А что - подлец? Скорее всего, таким и будет. Мужчины подобного толка небыстро успокаиваются. Брачные узы для них - сомнительная преграда... Ну, в этот раз не соблазнился чужой постелью, это да. А если... мало ли, какой случай? Обет он давал... Может, хоть это удержит? Или... нет?

О, Боги! Ну вот и к чему такие сложности, удержит - не удержит?! Между Элли и Дарионом ничего нет, кроме этих обетов, уз и обещаний! Ничего ДРУГОГО нет... А на "нет" и суда нет. Всё. Точка.

В дверь коротко стукнули.

- Лейда, обедать пойдемте, - голос Меллы, пожилой прислуги, прозвучал обеспокоенно - Толком ведь не ели ничего сегодня.

- Да! - отозвалась Эллинора, тяжело поднимаясь.

Правда ведь, поесть надо. Успокоиться и поесть. По возвращении домой она перехватила булку с кофе, но это разве еда? От голода, вероятно, мутит. Даже больше, чем от переживаний, доставленных Раймером.

Первая же ложка горячей, мясной похлебки вернула силы.

Аккуратно зачерпывая золотистую жидкость из глубокой чашки, Эллинора с аппетитом глотала ароматный бульон. И ещё! И ещё. Вот так. Согреть тело, прогнать горячими глотками неприятные мысли.

- Очень вкусно, - не удержалась девушка, кивая подавшей блюдо горничной - Просто потрясающе! Ммм... что там ещё?

Молоденькая девчонка - прислуга кротко улыбнулась:

- Пирог с икрой и грибами, лейда Морней!

Это кушанье Элли обожала всегда.

Жаль только, что в доме Морней его готовили лишь на большие праздники - рыбья икра в некоторых частях Эстоллана была довольно дорогим продуктом, а мачеха, старая лейда Морней не выносила расточительства.

Поэтому сейчас лежащий на тарелке кусок пирога дышал праздником, уютом и...

...невыносимо вонял рыбой!

Стараясь не смотреть на мерзко блестящий маслом и запекшимся яйцом кусок с вываливающейся из среза начинкой, Эллинора встала из за стола и отвернулась.

- Спасибо, - глухо прохрипела она, зажимая рот ладонью - Я сыта... Уберите ЭТО.

Тут же Элли осела на стул, повернув голову набок.

Прискакавшая на истошный крик девчонки - подавальщицы, Катарина изо всех сил шлепала Хозяйку по щекам и вопила:

- Целителя! Целителя! Холодной воды дайте, дуры! Карайского масла, с перцем!

Но Эллинора всего этого не чувствовала, не видела, и не слышала.

Великолепная будущая Смотрительница Стыка Миров, наведшая ужас на видавшего виды Маркраса Лейса, владельца местного борделя, законная невеста бунтаря, пьяницы, неутомимого "белокостного" повесы и развенчанного мага лейда Дариона Раймера, пребывала в мятном, глубоком как ночь Приграничья, обмороке...

_____________________________________________

* "Цветочная вдова" - невеста, схоронившая жениха

Глава 17

Раймер проснулся внезапно, как будто от грубого тычка в бок.

Сделав попытку пошевелиться, почувствовал себя ватным мячиком, попавшим в кипяток. Ощущения вообще были странными. Голова, казалось, вот вот готова была отделиться от тела, руки и ноги же, похоже уже и начали отделяться...

- Легрова мать, укуси меня за хрен, - пробормотал Смотритель, приподнимаясь на локтях и пытаясь разлепить глаза - БРРРР! Щас сдохну, не иначе... Эй! Кто - нибудь... Воды дайте! А лучше... браги, что ли? ЭЭЭЙ! Ну, вашу мать... Выгоню всех.

Поняв, что никто не явится ему на помощь, решил спасаться сам. Стараясь не обращать внимания на железный, горячий обруч, стянувший виски, всё же встал и, держась за стены и попадавшую под руки мебель, пополз в купальню.

Вода в купели оказалась чуть теплой. Матюгнувшись ещё раз, маг погрузил туда руку и, когда влага почти заледенела, сорвал с себя несвежую одежду и погрузился в лёд почти по самую макушку. Тут же охнув и вынырнув, стал вспоминать... Медленно пробуждающийся после обильных возлияний Потенциал помог всколыхнуть память, хотя и не сразу.

Зато когда память всколыхнулась... оооой...

И здесь надо всё же сказать, что восстанавливающаяся после весёлых застолий память магов и людей проявляет себя по разному.

Начнём с того, что человек, решивший выпить столько же кислой бормотухи, сколько наш Смотритель, попросту обречён на гибель. Даже если человеческому пьянице и грозит выжить, то где он был, как и с кем что делал, никогда не вспомнит!

У Раймера всё произошло так, как произошло бы у любого другого магически одарённого. Едва только ледяная вода остудила тело, заставив сердце работать быстрее, кровь погнала частички Потенциала... словом, в голову. Пробудившаяся память услужливо развернула свёрток было уснувших воспоминаний, высыпав перед ошарашенным Дарионом ворох ярких, чётких, цветных картинок.

- Эмммм, - простонал Смотритель, неуклюже переваливаясь через край купели - Мать же твою, чем я думал? Каким местом? Боги мои, боги...

Ему хотелось выть. Реветь в голосину, ровно медведю или бабе, брошенной мужем с тремя детьми и кучей долгов на произвол судьбы.

Во первых, нажравшийся в зюзю Правитель - это не статусно. То, что теперь он, лейд Раймер - посмешище всего Приграничья на долгие месяцы (а может, и годы!), это даже и гадать нечего. Само собой, люди похохочут и простят, но только вот когда состоится сие прощение?! Сколько теперь прятать глаза и делать вид, что не произошло ничего особенного?! Он не знал.

Во вторых, бордель Маркраса. Грязный вертеп средней руки, в который легр его знает, каким образом занесло горемыку развенчанного... Можно ведь было напиться и дома, как делал он это раньше? Какого ляда приспичило переться в этот гадюшник?!

И в третьих. Самая большая неприятность. Элли. Эта дура мало того, что какого - то хрена поперлась разыскивать жениха, так ещё и... отхлестала при всех. При всех, совсем не соображая, какую пищу даст теперь для сплетен и пересудов.

Раймер прикрыл глаза.

"Подкаблучник", "слюнтяй" и "бабий поджопник" - это меньшее, самое меньшее, что теперь о нём скажут. Если семена сплетен, легши в благодатную почву, дадут ростки - меньше полугода, и вылетит Дарион с места, уступив его более сильному сопернику.

Место, разумеется, незавидное. Но! Всякий согласится, что развенчанному и осужденному за бунт и убийства магу, попавшему в тюрьму, лучше стать во главе узилища, чем в хвосте... Статус Смотрителя пришлось выгрызать зубами в своё время. Теперь его снова придется отдать Аллеку, пустить всё прахом... из за какой - то девки! Пусть даже и такой невероятной, как Эллинора Морней. Мать же его...

- Ну погоди, - прошипел, наскоро осушившись грубым полотном и натянув свежие штаны и рубаху прямо на мокрое тело - Голову свернуть бы тебе, дрянь белесая! Невеста без места, чтоб тебя легры драли...