Она постоянно ожидала подвоха, поэтому ни секунды не позволяла себе отойти даже в мыслях от этой легенды.

— Вы общались с Дженнифер Эгго? — неожиданно спросил он, а Ева вздрогнула.

— Когда?

— Общались? — эпигон хмыкнул, словно поймал ее на лжи, когда та начала увиливать от вопроса.

— Конечно, общалась. Первый раз мы встретились два года назад, в клубе, когд-а-а-а… — внутренности Рид сжались, словно кто-то изнутри засунул тысячи маленький иголок в ее желудок. К горлу мгновенно подкатила тошнота, и Еву вырвало кровью.

— Тварь, отвечай, когда ты в последний раз общалась с Дженнифер Эгго, — прорычал дознаватель, даже не шелохнувшись, — лучше не зли меня.

— Четыре дня назад, — прохрипела Ева, чувствуя, что ее сейчас снова вырвет.

— Где? О чем вы говорили?

— Мы… не особо разговаривали, она пришла к Кэтрин Рид, чтобы… я не знаю зачем… — Рид в таком состоянии не могла сообразить, как бы точнее охарактеризовать визит Дженнифер.

Эпигон поднялся со своего стула, подошел к Еве и, схватив ее за волосы, потянул вниз, а затем тысячи маленьких иголок разрезали кожу на шее, откуда тонкой струйкой потекла кровь. Рид беспомощно взвыла от боли.

— Вы договорились об этой встрече, не так ли? Отвечай!

— Нет!!! Я была дома… Кэтрин позвонила мне, чтобы я пришла… когда я была там, они ругались… я попыталась успокоить и увести миссис Эгго… — стонала Ева, ей становилось все труднее говорить.

— И все⁈ Говори быстрее! У меня кончается терпение.

— Я и так говорю, придурок, — не выдержала Рид, а в следующую секунду он схватил другой ее рукой за горло и со всей силы швырнул в стену.

Ева ударилась головой и упала на пол, где ее тут же вырвало кровью.

— Будешь огрызаться, сдохнешь быстрее, чем договоришь, — дознаватель подошел к ней и сел на корточки. — О чем ты говорила с Дженнифер? Она просила тебя о чем-то?

— Ни о чем… я просто попросила ее уйти, — Ева едва не захлебнулась своей же кровью, пытаясь встать. — Дальше я осталась с Кэтрин… Больше я не видела Дженнифер.

— Ты помогала эстеровским выродкам сбежать⁈ Отвечай! Я все равно вытащу из тебя правду! — эпигон снова схватил ее за волосы на макушке и поднял вверх, Рид пришлось подчиниться, но боль внутри не давала ей выпрямиться.

— Нет…

— У тебя был доступ к ним, когда ты организовывала бойню на свадьбе Правителя, ты могла что-то передать им!

— Я была только раз в тюрьме… по поручению и разрешению Советника Галбрейта… Привозили и увозили их другие люди… я только организовала сам лабиринт…

— Ты общалась с кем-то из эпигонов в тюрьме?

— Конечно! Иначе мне бы даже камеру не открыли. Все они были под масками. Кроме… Стефана, симбионта… — выдавила она, когда по ее ногам словно ползли сотни маленьких иголок, царапая и стирая кожу, как теркой. Боль стала настолько невыносимой, что у Евы не было сил больше терпеть, она со всей силы толкнула эпигона в грудь и пнула ногой в пах, а затем ее снова вырвало кровью. — Больной ублюдок! Я сама лично привела наших к эстеровским шпионам! Я помогла поймать их! Я устроила им бойню на свадьбе Правителя! Если бы я помогла им сбежать, то разве осталась бы здесь⁈ Чтобы такие упыри, как ты, пытали меня?

Мужчина со шрамом на лице тут же ударил ее по лицу и, не давая ей упасть, схватил за горло. Внутри Евы все сжалось от острой боли, как будто каждый орган проткнули сотни иголок, и, скорее всего, так оно и было.

— Вот же дрянь! — прошипел он, когда Рид забилась в судорогах. — Тебя давно следовало прикончить!

Где-то сбоку послышался грохот двери, а затем Рид рухнула на пол, скрутившись и сжавшись от боли.

— Генерал? Я… — на этот раз голос ее мучителя задрожал от страха.

— Убирайся с глаз моих, пока я не убил тебя, — прорычал Рейн.

Еву в очередной раз вырвало кровью. Но в комнату вошел кто-то еще, она поняла это по неспешному и вальяжному шагу, Рид сжалась в комок, словно это могло защитить ее.

— Аллард, Аллард, кажется, у нас был уговор, что ты не вмешиваешься в допрос, — послышался голос Равена Галбрейта.

— Я не предполагал, на что именно ты заставишь меня смотреть, — прорычал Рейн, а Ева, даже несмотря на свое состояние, почувствовала, как померк свет от пляшущих вокруг теней. — Чтобы устраивать такие пытки, должны быть весомые улики в пользу того, что она хоть как-то причастна к побегу эстеровцев и краже Капитуляра. А у нас только слова этой безумной некромантки!

— И такова твоя благодарность? Ты поручился за нее перед лордом Орлом, и, к счастью, благодаря моим методам, теперь мы получили подтверждение словам Дженнифер, — усмехнулся Равен, а затем, судя по приближающимся шагам, двинулся к Еве. — В противном случае повелитель не пощадил бы ни ее, ни тебя.

— Этот парень ее чуть не убил! — продолжал рычать Аллард.

— А ты бы хотел, чтобы допрос проводил лично Арнлейв? Думаю, исход был бы куда печальнее, — Советник явно наслаждался моментом, Ева не знала, приносило ли ему что-то больше радости, чем лицезреть ее мучения. — Тебе повезло, что он согласился на эти условия. К тому же, Еванджелине не привыкать.

Равен остановился возле ее лица, и от одной мысли, что он может прикоснуться к ней, ее снова вырвало.

— Да, дорогая? — он присел, пытаясь рассмотреть ее лицо, но она все так же лежала, уткнувшись в пол, а окровавленные волосы закрывали его. — Браво, Еванджелина, никогда не сомневался в ваших талантах, но вы превзошли все мои ожидания. Так расположить к себе генерала, что он буквально верит каждому слову и готов так слепо вставать на защиту перед Правителем… Браво-браво.

Внутри Рид все снова сжалось, но на этот раз не от боли. Она редко слышала этот голос внутри себя, или предпочитала заглушать его, но сейчас совесть внутри нее приносила не меньше боли, чем недавние пытки. Если бы Аллард только знал…

— Но со мной этот фокус не пройдет, милая. Как удобно, что Стефан мертв, не так ли? И другие симбионты, которые были в Доме правителей во время безумия, что устроила Дженнифер Эфрейн, тоже, — краем глаза Ева заметила, как Галбрейт протянул ей платок, чтобы она смогла вытереть кровь со своего лица. Дрожащей рукой она взяла его, противная сама себе, что вновь стерпела это унижение. — На сегодня мы закончили, но как только мы соберем новых симбионтов, мы проверим тебя снова, не сомневайся. И мой личный совет, не попадайся на глаза ни мне, ни Правителю.

Галбрейт поднялся и молча вышел из допросной. И почти сразу до нее дотронулись чьи-то руки, а по телу разлилось тепло. Ева осмелилась приподнять лицо, чтобы вытереть его от крови. Напротив нее сидела рыжеволосая целительница, девушка не проронила ни слова, лишь молча выполняла свои обязанности. Наверняка она даже не запоминала тех, кого лечила в этой камере. Сначала у Рид стихли рвотные позывы, затем исчезли боли в шее и ногах от порезов, а потом успокоилось и все тело.

— Вам необходим постельный режим на пару двулуний, — лишь бросила она напоследок.

Ева, наконец, смогла найти в себе силы сесть. По запаху сигарет она поняла, что Аллард все еще здесь.

— Прости за это, — в его голосе чувствовалось раскаяние.

— Ты слышал и видел все? — Рид не открывала глаза, пытаясь найти силы на то, чтобы встать.

— Я вообще не должен был присутствовать, но, зная, что Галбрейт не умеет вовремя останавливаться… — генерал замолчал, не решаясь подойти к ней. — Это действительно лучшее, на что я смог уговорить Арнлейва.

— Что сказала Дженнифер? — перебила его Ева. Она каким-то чудом подтвердила ее слова, но, похоже, совсем не так, как рассчитывал Равен.

— Что ей помогал шпион в маске, имени его она не назвала, но зато упомянула всех, с кем общалась за последнее время, среди прочих было и твое имя, — выдохнул Рейн. — Большего Арнлейв не смог от нее добиться, Тьма, похоже, окончательно свела ее с ума, кажется, она стала абсолютно невменяемой.

— Интересно, некромантка из Мармиати-Ай помогает сбежать эстеровцам, убивает сотни эпигонов, в городе творится настоящий хаос, но ее за это никак не наказали, — она открыла, наконец, глаза. — Меня же пытают лишь потому, что я ношу фамилию Рид. Хотя лично привела эстеровцев в твои руки. Ты не находишь это слегка забавным?