— Нет. Он не делал этого, — замотала головой Юна, по-своему истолковав напряжённый взгляд подруги. — Когда начались домогательства, вырубил извращенца ударом в лицо и сбежал. По дороге подрался с хулиганами. Юджин был в шоке, когда Мирэй ночью вернулся в общежитие избитый, в рваной одежде, и под кайфом, да ещё и попросил никому ничего не говорить, типа сам разберётся. Дурак.

Рия присела рядом и обняла девушку за плечи:

— Ты-то чего ревёшь?

— Из-за Юджина… Что теперь буде-е-ет? Мы так давно не виделись. Ему даже по телефону разговаривать некогда.

— Может ещё ничего и не буде-е-ет. Не нагнетай. Подумаешь, кто-то кому-то что-то сказал. СМИ пошумят и успокоятся, а «Supremes» хайпанут. Чёрный пиар тоже пиар.

— А фотографии?

— Разве они существуют?

— Да. На одном из фанатских форумов уже выложили. Качество отстой, но можно разглядеть татуировку на шее.

— И что там кроме татуировки?

— Достаточно, чтобы дофантазировать остальное.

— Ничего же не было…

— Божечки! — возмутилась Юна. — Ты будто не понимаешь! Его всё равно бойкотируют. Остальные мемберы тоже пострадают. Ты может и думаешь, что Мирэй получает по заслугам, но другие же ни в чём не виноваты.

— А вот это было обидно, — усмехнулась Рия.

— Прости, прости, — Юна шлёпнула себя по губам и полезла обниматься. — Я несу чушь. Просто сильно переживаю за Юджи. Однажды из-за Санни зрители устроили нам «чёрный океан». Мы чувствовали себя ужасно.

Слушая истории о том, как фанаты выражают кумирам своё недовольство за малейшую «провинность», Рия искренне радовалась, что в своё время не стала айдолом. Чёрный океан — абсолютная темнота в зале, ни одного горящего лайтстика, гробовая тишина, или напротив уничижительный ропот и свист.

— Знаешь, — задумчиво произнесла она. — Ты, наверное, удивишься, но я никогда не хотела отомстить Мирэю.

— Правда? — забавно опешила подруга.

Но Рия лишь загадочно улыбнулась, встала и подошла к окну. Внизу причудливой подсветкой сиял похожий на огромную голубую каплю бассейн. Будто светлячки мерцали на стволах пальм и среди колыхающихся на ветру листьев белые огоньки светодиодов. Девушка приоткрыла створку оконной двери. Океан, дышал, как живое огромное мирно спящее существо, глубоко и равномерно. А ведь действительно океан.

— Пошли прогуляемся, — обернулась Рия.

— Уже поздно. Я устала. Так спать хочется, — лениво откинулась на подушки Юна. — Завтра с раннего утра съёмки. Да и настроения нет.

— Мы ненадолго, — заверила девушка. Она поправила пояс бледно-розового в более тёмную полоску платья с пуговицами по всей длине и критично осмотрела махровые одноразовые тапочки. Идти в свой номер переобуваться не хотелось, поэтому решила: и так сойдёт…

Когда спустились на пляж, Рия сбросила шлёпанцы и пошла босиком вдоль кромки воды.

— Когда это случилось? — спросила она, распуская волосы и позволяя морскому бризу свободно играть с длинными прядями.

— Что?

— Свидание Мирэя. До или после нашего с ним… хм…

(Как бы это назвать?)

Но Юна поняла без лишних слов и ответила:

— Точно до. Юджина раздражало, что несмотря на произошедшее, Мирэй продолжает общаться с Минсу помимо работы, а тот ведёт себя так, будто ничего особенного не случилось.

— Понятно, — Рия словно поставила точку в неприятном разговоре. — Теперь расскажи, как ТВОИ дела. Ты всю предыдущую неделю хандрила. Почему?

Подруга поначалу скупо, но постепенно всё сильнее увлекаясь, принялась жаловаться на злодейку-судьбу, подкинувшую ей деспота-режиссёра и размазню сценариста, из-за которых героиня, которую играла Юна, постепенно превращалась в неадекватную истеричку. Любые попытки актрисы исправить дело грубо пресекались. Никто из съёмочной группы не воспринимал её мнение всерьёз. Большинство смотрело снисходительно, считая, что девушку-айдола взяли в проект исключительно ради пиара и высоких рейтингов, благодаря поддержке армии поклонников. А тут ещё Юджин со своим камбэком. Зверски устаёт, на связь практически не выходит и популярная причина расставания звёздных пар «из-за плотного графика» больше не кажется притянутой за уши.

— Бесит всё! — сердито подытожила Юна.

— Покричи, — внезапно предложила Рия. — Лучше бы наедине, конечно. Но, думаю, мы достаточно близки, чтобы ты меня не стеснялась.

— Поможет?

— Не знаю. Попробуй. Говорят, эффективный способ эмоциональной разрядки.

— Говорят? А ты сама как считаешь? — начала допытываться подруга.

— Сама предпочитаю петь. Но для тебя пение — работа, поэтому не подходит.

— А как надо кричать? — всерьёз озадачилась девушка.

— Как хочешь, но лучше не словами, а звуками.

— Типа: а-а-а-а-а! — предприняла первую неуверенную попытку Юна.

— Нет. Лучше: А-А-А-А-А!!!

— Ну ты даёшь! — восхитилась наставницей ученица и тут же за ней повторила.

— Главное, голос не сорви, — в один из перерывов между «трелями», напомнила о мерах предосторожности Рия.

— Чем занимаетесь? — совершенно неожиданно раздалось возле уха (иначе она бы, наверное, не услышала).

— Джонг⁈ — девушка одной рукой схватилась за сердце, другой стукнула айдола по плечу. — Фух, напугал…

Она виновато погладила место удара и пояснила:

— У нас тут крикотерапия.

— Интересная методика, — предельно внимательным взглядом проследил за её ладошкой парень.

— А ты что здесь делаешь?

— Не спится.

— У вас самолёт рано утром.

— Хорошо, что я не пилот.

Рия присмотрелась: главный вокалист вёл себя непривычно расслабленно и безмятежно. Абстрагируется от ситуации или ему действительно всё равно, что происходит? Остальные мемберы расстроились куда больше.

Между тем Юна закончила сеанс, обернулась, обнаружила нежелательного свидетеля и испуганно подпрыгнула на месте:

— Божечки! Какого чёрта ты здесь делаешь⁈

Смешение противоположных понятий позабавило и вызвало общий смех, а вопрос стал явно риторическим.

Дальше они гуляли втроём. Рия и Джонг, дурачась, иногда забегали по колено в воду и брызгались. Юна чопорно наблюдала за впавшими в детство приятелями с берега. Ей вполне хватило терапии криком. Портить солёной водой кружевное вечернее платье, надетое к ужину, она не собиралась. К тому же, в отличии от подруги, Юна взяла с собой телефон, который периодически проверяла, и в какой-то момент не выдержала, залезла в интернет да зависла, мрачнея с каждой прочитанной статьёй и комментарием.

Рия заметила диверсию далеко не сразу, а когда обнаружила, что Юна залипает в светящийся экран, было поздно отбирать гаджет. Подруга снова рыдала в три ручья. На этот раз Рия молча её обняла и дала время выплакаться, ободряюще похлопывая по спине и смущённо глядя на стоящего рядом Джонга. Главный вокалист задумчиво провёл рукой по волосам и медленно произнёс:

— Даже если этот камбэк не станет для «Supremes» последним, Юджину лучше покинуть группу.

Неожиданное заявление моментально осушило поток слёз.

— Почему Юджин? — оскорбилась за возлюбленного Юна. — Пусть Мирэй проваливает на все четыре стороны!

— Потому что Юджин с самого начала не вписывался в концепт. Ангел среди демонов. Он никогда не был честолюбив, чтобы спокойно к этому относиться. Его нагло использовали, он сдуру терпел. Ради других участников, ради оправдания потраченного на стажировку времени. Но сейчас можно попробовать всё изменить.

— Уйти из группы⁈ Разрушить карьеру⁈

— Заняться тем, что по-настоящему нравится. Женится на любимой девушке. Завести детей.

— Рия! — рявкнула Юна, заливаясь румянцем при последних ловах. — Твои штучки⁈ И хватит меня бить!

Заслушавшаяся утешительница не заметила, как аккуратные похлопывания превратились в энергичные шлепки.

— Это что сейчас было? — выпустив жертву утешения из объятий, спросила она у довольно ухмыляющегося Джонга.

— Ну как звучало со стороны? — поинтересовался он. — Ты примерно так же с нами разговариваешь.