Слава почувствовала, как с нее снимают покрывало. Заходящие солнечные лучи, проникнув через окошки с резными ставнями, ослепили ее и она зажмурилась, вскинув руки вверх, прикрывая глаза ладонями. Моргнув несколько раз и попривыкнув к свету, открыла глаза. Ее взгляд встретился с глазами стоящего рядом Искро. Она замерла, так и не отняв руку от глаз и глядя на него из — под ладони. Его лицо было непроницаемой маской, но глаза… Славе показалось, что она впервые видит подобные глаза. Темный бархат ночного неба, усыпанный яркими звездами. Его глаза лучились сдерживаемым весельем и смехом. И еще чем-то таинственным, и непонятным, от чего у Славы сердце быстро забилось в груди. Кончики его губ слегка дрогнули, приподнимаясь в улыбке, преображая лицо, делая его угловатые черты чуть мягче и красивее. Девушка почувствовала, как и сама стала улыбаться в ответ. Медленно опустила руку, продолжая смотреть в его глаза. Словно околдованная она вложила свои пальчики в его протянутую ладонь. Легкое, почти нежное пожатие пальцев и рой мурашек, пробежавших от места соприкосновения их рук. Сердце как-то совсем по-особенному отозвалось на преображение мужчины. Он так разительно отличался от того ночного степняка, бесцеремонно тащившего ее на плече.

— Ну, видим и друг дружке они глянулись, — услышала Слава скрипучий голос одной из соседок и вздрогнула. Очарование момента рухнуло и, вспыхнув до корней волос, резко выдернула ладонь из его руки, спрятав ее в складках поневы. Она посмотрела на женщину, боковым зрением заметив, как посуровел и напрягся мужчина, вновь превращаясь в того неприступного и холодного иноземца. Разве такое возможно, думала Слава, исподтишка наблюдая за ним, что чужак, степняк мог оказаться таким красивым и глянуться ей? Ведь не будь ее сердце занято Усладом…Девушка прогнала мысли, не дав себе шанса даже подумать о том, что могло бы быть иначе. Ей люб Услад! А этот степняк, басалай ну никак не может понравится девушке их Рода. Это невозможно!

Между тем мужчин пригласили усесться на долгую лавку, стоящую вдоль окон и стали рассказывать и показывать какая она мастерица будет. Целый день женщины украшали избу, развешивая вышитые ее рукой полотенца и сарафаны. Пошитые отцу и братьям рубахи. Плетенные салфетки и дорожки, которые сейчас застилали деревянный пол избы. Слава, смущенно переминалась с ноги на ногу, под пристальным взглядом степняка. Его, казалось не интересовало то, что свахи им показывали. Это с интересом рассматривали его спутники. Он же не сводил глаз с неё. Слава старательно отводила взгляд в сторону, не желая смотреть на его лицо.

— А еще наша Славушка умело пуговки делает. И из ткани, и из кости. Вот смотрите, на ее наряде пуговки ее ручкой сделаны.

Слава чуть не застонала, когда все мужские взгляды обратились на неё. От ее лица скользнули вниз, к ее шее. Рассматривая и изучая. Растерянно она отступила на шаг, вскинув руки вверх и встречая взгляд Искро. В нем словно что-то вспыхнуло, и мужчина поднялся, медленно подойдя к девушке и встав между ней и остальными. Слегка склонил голову, словно рассматривая вишнёвые пуговки на горловине ее рубахи. Слава растерянно смотрела на него, невольно вспомнив, что и той ночью, он точно так же встал между ней и Гостомыслом, закрывая ее от его взгляда.

— А еще Славушка отлично готовит, — продолжили свахи нахваливать ее, — и блины у нее тонкие ажурные получаются и лепешки ароматные. А из репы столько блюд наготовит разнообразных! И травки лесные знает. Любую хворь прогнать сможет.

— Я же говорил, — тихо произнес мужчина одними губами, так, чтобы услышала только она, — древесница-чаровница.

Слава дернулась и уже хотела что-то ответить, на его наглое замечание, но заметила, как он легко качнул головой и приложил палец к губам, покосившись в сторону долгой лавки, на которой удобно расположились и его товарищи и ее соседи. Она посмотрела на радостных гостей и сникла. Да, он прав. Не стоит при них ругаться.

Вскоре наступило время звать гостей за стол. Ее усадили рядом с Искро, во главе стола. С одной стороны — его товарищи, с другой — ее отец, братья и сестрицы. Далее расселись все остальные, пришедшие на смотрины. Слава понуро сидела, изредка бросая взгляды вокруг. Есть ей совсем не хотелось. Она желала, чтобы все поскорее закончилось. Тогда можно было бы сбежать к Усладу. Ведь, уже скоро как седмицу, в поле стадо пасёт, ведать не ведает, что ее другому отдать хотят. Девушка с тоской посмотрела в тёмное окно. Стемнело. Сегодня уже не свидеться с милым. Придется другого времени ждать. Она отвернулась от окна и наткнулась на немигающий взгляд Искро. Тот несколько долгих секунд смотрел на нее, а потом медленно перевёл взгляд на окно. Слава стиснула кулаки. Почему у нее такое ощущение, что он обо всем догадался?

— Ну коли все сватов устроило, — заговорила баба Марфа, — то завтра на сговор ждем.

— Нет! — неожиданно даже для самой себя Слава вскочила, сердито переводя взгляд с удивленно — изумленных лиц гостей на гневное, покрасневшее лицо отца, не менее сердитые лица братьев и растерянные лица сестриц.

— Всеслава! — отец так громыхнул ладонью по столу, что посуда зазвенела. Грозно поднявшись, он уперся кулаками в столешницу и склонился к ней. Девушка невольно отпрянула назад, но в то же мгновение взяв себя в руки смело посмотрела в лицо родителя.

— Я… Я к тому, что мои смотрины прошли. А смотрины жениха? Или вы меня тятенька в неизвестность отдаёте? Жить я как буду? В землянке? Или в лесу, среди зверья дикого? И хозяйство какое у него? Может и скотины никакой нет. А если набеги? Сможет ли защитить, в обиду ворогу не дать?

— ВСЕСЛАВА! — От рева отца у нее уши заложило, а женская часть гостей побледнела, испуганно вжимая головы в плечи и отводя от них взгляды. — Я был у него. Изба светлая. Просторная. Хозяйки в ней не хватает. Скотины нет, да это дело наживное. Некогда княжескому дружиннику за скотиной ходить. А насчет защитить, глупый вопрос. Тебе думать надо, прежде чем языком чушь молоть!

— Но мне то это неведомо, тятенька, — не моргнув глазом, продолжила девушка, хотя сердце бешено билось в груди, а ладони вспотели. Еще никогда ей не приходилось видеть его в таком гневе, — вдруг он, кроме княжеских хоромов ничего не ведает? И меч в руках не держал… — Слава смотрела, как лицо ее отца еще больше побагровело, а потом пошло пятнами. Слава прикусила щеку, стараясь побороть страх. Но если она сейчас отступит, склонит голову, потом тяжело ей придется. А ей надо было выгадать немного времени. Сбежать ей надо. А там, не поминайте лихом! Она вызывающе вскинула голову, не отводя от лица тятеньки дерзкого взгляда.

— Пускай свою смекалку и мастерство нам покажет. Ловкость проявит. С мужиками нашими в поле поработает, землю вспашет. По кузне тебе поможет. Там смотришь и я пойму, что стоит за него замуж идти. А пока…

— Слава, ты переходишь все границы! — поднялся один из ее братьев. — Ты не смеешь…

— Я согласен!

Слава тихо ойкнула и обернувшись посмотрела на спокойно сидевшего и слушавшего их перепалку Искро. Сейчас он поднялся, встав рядом, спокойно и невозмутимо глядя на ее родню. Обвел всех тяжелым взглядом. Слава внутренне вся сжалась, когда темный взор остановился на ней.

— Любомир после Купало назначен. Время у нас есть. Да и узнать друг друга с Всеславой можем получше. Готовьте состязания. После них — рукобитие.

— Какое узнать? — прошипела одна из свах. — Где это видано?

Слава поежилась от взгляда, которым одарил сваху степняк.

— Не вам решать, — прогремел его голос, — готовьте состязания.

Слава тихо выдохнула, прикрыв глаза. У нее есть несколько дней. После рукобития, только побег может расстроить свадьбу. Она посмотрела на Искро и вздрогнула. Его взгляд не обещал ей ничего хорошего. Но это ее уже не волновало. Завтра она найдёт способ сбежать. И никакого сговора с ним не будет. И на Любомир она к нему не пойдет. Девушка слегка улыбнулась. Богиня Ладушка ей поможет, поговорит Долюшку клубок ее судьбы в свои руки взять и все ладно устроить в ее жизни.