Снова шея. Он прокладывает горячую дорожку к ключице, вызывая в моем теле странное томление. Возвращается к губам. Целует… И это уже не легкие касания. Это горячие, страстные, головокружительные поцелуи…
Жар растекается по коже. В венах быстрая горячая пульсация. Кровь ударяет в голову и огненной волной проходит по всему телу.
О, древние боги Сеатира… что это? Что со мной происходит?
И тут я понимаю, что Терриан уже наполовину расстегнул мое платье. И его губы устремились к груди…
Это… Обжигает! Это… невозможно! Недопустимо!
- Терриан! - возмущенно воплю я.
- Кристина…
Он, как безумный, покрывает мою кожу быстрыми поцелуями, прижимает меня к себе, гладит, мнет, ласкает…
- Терриан! - отталкиваю его. - Прекрати!
Он замирает. Отстраняется. Смотрит мне в глаза.
Я лечу в темно-синюю, бездонную, пронзительную, затягивающую пропасть…
Он тяжело дышит.
Я тоже пытаюсь выровнять дыхание. И - сажусь на кровати. Застегиваю пуговицы на платье.
- Я думал, ты хочешь… - произносит Терриан.
Садясь рядом со мной.
- Нет! - почти кричу я.
- Ладно.
- Я не хочу!
- Я ничего не делаю. Кстати, это ты меня поцеловала.
- Я не … это все истинность! - осеняет меня.
Вот почему я сошла с ума и сама начала…
- Ну конечно, именно она. - Терриан ухмыляется. - А ты сама не хотела.
- Не хотела.
- И тебе вообще не понравилось.
- Не понравилось… - эхом повторяю я.
- Ладно. Я больше не буду.
Не будешь?
Мы молчим. Сидим рядом. Дышим в унисон.
- Расскажи, как это, - вдруг произносит Терриан. - Что чувствуешь, когда на тебя нападает тень? К чему надо быть готовым.
- Не знаю, можно ли к этому подготовиться. Это каждый раз по-разному, - отвечаю я.
- А что случилось с тобой в Башне безмолвия?
- Я увидела тень. На стене. Это была моя тень. Но я сидела неподвижно, а она двигалась…
- Жутковато.
- Я чуть не умерла от ужаса, - признаюсь я.
- Моя бедная девочка…
Терриан снова обнимает меня. Аккуратно. Без этого всякого… Лишнего.
И… мне приятны его объятия. Я чувствую себя такой защищенной в его руках...
- Но движущаяся тень - это не самое страшное, - продолжаю вспоминать.
- А что - самое?
- Мысли. В твою голову приходят все самые мрачные, самые черные мысли. Они поднимаются из темных глубин души и захватывают тебя. И… тебе так невыносимо плохо, что хочется умереть. По-настоящему.
- Я не собираюсь умирать.
- Ты не умрешь. У тебя есть иммунитет. Он поможет.
- Мориус тоже так говорит.
Мы снова молчим. Каждый думает о своем. Рука Терриана все еще на моем плече…
- А какие у тебя черные мысли, Терриан Ардмонт?
Я даже не надеюсь, что он ответит. Это слишком личное.
Но он произносит:
- Я никчемный и никому не нужный. Бесполезный Третий принц, который не может принести никакой пользы своему королевству и своему народу.
Я не знаю, что сказать на это, как возразить. А Терриан продолжает:
- Мрачные мысли… Мое рождение было ошибкой. У отца уже есть наследник. И еще один, запасной. А я… Он вообще никогда не интересовался мной. И не возлагал на меня никаких надежд.
- Глупости! - только и могу сказать я.
- А еще меня мучает мрачная мысль, что твой поцелуй…
Вот сейчас совсем неожиданно. Я замираю, ожидая продолжения.
- Что мрачного в моем поцелуе?
- То, что ты поцеловала меня только потому, что на тебя действует истинность.
Такого я вообще не ожидала услышать!
- Ладно, допустим, на меня действует. А другие девушки? Только не говори, что ты всю жизнь страдал от отсутствия женского внимания. Да они сами на тебя вешаются! Пачками!
Я вспоминаю Клео. И разных других. И в моей груди так жарко и больно печет…
- Не на меня, - произносит Терриан. - А на Третьего принца Севера.
- На кого? - не понимаю я.
- На мой титул. На мой статус. На мою королевскую фамилию.
Вот это да… Никогда бы не подумала, что этот дерзкий надменный красавец на самом деле так неуверен в себе.
- Я не знаю, почему я тебя поцеловала. Не знаю, что на меня подействовало. Но… мне понравилось, - признаюсь я.
- Мне тоже, - улыбается Терриан. - Очень.
Он наклоняется ко мне и его губы снова касаются моих. Я замираю.
- Не бойся, Кристина Морейн, - шепчет он. - Я не сделаю ничего против твоей воли. Хочешь просто целоваться - будем целоваться.
Я отмираю.
И мы снова ныряем в волшебство неторопливого, пронзительно-нежного, невыносимо сладкого поцелуя…
85
Все дело в истинности. Это такое сильное притяжение… ему практически невозможно сопротивляться! Мне хочется целоваться с Террианом вечно.
И почти так и было.
Мы целовались всю ночь напролет. До самого утра. И это было волшебно.
Терриан ушел, когда забрезжил рассвет. Я уснула. А сейчас, утром, я лежу в кровати и вспоминаю…
Кто бы мог подумать, что поцелуи - это так приятно! Так нежно, тепло и вдохновляюще. Так головокружительно прекрасно…
У меня до сих пор щекотные пузырьки под кожей и бабочки в животе. Я проснулась с улыбкой на губах. И до сих пор улыбаюсь. И не хочу открывать глаза.
Потому что рядом нет Терриана…
Но я все же их открываю.
Вижу пустую кровать Марты. И вспоминаю все…
О, древние боги Сеатира! В Академии творятся жуткие вещи. А я витаю в облаках и мечтах о поцелуях.
- После завтрака все студенты должны собраться во дворе! - объявляет Илдретта.
Ее голос раздается в коридоре.
Я вскакиваю с кровати и бегу к двери. Высовываю голову, спрашиваю:
- Зачем? Что будет?
- Ректор обратится к студентам.
Очень интересно. Что он скажет?
* * *
Двор заполнен до отказа. Здесь студенты всех курсов, от первого до последнего. Все взволнованы, над толпой стоит гул.
Но, когда появляется ректор, все замолкают. И все глаза устремляются на него.
Он выглядит бледным. Как будто всю ночь не спал и много нервничал. Но голос его звучит размеренно и спокойно.
- Друзья, в нашей Академии зафиксированы четыре случая заболевания. Мы не сразу поняли, в чем дело, потому что болезнь довольно редкая. Это южная лихорадка.
По толпе проносится шепот:
- Что за лихорадка? Никогда о таком не слышали.
- Беспокоиться не о чем. Заболевание хоть и редкое, но не опасное. Мы знаем, как его лечить. Вскоре наши студенты будут здоровы. И мы примем все меры, чтобы больше никто не заразился.
- Какие меры? - спрашивает кто-то из студентов.
- Я не сказал, что можно задавать вопросы! - свирепо сверкает глазами ректор в его сторону. Но тут же смягчается: - Об этом будет сообщено позднее. А сегодня занятия продолжаются в обычном режиме.
- А можно навестить больных? - вырывается у меня.
Но ректор игнорирует мой вопрос.
Вместо этого он продолжает:
- На ближайшие выходные выезд в город будет отменен. Все расходимся.
* * *
- Привет, Лисенок.
Рядом со мной возникает Терриан. И я чувствую, как мои щеки начинают пылать. Мне так неловко смотреть ему в глаза… И так хочется…
- Ты как? Выспалась?
О, древние боги Сеатира! Меня заливает румянцем по самую шею.
- Д-да… - лепечу я.
- А я не сомкнул глаз.
- Почему?
Неужели думал обо мне?
- Я сейчас иду в Башню безмолвия.
О-о-о… А я почти забыла об этом. Дело не во мне. Он обо мне не думал!
- Тебе страшно? - спрашиваю я.
- Если честно, да, - признается Терриан.
И это так трогательно! Он не притворяется. Не строит из себя героя. Он откровенно признается в своем страхе. Конечно, он боится! Любой бы на его месте боялся. Но не любой бы признался в этом…
Мы идем к Башне вместе. Мне очень хочется взять его за руку, но я не решаюсь. А он - сосредоточенный, серьезный. Даже мрачный. И ему явно не до меня.
