раньше Колбасами? Я бы не поручился за это.

Если все эти рассуждения вас не убеждают, милостивые государи, то не угодно ли вам отправиться в какую-нибудь приморскую деревушку и справиться там, какого вида сирены? Говорят, что в старые времена рыбаки часто ловили их в свои сети. Так вот, сирены были полу-женшинами, полу-колбасами. Это всем известно. Перестаньте же скалить зубы и поверьте, что в этой книге нет ни словечка выдумки.

Но вернемся к нашему рассказу.

Когда брат Жан увидел наступление Колбас, он сказал:

— Ого, я вижу, что баталия будет знатная. Было бы лучше, друзья, если бы вы возвратились на корабли. Я со своими людьми берусь расправиться с этим полчищем.

— Какие же у вас люди? — спросил Пантагрюэль.

— Поройтесь-ка у себя в памяти, — сказал брат Жан. — Помните, когда царь Навуходоносор осаждал Иерусалим, он сделал военачальником своего повара Набузардана?

— Ну и что же? — спросил Пантагрюэль.

— Вот мне и кажется, — сказал брат Жан, — что повара лучше нашего расправятся с этими Колбасами. Ведь им и раньше приходилось заниматься этим делом. Ей-богу, я беру себе под команду всех наших поваров.

— Делайте, как знаете, — сказал Пантагрюэль. — Мне нравится ваша затея. Я останусь здесь и буду наблюдать, чем окончится ваша кухонная битва.

Брат Жан тотчас же отправился в походные кухни.

— Дети, — сказал он поварам, — я хочу покрыть вас неувядаемой славой. Сегодня вы совершите невиданные подвиги. Да здравствуют кухонные герои! Пойдемте сражаться с негодницами-Колбасами. Я буду вашим капитаном. Выпьем, друзья! Смелым бог владеет!

— Капитан, — отвечали повара, — ваши речи приятно и слушать. Мы к вашим услугам. Под вашей командой и умереть не страшно.

— Зачем же умирать? — сказал брат Жан. — Пусть умирают Колбасы, а не мы. Итак, построимся в боевом порядке. Нашим паролем будет «Набузардан».

Тут по приказанию брата Жана инженеры построили из бревен огромную деревянную свинью. Это была удивительная военная машина, которая могла метать в неприятеля каменные ядра и большие стальные стрелы. Внутри свиньи свободно помещалось человек двести солдат.

Когда свинья была готова, ее выкатили вперед и поставили на открытом месте. После этого в свинью вошли все повара, какие только были в команде. Последним вошел брат Жан и запер за собой двери на крепкую щеколду.

Колбасы между тем подходили все ближе да ближе. Наконец они подошли настолько, что стало видно, как они размахивают своими копьями.

Навстречу к ним выехал Гимнаст. Он издали поклонился Колбасам и закричал во все горло:

— Остановитесь! Мы все — ваши добрые приятели. Мы заодно с вашей союзницей-Масленицей!

Но тут к Гимнасту подскочила толстая Ливерная Колбаса и хотела схватить его за горло.

— Ах, вот ты как! — сказал Гимнаст.

С этими словами он обнажил свою шпагу и перерубил Колбасу на две части. Великий боже, до чего она была жирна! Верите ли, у нее на брюхе было пальца на четыре сала!

Мясные Колбасы кинулись на Гимнаста и повалили его на землю. На помощь к нему бросился Пантагрюэль со своими солдатами. Началась общая свалка. Потрошитель потрошил Колбас. Колбасник-младший рубил Сосисок. Пантагрюэль подсекал им колени. Что же касается брата Жана, то он притаился внутри свиньи и спокойно наблюдал за кровавым побоищем.

Вдруг раздался страшный крик. Это отряд Сосисок, стоявший в засаде, неожиданно выскочил на Пантагрюэля. Тут брат Жан открыл двери свиньи и вышел оттуда вместе со своей командой. В воздухе засверкали сковородки, противни, кухонные ложки, щипцы, горшки, ступки, кочерги, ухваты. Повара построились в ряды и ударили на Сосисок, завывая благим матом:

— Набузардан! Набузардан!

В отряде Сосисок произошла паника. Колбасы, заметив подкрепление, обратились в бегство, точно сам дьявол гнался за ними. Брат Жан крошил их как цыплят. Повара тоже от него не отставали. Жалко было смотреть: все поле было усеяно мертвыми Колбасами. И, конечно, в этот день погибло бы все колбасное отродье, если бы сама судьба не сжалилась над ним. Хотите — верьте, хотите — нет, но в это время с севера прилетел огромный крылатый кабан. Крылья у него были словно у ветряной мельницы; шерсть —ярко-красная, как у фламинго; глаза огненные, как карбункул; уши зеленые, как изумруд; зубы желтые, как топаз; ноги прозрачные, как брильянт, и такие же красивые, как у гуся лапчатого.

И хотя все время стояла ясная погода, при этом ударил такой гром, что все солдаты перепугались. Что же касается Колбас, то они побросали оружие и повалились перед чудовищем на колени. При этом они не говорили ни слова и только протягивали к чудовищу руки, словно на молитве.

Брат Жан все еще рубил Колбас и сажал их на вертелы. Тут Пантагрюэль приказал трубить отбой.

Труба заиграла, и битва прекратилась.

Чудовище между тем несколько раз пролетало над полем битвы и сбросило на землю двадцать семь бочек с горчицей. После этого оно поднялось вверх и исчезло в воздухе, непрерывно крича: