Честно говоря, это даже досадно. Вин и сейчас очень красив и выделяется из толпы, но будучи моложе был просто неотразим. Высокий, стройный, с телосложением пловца. Тогда он носил длинные тёмные волосы, мило завивающиеся на концах. Вин обладал плутовским обаянием, которое, как кошачья мята, притягивало любого, но при этом сохранял нотки безрассудства. Когда ему было чуть за двадцать, его серые глаза были ясными и яркими, потому что мир давал ему всё, о чём только можно просить, и тяжесть утрат его ещё не коснулась. Сейчас эти серебристые глаза остры, как лезвие ножа. Они разрезают всех противников с особым хладнокровием. Его волосы по-прежнему тёмные и густые, но теперь коротко подстрижены в модную причёску и разбавлены белыми прядями. Он ещё не стал полностью «солью с перцем», но этот день явно приближался. Вин бесспорно остаётся привлекательным мужчиной. Пожелай он найти себе жену, то мог бы положиться только на свою внешность, особенно когда к этому лицу прилагалось не только историческое семейное наследие, но и богатство многих поколений, которое мало кому доведётся испытать. Вин холост только потому, что сам хотел этого.

Бусины и амулеты, украшавшие волосы Саломеи, щёлкали и звенели, когда она подметала вокруг кресла. Из-за нашей многолетней дружбы она не позволяла мне платить ей. Обычно мы договаривались сходить выпить или поужинать в качестве компенсации, но я всё равно хотела оставить ей чаевые. Я перевела ей деньги через приложение, чтобы она не смогла отказаться, как делала всегда.

Когда она потянулась обнять меня, я пошутила:

— Хочешь, я попробую включить тебя в длинный список потенциальных холостячек? Тебе не кажется, что было бы здорово выйти замуж за миллиардера?

Саломея фыркнула от смеха и потянула за концы моих только что подстриженных волос.

— Что-то мне подсказывает, что даже если бы Вин влюбился в меня с первого взгляда, леди Холлидей нашла бы миллион и одну причину не допустить моего замужества с представителем её уважаемой семьи. Не думаю, что такая женщина, как она, заинтересована в разнообразии семейной родословной. Я бы стала похожа на Меган Маркл.

Я не смогла сдержать смех от такого сравнения.

— Возможно, ты права. Уинни наполовину Холлидей, и это едва ли приемлемо для Колетт. Я бы не хотела, чтобы кому-то из моих близких пришлось жить под одной крышей с этой женщиной. Эта участь хуже смерти, — я содрогнулась от этой мысли, а подруга рассмеялась над глупым предложением.

Вин был не во вкусе Саломеи, даже будучи красивым и настолько богатым. Она предпочитала артистичных натур. Ей нравились мужчины с творческой страстью и драйвом. Вин же подобен айсбергу. Уверена, единственное, что его возбуждает, — это запах денег или заключение крупной сделки.

— Сегодня и завтра у меня выходной. Напиши, если захочешь поужинать или выпить после работы.

Потрясающая женщина ещё раз обняла меня и пообещала сообщить, если освободится пораньше в ближайшие несколько дней. Я надеялась, что Вин позволит мне видеться с Уинни более регулярно, и я смогу познакомить её со своими друзьями, а может, и с другими членами нашей маленькой семьи. Мой отец не интересовался никем, кроме себя, и мы с ним больше не общались. С другой стороны, моей матери было бы очень полезно познакомиться с дочерью Уиллоу и увидеть, как хорошо она растёт. Все её врачи и сиделки говорили мне, что это чудесным образом скажется на её психическом состоянии. После того как умерла сестра, а Холлидеи сделали всё возможное, чтобы стереть нашу семью с лица земли, у моей матери случился серьёзный психологический срыв. У неё всегда были проблемы с психическим здоровьем. В юности ей поставили диагноз «шизофрения». Лекарства и поведенческая терапия помогали какое-то время, но как только семья распалась, распалась и мама. Уиллоу и Уинни в той или иной степени сталкивались с этим заболеванием, поскольку оно наследственное. Болезнь стала для Колетт Холлидей ещё одной причиной обвинять мою семью в несчастье, постигшем её собственную.

Выйдя из салона, я увидела, что пошёл дождь. Выругавшись, я прикрыла голову сумочкой, чтобы сохранить укладку и цвет. До моей квартиры было пятнадцать минут езды. Передо мной встал выбор: бежать, вызвать машину или найти место, где можно переждать непогоду. Я выбрала третий вариант и забежала в кофейню как раз в тот момент, когда небо потемнело и начался настоящий ливень. У входа я встряхнулась, как собака, и опустила глаза, на зазвонивший телефон. Экран был покрыт каплями, из-за которых имя Вина расплывалось. Нахмурившись, я подумала, что единственная причина, по которой он может хотеть связаться со мной, это Уинни. И он не стал бы мне звонить, если бы это не было срочно.

Я нашла место, где было не слишком много народу, вытерла телефон о штанину джинсов и ответила на его звонок.

— Что случилось? — я старалась говорить спокойно, но в моём голосе проскальзывало беспокойство. — Что-то с Уинни?

Вин ответил на сразу. Он прочистил горло и сказал, что с Уинни всё в порядке. По его тону я поняла, что он перешёл в серьёзный деловой режим.

— Хочу кое-что обсудить. Я нахожусь в городе по делам. Мы можем встретиться?

— Это связано с Уинни? — Не могу представить ничего другого, о чём бы он хотел поговорить со мной лично.

— Это опосредовано связано с Уинни.

Я вздохнула и оглядела кофейню.

— Почему мы не можем обсудить это по телефону? Почему обязательно при личной встрече? — Было трудно контролировать свои эмоции, когда я находилась в одной комнате с Вином. Трудно не поддаваться его гнетущей ауре. Даже не пытаясь, Вин вынуждал меня защищаться, и мы никогда не проявляли друг в друге лучших качеств. Оказываясь с ним лицом к лицу, всегда казалось, что битва проиграна.

— Это деликатная тема. Не хочу, чтобы ты бросила трубку, не выслушав до конца, — голос Вина звучал спокойно и рассудительно. Я не могла объяснить, почему у меня вдруг побежали мурашки по коже и по спине пробежал холодок.

— Ладно.

Если не соглашусь встретиться с ним сейчас, Вин загонит меня в угол и будет вынуждать согласиться на разговор в будущем, когда это будет неудобно. Отказать Холлидею невозможно, когда ему что-то от тебя нужно.

— Я в кофейне рядом с моей квартирой. — Я сообщила ему название и перекрёсток улиц. — И останусь здесь только до тех пор, пока не прекратится дождь. У тебя есть время, чтобы найти меня. Я не намерена пускать тебя к себе, пока ты не согласишься позволить мне регулярно видеться с Уинни. — Это было мелочно с моей стороны. Мы оба знали, что я не удержу его от того, что он захочет получить. Но я чувствовала потребность в установлении хоть каких-то границ, иначе буду совершенно бессильна против него.

— Я буду там через десять минут. Жди меня. — Без сомнения, он отдавал мне прямой приказ.

От злости мне захотелось уйти. Вместо этого я заказала напиток и с нетерпением стала ждать появления Вина. Я задумалась, а бывал ли он когда-нибудь раньше в местных кофейнях? Вин больше походил на человека, пьющего фирменные импортные напитки, которые обычный человек не смог бы себе позволить. Я рассмеялась про себя, представив, как он пьёт что-то со взбитыми сливками и сиропом со вкусом конфет. Вин никогда бы не сделал ничего столь недостойного, как слизывание взбитых сливок со своего лица. Подобные поступки должны быть уделом простолюдинов вроде меня.

Я обхватила чашку с кофе обеими руками и смотрела, как перед заведением останавливается чёрный внедорожник. Из него вылезли несколько мужчин в тёмных костюмах, а за ними последовал Вин. Он что-то сказал высокому суровому мужчине, который всегда находился рядом с ним, и завязался торопливый разговор. Я пожалела, что не умею читать по губам, ведь каждый из мужчин выглядел раздражённым тем, что говорил другой. Рядом с Вином стоял ещё один непримечательный мужчина, который быстро набирал текстовое сообщение. Это был самый напряжённый антураж в мире. В конце концов Вин выиграл спор и направился в кофейню к моему столику. Он был один, и, видимо, именно из-за этого они и спорили. Вин никогда и никуда не ходил без своей охраны или помощника.