Пересечь границу так, чтобы меня не задержали пограничники и не отправили прямиком оттуда на Лубянку?
И на этот счет было пару мыслей.
За завтраком я сказал Виктору:
— У меня есть несколько соображений. Но без твоей помощи, Виктор, я пропаду. Уже бы пропал. Дай мне сейчас полчасика, а потом пойдем на прогулку, и посоветуемся?
Виктор только кивнул. Расправившись с овсянкой и яичницей, я подхватил компьютер. Сначала проверил почту и рабочий Слак — первое, чтобы просто держать руку на пульсе, второе — чтобы ничего не пропустить. Ни там, ни там, новостей не было. В Слаке только Алекс написал мне: “здорово, мужик! Че-как, как проходит отпуск, ха-ха?! Я не понимаю, нам работу новую искать, или как?” Из всей нашей команды с техлидом у меня были нейтрально-официальные отношения, с Маттиасом общаться приходилось часто, но я отчего-то его немного не долюбливал (возможно оттого, что он задавал слишком много вопросов), а Алекс был свой в доску — мы обменивались впечатлениями о первом сезоне “Ведьмака” (все очень плохо) и последнем — Игры Престолов (сами знаете), советовали друг другу Питера Уотса и Эдриана Чайковски, и время от времени делились подборками дарк-эмбиента и электро-индастриала на Спотифае. Еще он был поляком, который жил в Англии, и это по какой-то таинственной причине нас сближало.
Увы, я пока не нашелся, что ответить ему по существу. Сейчас было непонятно, какие риски несет за собой каждый из моих рабочих контактов. Я не хотел опуститься в пучину подозрений всех и вся, но здравый смысл подсказывал, что доверять там можно явно не всем, а уж в моей ситуации вообще лучше всего было не делиться никакой информацией ни с кем. Тем не менее, совсем терять связь с командой, конечно, тоже было нельзя. Если я хотел понять, что происходит, разумеется. Алекса я бы подозревал в самую последнюю очередь, поэтому я ответил ему нейтрально, и в то же время ничего не сказал о том, чем я планировал заниматься или что я обо всем этом думаю.
Доживу — обсудим лично.
Теперь — самое главное. У меня было несколько вариантов на тему того, как выбраться из страны, где я внезапно стал очень нужен разным серьезным людям, и почти все они вмиг просчитывались наперед. Конечно, если ничего другого не останется — придется воспользоваться одним из них, но буквально вчера вечером мне пришел в голову еще один — внезапно воплотился из обрывков воспоминаний и одного хорошего знакомства. И только сейчас нашлось время им заняться.
Только бы не было поздно.
В новом окне браузера я зашел на сайт под названием ‘Russian Explorer Geek’ — открылся простой стильный сайт с атмосферной фотографией зимнего леса во весь экран и надписью: “Научно-популярные туры по всему миру”. Прошел на вкладку “экспедиции”. Сверился с датами.
Покачал головой и улыбнулся.
Все таки иногда мне везет.
Взял телефон, написал и отправил короткое смс. Через минуту пришел ответ:
“Ого, Антон, я смс уже лет пять как не получал! Да, выезжаем в это воскресенье. Трое ребят-ученых и нас четверо путешественников. Надо уточнить, давай напишу организаторам, отвечу.”
“Олег, огонь, спасибо. Скажи, что я готов переплатить, если что. Очень хочется присоединиться.”
“Добро, напишу смс, аха.”
Я улыбнулся.
— Виктор! Готов, пойдем.
Когда мы вышли из поселка, налетел ветер. Виктору в его толстенном военно-морском свитере (видели знаменитую портретную фотографию Хемингуэя, такую, в темных тонах, где он смотрит куда-то вдаль, мимо объектива камеры? Вот, очень похоже) было все нипочем, а Спайк заприметил ужа, который пересек нам дорогу, и умчался куда-то в открытое поле выслеживать его — тут тоже не до оценки погоды, как вы понимаете. Мне же стало как-то зябко — моя куртка классифицировалась как зимняя, к ней претензий не было, но я был без шапки и без перчаток, да еще в сапогах на тонкий носок — и мартовские загородные плюс пять как-то поумерили мой пыл. Пока Виктор окликал спаниеля — тот, видимо, уже предвкушал схватку с опасным противником и никак не желал оставлять преследование, — мое настроение резко поменялось, и я подумал о том, в какое опасное предприятие ввязался. И ладно — опасное, так ведь я планировал еще усугубить свое положение. Каковы шансы на успех? Есть ли у меня основания полагать, что они вообще есть?
Почему я решил, что у меня хватит на все это сил?
И как только я уделил свое внимание этим мыслям, в следующий же миг понял, что произошло. И так, дорогой Антон, — мысленно сказал я себе, — ты начал познавать природу человеческих сомнений. Сомнений, которые, если их подкармливать, становятся страхами, что удерживают огромное количество людей — каждого второго, каждого… почти каждого? — от того, чтобы поступать сообразно их природе. Так, как нужно.
Я улыбнулся. Нет, в этот момент из-за облаков не показалось солнце, а пронизывающий ветер не прекратился — но я решил, что он не доставлял мне сейчас больших проблем, и что я мог легко его игнорировать.
Еще стоило бы научиться теплее одеваться, но это другой разговор.
— Что думаешь, Антон? — Виктор, наконец, уговорил Спайка снова присоединиться к нам, и мы вышли на тропу вдоль леса.
— У меня есть идея, как покинуть страну, — проговорил я. — Не совсем стандартная. О ней позже. Мне нужны запасные. Через Беларусь?
— Очевидный вариант, — Виктор пожал плечами. — Белорусское КГБ очень активно с нашими сотрудничает. Нужно ехать нелегально туда, потом нелегально оттуда… Я бы предложил Польшу, но там черт-те что сейчас на границе творится — Батька какой-то цирк устроил с иммигрантами, не знаю уж, слышал ли ты. Боюсь, что внимание к границам сейчас только усилилось.
— Выглядит, как плохой запасной вариант.
— Это правда. Вообще, я надеялся, что Саша сможет помочь, но, как видишь, ему пришлось перестраховаться, чтобы самому не подставиться и тебя не подставить. Дело оказалось немного серьезнее, чем мы думали.
— Да уж. А Александр… он в итоге откуда?
Виктор помедлил с ответом. Не хотел говорить? Вряд ли это был большой секрет. Боялся напугать? Вряд ли меня уже можно было сильно напугать.
Судя по всему, у него в голове пронеслись именно эти мысли. Он ответил:
— Он из ГРУ. Нам повезло, что военной контрразведкой занимается не его ведомство, а ФСБшники. Так что его совесть чиста, просто решил не рисковать. Он им ничего не должен, но если начнут искать связи… В общем, он правильно сделал, что уехал.
Я почувствовал себя неловко. С одной стороны, я продолжал считать, что моей вины во всей этой истории не было. Кто же знал, что все повернется именно так? С другой — подставлять людей, которые мне помогали, мне совершенно не хотелось.
Я вздохнул. Ладно, чувством неловкости сейчас ничего не исправить. Мне нужно действовать. Я достал мобильный и увидел смс от Олега.
“Ты в игре. Мы двигаем из Питера рано утром в воскресенье. Набери мне когда сможешь, обговорим детали о оплату. Просят докинуть пять тысяч.”
— Мне только что подтвердили мой вариант, Виктор. Буду прорываться.
Виктор кивнул.
— Что тебе для этого нужно?
— Мне нужно быть в Питере рано утром в это воскресенье.
— Устроим.
— И второе. Нужно снаряжение и хорошая одежда. Мы идем в экспедицию.
На обратном пути до дома я коротко описал Виктору план — пока без конкретных названий, толстыми штрихами. Попытался спрогнозировать, в каких условиях я могу оказаться, и к чему мне может быть понадобится быть готовым.
Первое — будет все еще довольно холодно для весны, и будет снег. Второе — я буду много двигаться. В лесу и на открытой местности. Я должен сохранять максимальную мобильность в условиях дикой среды, но при этом быть хоть в какой-то мере защищен. И третье — я должен быть готов пройти до полусотни километров один, без средств связи и без транспорта. Хотелось надеяться, впрочем, что этого не потребуется.
Когда мы вернулись домой, Виктор взялся за дело. Первым делом он сообщил мне то, что я итак уже знал — и тем не менее, это важно было проговорить в первую очередь.
