- Ты кто такой? - прищурил он глаза, вглядевшись в безбородое, бледное лицо с впалыми щеками и глазницами. Глаза, смотревшие из этих ям, были темными. Ровный мрак радужек рассекали белесые полоски зрачков.

- Гонец Боевых Магов, - ответил противник, сильнее прижимаясь к стене - Оставь мне жизнь, Раймер! Это всё, что у меня есть...

- Может быть, - Дарион крепко уперся ногами в крошащийся камень - А пока рассказывай. Времени у нас полно.

- Остатки Боевых, Смотритель, давно объединились с Земляным Кланом. Тебе это известно, я думаю? Ведь ты сам... сам, до развенчания и заключения в Стыке, носил гранатовый плащ... И Раймер - старший тоже! Да, я и это знаю.

Раймер оперся о стену:

- Это все знают. Подумаешь, великая тайна... И я когда - то был Боевым Магом, и Аллек. Ну и? Тебя прислали мне об этом напомнить?

Тот отрицательно завертел круглой, лысой головой:

- Меня прислали посмотреть, не путает ли чего твой брат. Просто посмотреть и подтвердить, так ли это. На лейда Аллека с его... причудами... мало надежды. Ну, я и посмотрел. Твоя девка - просто копия своего отца. Не соврал Аллек! Один в один. И рожа. И Потенциал, что самое главное! Замечал у неё багровый свет? А? Она ведь теперь брюхата, верно? Так ты замечал, как ОНО пробуждается?

- Ты что несешь? - по тут же родившейся у Смотрителя версии выходило, что гонец безумен - Какая копия? Какого отца? Элли похожа на Гилберта Морнея как я на снежную деву из сказок...

Что тут разбирать? Бедняга - гонец явно безумен, как и жалкие остатки Ордена Боевых Магов! После того бунта большинство их переколотили или сожгли живьём. Те же, кто остался - пребывают теперь вот в таком состоянии. Довольно жалком, надо сказать! Почти полное вырождение.

- Так и есть! - воскликнул круглоголовый безумец, уловив мысли Раймера и зачем - то потерев ладонь о ладонь - Мы подыхаем, это ты верно думаешь. Но! Есть надежда.

Дарион зарычал, уже догадавшись, куда клонит собеседник.

- Твоя девка, - продолжил тот - Эта... Элли Морней! Она носит гранатовое дитя! И она сама!

- Она дочь Гилберта и Тиарны Морней, - сквозь зубы прошипел Смотритель - Её тягость случайна. Я вообще думаю, что она носит человека. Обычного человека! И вам, сраные жопы, моя невеста вообще без надобности...

Да. Именно так. Обычного человека. Не стоит болтать лишнего никому. И нигде, даже в забытом, полуразваленном портале.

Гонец тихо хихикнул, прикрыв рот костлявой рукой. Этот странный смех и эти жесты подтвердили мысли Раймера о вырождении, да и о том, что они с Аллеком ещё легко отделались. Хотя Аллек... хм, нет. Да и, положа руку на сердце, следует признать, что и он сам, Дарион, тоже не вполне нормален.

- Она не дочь Морнеям, Смотритель! Ты совсем дурак, что не видишь этого? Или твоя давалка очень умело запорошила твою голову ложью? Если так, то этим она пошла в мать. Та в своё время так засрала мозги Гилберту, что старик признал дочь своей. Эллинора же - плод любви горничной Морнея и того, кто теперь очччень хочет её заполучить. И её, и дитя, которое она носит в пузе. Астер Гирр... боевой маг и...

...Смотритель шагнул вперед. Положив руки на обе скулы гонца, не дал тому опомниться. Но дал договорить.

Вместе с глухим хрустом ломающихся шейных позвонков, из рта умирающего вылетел последний звук:

- ...её настоящий отец...

- Прости, падла, - искривил Раймер губы ласковой ухмылкой, поджигая труп - Я тебе не верю.

Глава 26

С момента произошедших событий, так и оставшихся тайной для многих, прошло недели две.

Нет. Прошло ровно две недели и ещё два дня. Именно так отсчитал этот срок Дарион Раймер.

Теперь все ранее никогда не волновавшие его часы и минуты считал он невероятно точно. Время стало осязаемым, гибким, пластичным. Оно разминалось в руках как глина, оставаясь на пальцах липкими следами. Высыхая, оседало в груди тяжёлой пылью, забивая глотку. Превращая дыхание в свист и гулкий, скрипучий кашель.

Медленно, но верно превращался прежде беспечный опальный повеса в Хранителя. Хранителя своего Времени, своего места, своего народа, своего дома, своей Семьи. Даже в тишине ночи не оставляло его странное чувство тревоги и напряжения. Очень часто, умаяв нареченную жаркими ласками и дождавшись её сна, сам засыпал неглубоко, чутко прислушиваясь к дыханию, сначала прерывистому, а потом становящемуся ровным.

Честно говоря, все предыдущие события не интересовали Смотрителя.

Выдохшиеся Боевые Кланы, сумасшедшие гонцы со сломанными шеями и мозгами, "выцветки", чьи - то споры, настоящие родители, Морнеи, Астеры Гиры и возможные войны мало теперь его трогали.

Раймер больше волновался за Элли. Хотя, вопреки его опасениям, тягость невесты протекала несложно, если и беспокоя будущую мать, то вовсе незначительно, тишины в душе Смотрителя не было.

Старый кошмар то и дело пытался вернуться. Приходил он очень часто. Мучил жаркими, больными видениями, не давая ни спать, ни бодрствовать. И всякий раз в том кошмаре гибли несчастное дитя Аллека и жена его, всякий раз! И снова, и снова...

Эллинора искренне не понимала этих опасений.

- Дарион, ну что ты? Ведь всё хорошо же! Меня и тошнит - то только на рыбу и сладкие духи. Ты вот ещё не знаешь, как другие женщины мучаются. Мне Кэт рассказывала, как её сестра ходила. Всё время болела. Они телегу с лошадью продали, чтоб целителю платить.

Лейд взрывался каждый раз на эти речи невесты:

- Сама ты телега с лошадью! Несёшь чушь, как всегда. Закрой рот, Элли. Я точно знаю - потеряю тебя. И виноват буду сам. Говорю ещё раз... Давай вытравим тягость. Мне тяжело тебе говорить, но это... так лучше.

И вот тут оскаливала зубы нареченная:

- Хрен тебе, Раймер. Ты, я смотрю, спишь и видишь, чтоб дитём себя не связать. Женитьба на мне тебе аки нож острый, а уж дети... А вот хрен. Не заставишь. Я знаю, к чему ты это... Срок близится мне вступить в права жены. Так вы с целителем в сговоре, видно? Дитя моё ухайдокаете, и тут ты от меня откажешься! Ха! Вот, это видел?

От злости переходя на совсем простонародный говор и визжа не хуже базарной торговки, Элли облизывала губы и, давя языком вскипающие на них пузырьки ярости, показывала жениху обычный, примитивный кукиш.

Дарион сжимал кулаки. Злился, не в силах объяснить, КАК сильно он сам хочет этого ребёнка! Но Элли... всё же Элли (и желательно, живую), он хотел больше. И вот так рисковать не пойми чем глупо было, по его мнению. Просто глупо.

Ему казалось странным, что Эллинора, вроде и не совсем дурочка, а не понимает очевидного - что она одного носит, а он, Раймер, их двоих... Ясно же, что прежде пустой душе такой сразу свалившийся груз не по плечу. Привыкнуть бы! Притерпеться...