Мышца на моей щеке дёрнулась, и я стиснул зубы до боли в челюсти.

— Я же сказал тебе, перестань пытаться меня с кем-то свести. Прекрати приглашать женщин в дом. От этого и мне, и Уинни становится не по себе. Я не хочу ни с кем знакомиться, не говоря уже о том, чтобы идти к алтарю.

Женитьба была последним, о чём я думал. Я бы даже своего злейшего врага не привёл к маминой двери. Я замер на секунду, когда в голове зародилась смутная мысль. Мой злейший враг был наверху, в этой дрянной квартирке, и она недолюбливала мою мать почти так же сильно, как и меня.

— Мы с Уинни уже едем домой. Вернёмся поздно. Не жди нас, — я разочарованно выдохнул. — И перестань угрожать ей интернатом. Она никуда не поедет без моего согласия.

Мама обиженно вздохнула и повесила трубку. Она не сказала мне, чтобы я вёл машину осторожно. Не спросила, всё ли в порядке с Уинни. Я привык к её безразличию и манипуляциям и всей душой ненавидел, как она подвергала Уинни тому отвратительному воспитанию, которое молча терпел сам. Бедная девочка потеряла родителей. Она заслуживала большего, чем быть насильно сформированной маниакальным представлением моей матери об идеальной молодой женщине из высшего общества.

Я не мог уйти от всего того, что ненавидел в своей жизни. Ченнинг была права. Я должен позволить своей племяннице иметь возможность делать всё то, что я не мог в её возрасте.

Эта женщина оказалась умнее и проницательнее, чем я когда-либо о ней думал, но всё равно отказывался прекращать нашу многолетнюю вражду по многим причинам. Это была единственная вещь, которая напоминала мне о том, что я давно забыл. Я чувствовал себя живым только тогда, когда встречался лицом к лицу с рыжей бестией.

Когда тебе навязывают жизнь, которую ты никогда не хотел, лучше всего отключить эмоции ради сохранения рассудка. И у меня отлично получалось, пока я не имел дел с Ченнинг Харви.

Ченнинг

— Как прошла последняя встреча с чертовски сексуальным миллиардером?

Я встретила любопытный взгляд своей лучшей подруги в зеркале напротив себя. Саломея Кларк владеет салоном, расположенным в квартале от антикварного магазина. Мы несколько раз сталкивались по дороге на работу и обратно и завязали дружбу, а также отношения стилист-клиент. Никому другому я бы не доверила ни свои волосы, ни свои секреты.

Я скорчила рожицу своему отражению.

— Он оказался на удивление менее ужасным, чем в прошлый раз, когда мы находились в одной комнате. В этот раз даже не обращался со мной как с наёмной прислугой. При всех его недостатках не могу отрицать, что он, похоже, действительно любит Уинни и хочет сделать для неё всё наилучшим образом.

Саломея приподняла проколотую бровь и перекинула длинные косы через обнажённое плечо. Девушка просто сногсшибательна. До того, как решила, что хочет быть сама себе хозяйкой, она сделала себе имя в модельном бизнесе. Её красота всё ещё поражала меня, хотя мы виделись не реже раза в неделю.

— Лучше всего для этой девочки, чтобы кто-нибудь увёз её подальше от злой ведьмы, замаскированной под её бабушку. Леди Холлидей не успокоится, пока полностью не вовлечёт твою племянницу в «один процент».

Леди Холлидей — это язвительное прозвище, которое моя сестра придумала для сурового матриарха, когда впервые начала тайком встречаться с Арчи.

Я сдула с лица мокрый клок волос и молча согласилась.

— Самое смешное, я думаю, что он не любит свою мать не меньше, чем я. Но она — единственная семья, которая у него осталась, не считая Уинни. Он терпит её глупости, потому что у него нет выбора. — А ещё Честера никогда не бывает дома. Он прикован к письменному столу, делая бренд «Холлидей» больше и сильнее, чтобы угодить этой женщине. Ему почти не приходится иметь с ней дела, потому что чертовски занят по её приказу.

Саломея срезала кончики моих волос и нахмурилась.

— Неужели где-то в дикой природе нет невостребованного Холлидея? Почему бы Вину не затащить его домой и не дать его матери настоящий проект?

Я рассмеялась и посмотрела на свой телефон, когда на экране высветилось текстовое сообщение. Вин купил Уинни новый телефон, но она наказана и может пользоваться им только один час в день. Племянница рассказала, что он разрешил ей бросить балет и отказаться от котильона, однако она должна была найти новое занятие, чтобы заполнить освободившееся время. И чем бы это ни было, ей нельзя ничего менять в течение целого года. Уинни писала мне каждый день в надежде получить рекомендации. Было очевидно, что она стремится найти занятие, которое, возможно, нравилось её родителям.

Я попыталась вспомнить, чем увлекалась Уиллоу, когда была подростком, но это оказалось непросто. Наша семья не была бедной, но и богатой нас тоже назвать было нельзя. Мы жили в достатке. Мой отец был рыбаком, а мама держала пекарню. Я росла, не имея под рукой всё, что хотела, но мне никогда не казалось, что в моём детстве чего-то не хватало. Родители позволяли нам с Уиллоу пробовать и впоследствии бросать самые разные увлечения на протяжении всей нашей юности. В семнадцать лет сестра решила, что больше всего ей нравится Арчи Холлидей. Они познакомились, когда мама отправила её на срочную доставку в поместье Холлидеев. Встреча стала случайной, но как только они начали общаться, в жизни Уиллоу не осталось места для чего-либо ещё. Я не могла сказать об этом Уинни, учитывая, как плохо закончилась история любви её родителей. Чтобы отвлечь её внимание от прошлого, я постоянно предлагала случайные занятия, которые могли бы ей понравиться, в надежде, что что-нибудь да зацепит. Сегодня я предложила попробовать поработать в комитете по выпуску ежегодника или школьной газете. Подумала, что ей может понравиться фотография, ведь это способ сохранить драгоценные воспоминания. Как раз то, чего ей так не хватало.

Оглянувшись на зеркало, я заметила, что Саломея ждёт ответа о пропавшем брате Холлидея.

— Есть сводный брат. Он молод. Думаю, ему всего около двадцати. Предположительно, Колетт и Вин узнали о нём, только когда он был упомянут в завещании после смерти отца. Вин постоянно работает, так что подозреваю, он был в неведении. Но Колетт не упускает из виду ничего связанного с семьёй. У Винчестера-старшего был годовой роман с женщиной, работавшей в одной из их компаний. Он оставил ребёнку значительную долю акций «Холлидей инкорпорейтед» и чёртову кучу денег. Парень стал бы мультимиллионером в одночасье, если бы Колетт не подала на него в суд, как только узнала об этом. Похоже, она хорошо подготовилась к битве, которая должна была стать сюрпризом. Уверена, она была вне себя от ярости, когда суд вынес решение в пользу ребёнка. Вин никогда не упоминал о нём ни публично, ни в частном порядке, но Колетт не упускает случая напомнить всем, что он не Холлидей. Ему никогда не будут рады в её доме.

— Она такая жалкая стерва.

Я захихикала, потому что Саломея права.

Когда она взбила длинные локоны, обрамлявшие моё лицо, я уставилась на себя в зеркало. Новые светлые блики сделали мой образ ярче и подчеркнули клубничный оттенок волос. Когда подруга заканчивала играть с моим стилем, я светилась от получившейся красоты. Саломея никогда не отпускала меня из салона, если я не чувствовала себя на все сто. Она всегда говорила, что я ходячее и говорящее воплощение её таланта, поэтому должна транслировать уверенность в себе и сексапильность.

— Уинни упоминала, что Колетт подталкивает Вина к женитьбе. В последнее время в их поместье постоянно вращаются представительницы светской элиты. Судя по всему, он ненавидит каждую секунду, но Колетт не останавливается. Со слов Уинни он спорит со своей матерью каждый день. Я всего пару раз видела, как он выходил из себя. Должно быть, она наконец-то споткнулась о его нижнюю планку. — Я привыкла быть объектом его гнева. Было необычно осознавать, что хоть раз его гнев был направлен на кого-то более достойного. Когда Саломея сняла защитную накидку, я покачала головой, убирая волосы с шеи. — Не думаю, что он заинтересован в браке, независимо от женщины или свахи. Я знаю его с тех пор, как он учился в университете Лиги плюща. Даже тогда он был больше сосредоточен на учёбе, чем на свиданиях.